Тени тянутся из прошлого (СИ) - Черепашка Гульнара - Страница 73

Почтенный Пова известен был своими консервативными взглядами.

Мысль вызвала отвращение, перемешанное с раздражением. Женщина должна выглядеть женщиной! И вести себя соответственно. Правда, эти соображения не помешали ему взять с женщины полномерную плату за свои услуги. Вперед.

Покупать информацию у типа, ведущего полузаконную деятельность. Платить ему за услуги. И при этом корчить из себя лилию на тонком стебле!

Спящий, как мерзко. Еще более мерзко, если вспомнить, насколько редко в последнее время муж видел ее такой лилией.

Злость перемешивалась с досадой на себя и острым стыдом. Только что поделать? Ей и так стоило труда добиться этой встречи.

Разумеется, она хорошо знала своего мужа. Знала, что он всегда и все делает по-своему, никого не слушает. Но… она ведь ясно дала понять, что его идея ей не по душе! И что она прекрасно осведомлена его планах.

Однако Чойсо не поменял своего решения. Более того – решил действовать, не ставя ее в известность. Он правда рассчитывал, что она останется в неведении?!

Она вдавила педаль в пол. В спешке не было нужды – она выехала заранее. Просто хотелось поскорее покончить с этой встречей. И она неосознанно ускорялась – словно, если она приедет раньше, ее и примут прежде времени. Хотя она прекрасно знала, что нет. А если она вздумает заявиться прежде времени – Пова и вовсе может прийти в ярость и отказаться принимать ее. Так что придется нарезать круги по улицам, отдаленным от нужного ей района, выжидая, чтобы подошел нужный час.

Она бы могла, разумеется, скоротать время в уличном кафетерии или магазинах. Да только нервозность не позволит.

Пова, медузий ретроград! Нудный и дотошный до одури. Досконально следующий правилам, придуманным им же самим.

Именно эти качества и позволили ему стать лучшим в своем деле, уничтожив всех конкурентов. И именно на эти качества рассчитывала сейчас она сама, обращаясь к нему за помощью. Пова был прекрасно осведомлен обо всех подводных течениях в деловом мире трех континентов, и никогда не упускал ни единой мелочи.

Охитека встряхнулся, сел на постели. Голова кружилась.

Мать… отец во что-то ввязался, и она решила вмешаться. Прибегнуть к помощи какого-то подозрительного типа.

Пова. Кто он, этот Пова?

Откинулся на подушку, прикрыл глаза. Надо вернуться в сон, попытаться раскопать, что пыталась сделать мать. И что именно в деятельности отца ее так не устроило. Ведь он ощутил целый шквал эмоций! Вот только конструктивных мыслей в этих эмоциях было убийственно мало. И всплыло всего одно имя, которое ни о чем ему не говорило.

Подушка казалась твердой и горячей.

Надо бы улечься поудобнее. Он хотел было приподняться, чтобы поправить подушку, но в ушах зашумело. Шум превратился в свист ветра за бортом разогнавшегося флайера.

*** ***

Островной мост. Титаническая, дорогостоящая и абсолютно непрактичная конструкция.

Расстояние между двумя континентами в этом месте было приличным, а мост выписывал широкий полукруг, выдававшийся далеко в сторону открытого моря. И соединял мыс Плавучий на Мертвом острове, относившемся к Асинивакамигу, и мыс Верхний на острове Чаек вблизи Вавиекамига.

В сезон зимних штормов волны иногда перехлестывали через мост, заливая его соленой водой. Однако прочная конструкция оставалась непоколебимой.

Поговаривали, что не обошлось без магии: именно стараниями чародеев объяснялась невероятная прочность моста. Тот стоял на своем месте почти сотню лет, и выдержал за это время не один жестокий шторм.

Говорят, в зимнюю непогоду немало машин смыло волнами прямо в море с дорожного покрытия. Но конструкция не получила и малейших повреждений.

И находились же сумасшедшие, что ездили по этому мосту в опасную погоду!

