Старые долги (СИ) - "Vivian2201" - Страница 433

— Вот он, — кивнул мне Роберт на Ларчеса, сидящего на полу.

Пожизненный президент сейчас совершенно не походил на свои изображения, коими пестрил оккупированный нашим десантом город. На усеянном осколками битого стекла и обломками дерева паркете сейчас находился перепуганный мужичонка, обладающий излишним весом. Вместо уверенности, в его глазах плескался лишь страх.

Покачав головой, я вспомнил личное дело Даймона Ларчеса и фыркнул.

К власти мужчина пришел в результате военного переворота, организованного им самим и его соратниками. Для действующего генерала в столь маленьком государстве это оказалось не так уж сложно. В те годы Даймон был другим человеком. Он начал борьбу с коррупцией и круговой порукой, занялся реформами образования и медицины, сделав их бесплатными. Создал пенсионную систему и даже умудрился начать формирование собственной промышленности.

Увы, но затем он стал очередным подтверждением древнего изречения — «Власть развращает, а абсолютная власть — развращает абсолютно».

Уже через десяток лет правления Ларчеса, созданная им вертикаль власти превратилась в бюджетную кормушку для друзей и соратников бывшего военного. Преемственность и сменяемость кадров сменились засилием одних и тех же чиновников на местах. Быстро сформировались коррупционные схемы, опутавшие сетью суды, полицию, коллегию республиканской безопасности, прокуратуру и даже местную счетную палату. Созданные в первые годы корпорации превратились в монополистов, разделив рынки сбыта, и начали диктовать потребителям свои условия, удавили профсоюзы, а затем ив вовсе принялись плевать на законы о минимальных зарплатах.

Шаг за шагом, неторопливо, но неотвратимо, Республика Рилон из островка свободы от диктата трансгосударственных корпораций и коррупции превратилась в их же олицетворение. Всё то, против чего выступал Даймон, было создано им самим, но на уровне этого небольшого государства. Закон тут оказался весьма условным понятием и действовал не для всех.

— Печальное зрелище, — вздохнул я, подойдя ближе.

Мне с трудом удавалось удерживать своё лицо от гримасы отвращения. Эмоции что выплескивал из себя Ларчес, были далеки от того, что присуще привычным мне офицерам вооруженных сил. У существа, сидящего на полу, не осталось даже гордости.

«Почему так? — в который раз задумался я, — Почему люди так легко и быстро деградируют? Почему забывают о своих же обещаниях? Неужели наша раса настолько морально слаба и никчемна?»

Впрочем, подобные мысли тут же вылетели из головы, стоило бросить взгляд на стоящих неподалеку десантников. Нет, далеко не все являются таким дерьмом, как этот Даймон. К тому же, не исключено, что он изначально и был таким, а все его лозунги и громкие заявления, да даже политика первых десятилетий правления служили одной цели — укреплению его власти.

— И не говори, — фыркнул Патрик, бросив взгляд на Ларчеса, — Полагаю, дальше нас ждет стандартная процедура?

— Всё верно, — кивнул я.

Прежде чем добраться до Республики Рилон, Пространство Дракона подмяло под себя восемь независимых систем. Именно во время этих операций наша разведка и нашла следы деятельности культа Алакарии. Естественно, Талтис и его подчиненные тут же вцепились в ниточку, ведущую к давним врагам не только «Ордена Империи», но и всех человеческих магов. Спустя почти полгода появились первые данные о предполагаемом месте, в котором обосновались культисты, а затем и вполне конкретные сведения об их весьма тесных отношениях в правительством Республики.

Собственно, именно этот факт и стал решающим в судьбе Рилона. Если прежде Пространство Дракона не рассматривало данную страну в качестве цели просто в силу отсутствия в этом необходимости, то после появления доказательств сотрудничества Республики с культом Алакарии ситуация кардинально изменилась.

Теперь же сие государство пройдет тот же путь, что и остальные наши новые территории. Подписание капитуляции. Плебисцит. Вхождение в состав Пространства дракона и демонтаж местных органов власти с последующим формированием уже нашей администрации.

