Любовь и Хоккей (ЛП) - Джей Монти - Страница 43

— Я думала, что слышала, как она говорила обо мне гадости раньше. - Я пожимаю плечами, пытаясь облегчить тяжесть между нами. Однако в комнате есть слон. Неловкость между нами, которой раньше никогда не было. Мы были друг с другом на неизведанной территории.

Я пытаюсь напомнить себе и своему невежественному сердцу, что он причинил нам боль. Я пытаюсь вспомнить боль, которую испытала в тот день, когда ушла от него. Чувство страха каждый раз, когда его имя появлялось на моем телефоне, и как трудно было отклонить звонок. Бесконечные слезы, которые я выплакала, боль, которую я чувствовала. Вот только сейчас, когда я смотрю на него, все, что я чувствую, - это тоска.

Я скучала по нему.

— Послушай, Валор, я...

Я нежно протягиваю к нему руку, качая головой с мягкой улыбкой. Я не была готова к разговору, который он собирался начать. Я простила его давным-давно. Самым трудным было двигаться дальше, не понимая почему. Почему я не была тем человеком, с которым он хотел бы быть публично. Незнание убило меня.

— Тебе не нужно ничего говорить. Нам не нужно это обсуждать, все равно это было целую вечность назад. Все в порядке. Мы крутые. - Я киваю головой чаще, чем следовало бы, пытаясь подчеркнуть тот факт, что со мной все в порядке.

Он проводит рукой по волосам, прежде чем засунуть руки в карманы. Вздох вырывается из его тела. Эти голубые глаза встречаются с моими. Я чувствую, как моя душа машет ему в формальном приветствии. Я знаю, что он хочет сказать больше, но я пока не в том состоянии, чтобы вести с ним этот разговор.

Он указывает на мою руку, приподнимая бровь, когда замечает, насколько она распухла. 

— Ты в порядке?

Мои глаза смягчаются от его заявления, и я не могу не улыбнуться, хотя мне хочется плакать. Я не в порядке. Моя жизнь чертовски полна стрессов. Я не хочу ничего делать, кроме как свернуться калачиком на диване и есть китайскую еду. Я хочу вернуть своего лучшего друга. Я хочу рассказать ему все. Я хочу найти утешение в его объятиях. Я хочу, чтобы он приготовил мне чай, потому что он единственный, кто делает это правильно.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы не поддаться эмоциям.

Если бы у меня было одно желание в этой жизни, только одно? Я бы взяла все свои слова обратно. Я бы стерла воспоминания о нашем первом поцелуе. Весь этот секс, признания, все это. Я бы забрала все назад, если бы могла снова сделать его своим другом. Я бы сделала это в мгновение ока. Он был нужен мне прямо сейчас, но я не могла заполучить его, потому что правда была в том… Я больше не знала, кто такой Бишоп.

Мы были незнакомцами.

— Я в порядке, Би.

— Значит, ты и сейчас лжешь? - Очевидно, я не была для него незнакомкой. Он всегда мог читать меня, как открытую книгу.

Я закатываю глаза, борясь с улыбкой:

— Я серьезно, все в порядке. - Я делаю паузу, поднимаю сумку повыше на плечо и направляюсь к нему. — Я не хочу, чтобы все было неловко. Теперь мы будем часто видеться. Так мы можем снова стать друзьями? - Говорю я, протягивая ему руку, чтобы он пожал ее в знак согласия.

Я знаю, что мы никогда не будем такими друзьями, какими были раньше, но мне не нужно вести себя как русский шпион каждый раз, когда я прихожу на тренировку, чтобы избежать неловкого напряжения между нами.

Он подходит ближе ко мне, теперь он в моем пространстве. Я громко сглатываю.  Чувствую запах его одеколона, и это переносит меня в прошлое, в восемнадцатилетнюю меня, завернутую в его простыни. Он вынимает руку из кармана и хватает мою. Тепло его руки обволакивает, и я чувствую это всем телом.

Что-то лежит между нашими ладонями, и я в замешательстве поднимаю глаза. Однако он ничего не говорит, просто убирает свою руку с моей, оставляя предмет у меня. Я чувствую, как его тело наклоняется ближе ко мне, его голова оказывается прямо у моего уха.