Мост еще и петлял над водой, заходя на небольшие искусственные острова, далеко отнесенные от берегов. Впрочем, это был кратчайший путь с континента на континент с этой стороны. Из Уру попасть на Асинивакамиг было легко – по мосту через узкий пролив. Пара часов в дороге – и из столицы Вавиекамига ты попадаешь в район Горный.

Правда, чтобы добраться до цивилизации, придется проехать еще часок-другой. Дорога от побережья в той части континента вела через голые скалы, мимо пустынных мест.

Лишь в отдалении от пролива узкие ответвления сворачивали в горы, вглубь континента – к небольшим городкам.

Этот же мост – несуразно длинный, протянутый через широкое расстояние – тянулся от части Вавиекамига, в которой были сосредоточены национальные парки и местные курорты, к городу Соу – с него начиналось внешнее побережье Асинивакамига, которое было крупнейшей курортной зоной на всех трех континентах.

Пова ждал ее именно в Соу.

Почему он выбрал именно этот городок? Кто его знает. Пова не из тех, кто перед кем-то отчитывается. Возможно, причина заключалась как раз в том, что Соу был курортным городком, и ни деловых центров, ни штаб-квартир силовых или юридических контор там отродясь не было.

Хотя в прошлый раз он ждал ее в Окхе…

*** ***

Окха!

Охитека подскочил на постели. Сердце колотилось, грозя выпрыгнуть из груди.

Деревушка Окха в паре часов езды от Уру. И тот самый Пова первую встречу назначил его матери там. Зачем она несколько раз искала с ним встречи?

Он, моргая, уставился в потолок. Созданный плотными шторами сумрак казался зыбким.

Кажется, он просыпается каждый раз, как в видениях мелькает что-то, что вызывает у него сильное волнение. Сначала его внимание привлекло имя Повы – единственное, что нового он узнал из воспоминаний последней поездки матери. Теперь – деревенька Окха, куда он ездил с дочерью.

Не забыть перерыть всю Окху, когда придет в себя.

Он откинулся на подушку. Кто задернул шторы так плотно – неужели он сам? Надо бы отдернуть их – полумрак нервировал. Но сил подняться не было.

Значит, сейчас он узнает что-нибудь о том, где искать следы пресловутого Повы в Окхе. И в Соу. Не бог весть что – но уже что-то, с чего можно начать распутывать клубок.

*** ***

Широкая, далеко выдающаяся в открытое море, дорожная петля вокруг естественного скалистого острова нервировала.

Да, флайер – не обычное авто, которому необходим асфальт под колесами. Он прекрасно держится как над дорогой, так и над водной гладью. И все же понимание того, что в десятке метров под дорожным полотном находится толща воды, уходящая на огромную глубину, пугало.

Она кинула взгляд на приборы.

Нет, все в порядке! Топлива достаточно, и магические двигатели работали, как нужно. С чего она решила, что может очутиться в воде?

Сейчас на дворе лето, так что шторма в этой части побережья – редкость. Да и те, что приходят, куда мягче зимних. Во всяком случае, никто не слышал о том, чтобы летом волны перехлестывали через дорожное покрытие.

Охитека злился. Он пытался выковырять из чужой памяти что-нибудь по поводу дел отца, личности Повы или сведений об Окхе и Соу – но вместо этого его захлестывали эмоции.

Боги, до чего нервозна была мать! В детстве он этого не замечал. Или предстоящая встреча так на нее влияла?

А может – это было предчувствие…

Дорога все так же проносилась под днищем флайера – но в какую-то секунду все поменялось. Просто в животе вдруг разлился холод. Солнце сделалось невыносимо ярким – а потом мир в лобовом стекле машины завертелся.

Тот самый момент. Осознание мелькнуло и пропало, смытое непониманием и ужасом.

Полная беспомощность. Время, кажется, растянулось. Вот только сделать она ничего не успевала. Не успевала даже понять, что произошло – только осознавала, что все плохо. И ничего уже не исправить.

Мелькнула в лобовом окне дорога с едущими по ней машинами и потоками флайеров сверху. Высокие перила моста, мощные опоры, уходящие под воду.