Процесс интеграции будет крайне болезненным как для систем, входящих в пока ещё существующую Республику Рилон, так и для нас. Увы, но экономика и промышленность после семидесяти лет не самого умелого правления Ларчеса находятся в крайне плачевном состоянии. Можно сказать, что они остановились в своём развитии на том уровне, какого достигли в первые годы правления Даймона. Однако, затем инвестиции в них прекратились, внешние рынки сбыта закрылись, а внутренние — деградировали, что и привело к сокращению производств и полному отсутствию любого развития.

— Что ж… Приступим, — вздохнул я, телекинезом подняв с пола пока пожизненного президента и развернув его к себе.

Церемониться с ним в мои планы не входило. Банальное вмешательство в разум заставит его сделать всё, что нам нужно, а после того, как Республика прекратит своё существование Даймон отправится в могилу, вместе со всеми его сторонниками и друзьями, создавшими настолько коррумпированную и гнилую систему, что её проще уничтожить, чем привести в жизнеспособное состояние.

Вся эта операция была начата не только из-за наличия в Рилоне культа Алакарии. Даже захват одиночных систем-государств и тот стал возможен просто в силу кошмарных потерь флота Федерации на ЛБС в Конфедерации, где всё ещё шли бои с воргами. Федералы, не желая дожидаться момента выхода киборгов на их границу, отправили свои эскадры в качестве помощи Независимым Колониям, что не только серьёзно осложнило дела разумных машин, но и позволило отвоевать часть захваченных ими систем. Однако, затем дело застопорилось.

Оказалось, что ворги не просто так сменили тактику и продолжали наступательные операции только после полной зачистки планет. Всюду, куда ни прорывались федералы и подразделения Независимых Колоний, киборги успели возвести достаточно серьёзные оборонительные линии, построить орбитальные крепости и боевые платформы. В бывших человеческих добывающих комплексах теперь располагались шахтерские модули воргов. На планетах же появились весьма плотные комплексы ПКО, имеющие впечатляющую дальность эффективной стрельбы, из-за чего даже провести орбитальную бомбардировку становилось крайне сложно. Орудия киборгов умудрялись даже прикрывать их орбитальные системы обороны, не давая провести их штурм или банальный расстрел.

В результате каждая система, которую освобождали объединённые силы федералов, Конфедерации и Магистрата, тоже выделившего изрядное количество своих эскадр, становилась настоящим испытанием для флотов, десанта и штабистов. Всюду победа оплачивалась большой кровью и невероятно высокими потерями. Можно сказать, что ворги, впервые с момента распада Империи Дракона, заставили человеческие государства вспомнить что такое полноценная тотальная война на уничтожение, вынудив отправлять в горнило боев всё больше и больше кораблей, техники и пехоты.

В какой-то мере, это хорошо. Во-первых, наши враги вынуждены тратить свои ресурсы на войну в другой части галактики, а не на атаку Пространства Дракона. Во-вторых, громадные потери быстро обескровят их армии и флота, ослабляя и их не только за счет утраты техники. Машины можно создать новые, а вот опытных офицеров просто так не получить. В-третьих, мы не собирались сидеть сложа руки и готовились к войне с оставшимися крупными человеческими государствами. Именно она стала одной из главных причин нашей активной внешней экспансии. Ведь, Федерация, даже понеся громадные потери, так и остается самым большим Осколком Империи, сохранившим большую часть промышленности. И численность населения у федералов явно больше нашей.

В таких условиях у Пространства Дракона попросту не было шансов на победу. Причем, не только в войне против Федерации. Даже Магистрат для нас являлся крайне опасным противником. Изначально. Теперь же, благодаря новым системам, что нам удалось присоединиться к нашей стране, ситуация стала несколько проще. Ведь, фактически, мы получили не просто новое население. Это рынок сбыта, инфраструктура, промышленность и мобилизационный потенциал для армии и флота.