Я смотрю вниз на свою ладонь, позволяя небольшому вздоху удивления покинуть меня, когда я смотрю на маленькую коробочку.

- Лимонные конфеты, - тихо бормочу я.

Я не двигаюсь, но чувствую ухмылку на его лице, когда его пальцы хватают один из моих распущенных локонов, мягко дергая его.

— Мы никогда не были просто друзьями, Вэлли. Я не планирую начинать и сейчас.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Я слежу за хоккеистками на льду, особенно за хоккеисткой в майке тридцать три. Сегодня вечером она была на первой линии. Это ее момент доказать, что она принадлежит к хоккейной лиге. Сегодня вечером она играла с огнем, которого я давно не видел.

У Валор уже был гол и голевая передача. Я самоотверженно позаботился о том, чтобы записать ее игру на приставку в моем гостиничном номере. После нашей игры я направился прямо в комнату и включил телевизор. ESPN уведомил меня, что они выиграли в середине просмотра игры, но я все равно хотел закончить ее, просто чтобы посмотреть, как она играет.

— Бишоп, ты меня вообще слушаешь?

Черт.

— Да, я слушаю. Я много сплю, Анна. Не волнуйся.

Последнее, что я помню, что она сказала, было что-то о том, что я не выспался, и я молился, чтобы она больше ничего не сказала.

— Вам лучше не лгать мне, Бишоп Эндрю. - Я вижу, как она стоит на кухне, уперев руки в бока. Мне тридцать лет, а она обращается со мной так, словно мне снова тринадцать. Можно подумать, я был безответственным или что-то в этом роде.

— Я не лгу. Прошлой ночью у меня было целых семь часов, так что теперь ты можешь успокоиться. Я больше не маленький ребенок.

Она позаботилась о том, чтобы звонить мне по крайней мере через день, если я не отвечал. У меня было сорок текстовых сообщений от Эрика, в которых он просил меня ответить на звонок, прежде чем Анна загнала его на стену.

— Ты всегда будешь моим милым бунтарем, тем, кто появился у моей входной двери с сальными волосами и ненавистным отношением. - Она с нежностью вспоминает те времена, когда я действительно предпочел бы не говорить о них.

— Спроси его, работает ли он над своей подготовкой, сегодня он выглядел медлительным! - Я слышу, как Эрик кричит откуда-то из глубины дома. Я закатываю глаза. Эти двое проделывают фантастическую работу, заставляя меня чувствовать себя ребенком.

Валор катится по льду с отрывом. Она обводит двух защитников и забрасывает шайбу в верхнюю часть ворот. «Чикаго Уингз» выигрывают со счетом три к одному. Я улыбаюсь, наблюдая, как она празднует вместе со своей новой командой. Моя девочка, совсем взрослая и показывающая миру, из чего она сделана.

Интересно, там ли костюм фламинго или он вообще наблюдает за ней? Он не похож на парня, который смотрит хоккей, не говоря уже о том, чтобы играть в него. Я должен сделать глубокий вдох при мысли о нем. Клянусь, он похож на парней, которые носят лодочки и играют в лакросс. Бьюсь об заклад, он состоит в братстве, и его лучшего друга зовут Чед. Я, блядь, знаю это.

— Скажи ему, что телевизор работает медленно, а не я. Я позабочусь о том, чтобы купить ему новый.

— Бишоп, нет. Больше никаких подарков. Покупать девочкам машины? Этого было предостаточно. Нам не нужно, чтобы ты осыпал нас своими деньгами, чтобы мы знали, что ты любишь нас, мой бунтарь. Просто отвечай на мой звонок и приезжай летом. Это все, что нам нужно. - Ее успокаивающий голос - бальзам на мою душу; как будто она всегда знает, что сказать.

— Вы всего этого заслуживаете. Я всем обязан вам, ребята.

— Хватит об этом, ты доведешь меня до слез! А теперь скажи мне, ты уже помирился с этой девушкой?

Я вздыхаю, опускаюсь в кожаное гостиничное кресло и делаю глоток скотча из своего стакана. Думаю, я мог бы просто сказать ребятам, что сегодня никуда не пойду. Я расстегиваю пуговицу на своей рубашке.

— Нет, но, - говорю я ей с придыханием, — Я видел ее на днях.

—И? Ты извинился? Унижался? Женщины любят мужчин, которые пресмыкаются.