Тени тянутся из прошлого (СИ) - Черепашка Гульнара - Страница 18

- Я понял, - Охитека склонил голову. – Благодарю за своевременное предупреждение. Я ведь и правда собирался поручить это дело своему юридическому отделу.

- Рад, что сумел помочь вам. Кстати, что за суету вы подняли в последнюю треть суток в управах всего Уру? – Кватоко нахмурился. – Я проглядел мельком отчеты внутренней безопасности – но убейте, не понял, чего вы добивались!

Потрясающе! Его рыскотня по камерам с арестантами и отчетам управ уже попала в отчеты внутренней безопасности.

- Меня… давний знакомый просил помочь в розыске его человека, - выдавил нэси.

- Ага… ваш давний знакомый – это, я так понимаю, приснопамятный уголовник, которому вы некогда помогли удрать от правосудия.

- От правосудия он удрал своими силами, - открестился Охитека. – Я всего лишь подвез тогда парня. Иначе его бы пристрелили!

- При попытке к бегству, - ввернул юрист.

- В те времена меня тоже так и норовили подстрелить при попытке к бегству, - проворчал нэси. – Словом – Роутэг попросил помочь найти его человека, - вернулся он к теме. – И я обнаружил странную вещь – человек потерялся так, словно его и не было!

- В таких случаях поиски обычно прекращают, - мягко заметил юрист.

- То есть?! – растерялся Охитека.

- В таких случаях поиски обычно прекращают, - повторил тот, не меняя тона. – И я правда не понимаю, что заставило вас рыть носом землю. Не каждый своего-то человека станет разыскивать с таким рвением!

- Но это неправильно. Роутэг мне в свое время порядком помог!

Охитека смолк. В словах Кватоко был резон. Среди дельцов трех континентов в принципе не была принята взаимопомощь. А уж вылезать из собственной шкуры ради того, чтобы помочь партнеру – это и вовсе неслыханно! И это не говоря о том, что воротилы делового мира редко афишировали свои связи с воротилами криминальными.

А уж если вспомнить о том, что Роутэг не был особенно влиятелен…

- На вас обратили внимание в связи с этими поисками, - отрешенно сообщил Кватоко. – И на вашего приятеля. Если до сих пор ваше партнерство было не на слуху – то скоро открыто начнут обсуждать совместные дела наследника одной из аристократических семей и матерого уголовника.

- Я понимаю. Вы хотите сказать, что я порчу себе репутацию.

- Да медузы с нею, с вашей репутацией! – юрист нетерпеливо махнул рукой. – Репутация – дело наживное, и потерять ее можно на чем угодно. Тем более, что вашей уже ничто не страшно. Но в дальнейшем ваши имена будут связывать. И это может создать определенные сложности вам обоим.

- Я понял, - нэси поморщился. – Тем не менее, уж что сделано, то сделано. Господин Кватоко! А что могло случиться с человеком, если никаких следов не осталось?

- Да мало ли, что с ним могло случиться! – тот всплеснул руками. – Почему вы меня-то об этом спрашиваете?!

- Доверяю вашему опыту. Неужели у вас в практике не бывало такого? Посудите сами – была облава с участием боевой группы стражей мира. При этом не осталось никаких документальных свидетельств операции. Как такое может быть?

- Ну, как, - юрист хмыкнул. – Вы как дитя, в самом деле! Такое может быть, когда операция проводилась кем-то, кто не имеет отношения к организации стражей мира.

Охитека моргнул. Кватоко снисходительно глядел на него.

- Н-да, - нэси покивал. – Вот этого я как-то не подумал.

- Так на то и был расчет! Никто не подумает, что люди в униформе стражей мира таковыми не являются. Как никто не подумает, что машина с символикой компании такси – вовсе и не такси.

Ага. Это явно намек на их с Роутэгом встречу меньше часа назад.

- Что ж, с вашего разрешения – я, пожалуй, откланяюсь, - юрист поднялся на ноги. – Дела, дела! – на лице появилась дежурная бодрая улыбка. – Рад был увидеть вас!

Проводив его до двери, Охитека вернулся к столу. Рухнул в кресло, любезно нагретое для него гостем.

Чтоб его! Чтоб их всех.

Щенок! Возомнил себя крупным воротилой. Птенец желторотый. Кругом подставился. Выставил на всеобщее обозрение свои взаимоотношения с Роутэгом. С таким же успехом можно было выступить по одному из популярных каналов вещания, раззвонить обо всех делах.

Потер виски.

Уже неважно, что сделано – то сделано. Посыпать голову пеплом поздно. Остается только учесть ошибки и впредь их не повторять.

Своевременно появился господин Кватоко, ничего не скажешь. А то ведь наломал бы дров. Что ж, не поднимать шума с первой гранатой – так не поднимать! Но ознакомиться со списком тех, кто пожелал выкупить целый жилой небоскреб, стоит. Не зря же Роутэг собирал информацию!

Глава 9

Тишина в опустевшем доме в сочетании с бьющим в окна ярким солнечным светом создавала ощущение кромешного безлюдья.

Прислуги, как водится, не было ни видно, ни слышно. И жаловаться не на что – сам за годы приучил людей быть незаметными. В распахнутые окна звуков тоже не доносилось – и район респектабельный, здесь не могло быть городского шума. И оборот четный – время сна. До конца трети суток далеко, так что, едва часовая стрелка пересечет цифру тринадцать на циферблате, и наступит нечетный оборот, людям придется собираться снова на работу. А это значит – даже в спальных районах сейчас царит тишина, большая часть горожан спит в своих квартирах.

Охитека стремительно пересек просторный холл, пружинисто взбежал по лестнице.

В полминуты преодолел длинный коридор, ведущий к кабинету. Внутри оказалось пусто и пыльно. Никто не посмел в отсутствие хозяина зайти и раздвинуть шторы, распахнуть оконные створы.

Нэси сам дернул тяжелые полотнища в разные стороны. Открыл окно, впуская внутрь солнечные лучи и легкий ветерок.

Постоял немного перед широким проемам, щурясь от яркого света. Вид старомодного района для богачей всегда вызывал у молодого нэси смешанные чувства.

Старый город.

Нет, не так. «Старый город».

Он казался вырванным из городской картины, да и из реальности тоже. По сути, такой архитектуры и планировки на трех континентах никогда не было. Весь район со строениями и ландшафтом, утопающий в зелени и цветах, был полностью искусственным творением: кусочков настоящей старины на трех континентах почти не осталось. Она была недолговечна и до крайности неприглядна: грубо тесаное дерево, полное отсутствие стекла и каких-либо украшений. Местами – низкие землянки из смеси глины и соломы, с заглубленным на половину человеческого роста полом. В местах, где такая старина сохранилась, бывать-то было неприятно, не то, что жить.

Знать и богачи былых времен не жили на одном месте. Постоянные дальние переезды из-за вечного страха за жизни – свои и детей. А значит, и дворцов, как на сказочных картинках, не строили.

Их стоянки выглядели еще более убого и пугающе, чем крестьянские и ремесленные поселения. Войлочные шатры, установленные на помосты, насыпаемые из смеси земли и костей – как человеческих, так и животных. Несуразно высокие телеги с войлочными же купольными верхами.

Каменные дома, украшенные колоннами, башенками и лепными скульптурами, стали появляться на трех континентах лет четыреста назад – в новое время. После того, как наследная тирания сменилась демократией.

Новая знать – олигархия – быстро прониклась новой модой. Стали расти города, а с ними – и новые постройки из дикого камня, кирпича и бетонных смесей.

Старый город в Уру был построен меньше полувека назад. Для стен и башен, украшающих район, нарочно делали кирпич по старой технологии и старили его. Вид получился впечатляющий, вот только у Охитеки не получалось выбросить из головы знание, что все это – совсем новое.

Дышащие историей стены и мостовые никакой истории не видели.

Дом здесь был куплен по настоянию Ловеллы. Охитека подозревал, что жену привлекла не заковыристая архитектура и не мнимая историчность Старого города, а тот факт, что этот район был самым дорогим в Уру, и жили здесь самые богатые и именитые.