Большой оххх (ЛП) - Эштон Никки - Страница 34

— Где ты научилась его готовить? — спросил я, подойдя к Уиллоу, чтобы посмотреть, как она налила пиво из банки в огромное ведро.

— Тигр из Бирмингема (прим. отсылка к Тигру из мультика про Винни Пуха). — Она повернулась и улыбнулась мне, и я поразился, как чертовски мило она выглядела, особенно учитывая, что сегодняшняя прическа состояла из двух маленьких пучков на макушке, что делало ее похожей на милого плюшевого мишку.

— Ты выглядишь великолепно, — сказал я, повинуясь инстинкту.

Она слегка покраснела, а затем наклонилась вперед и поцеловала меня в губы.

— Спасибо, а теперь уходи, ты отвлекаешь меня от готовки.

Сделав глубокий удовлетворенный вдох, я придвинулся ближе и поцеловал ее долгим, томным поцелуем, прежде чем увести Бомбера, чтобы тот попробовал разобраться с басами в музыке.

***

— Она прекрасна, — прокричал Тоби мне на ухо, когда мы наблюдали, как Уиллоу и Полли пытались научить Бомбера танцевать.

— Я так понимаю, ты имеешь в виду Полли, хотя должен сказать, что твоя сестра отлично выглядит в кожаных леггинсах.

Когда Уиллоу повела плечами, ее свободная футболка соскользнула с плеч, обнажив кремовую, гладкую кожу, и это заставило меня задуматься о том, что бы я хотел с ней сделать, если бы мы были одни. Мой взгляд скользнул вниз по ее пышной заднице, длинным ногам и высоким неоново-розовым ботильонам, которые были того же цвета, что и ее топ и губная помада. Она была чертовски сексуальна, и я понял, что сойду с ума, если в ближайшее время не попрошу ее стать моей девушкой.

— Да, я имею в виду Полли, — усмехнулся Тоби и ударил меня по руке. — Как бы я ни любил свою сестру и не соглашался с тем, что у нее отличные гены, признать, что она красивая, было бы немного странно.

Выражение отвращения на его лице заставило меня рассмеяться. Я весь вечер болтал со всеми ее братьями, и каждый из них был великолепен, даже Рубен смеялся и шутил со мной, но, думаю, Тоби понравился мне больше всех. Несмотря на то, что он был моделью и, очевидно, хорошо выглядел, а почти все женщины в доме заискивали перед ним, он был спокойным и совершенно невозмутимым, и мне это в нем нравилось.

— Значит, она все еще не поддалась твоим чарам? — спросил я. — Уиллоу говорила мне, что ты неравнодушен к ней.

Он тяжело вздохнул и покачал головой.

— Нет. Скоро мне придется пустить в ход тяжелую артиллерию.

— И что же это такое? — спросил я, и на моих губах заиграла довольная улыбка.

— Это.

— И это?

Он указал на свой член.

— Это чертовски важно, чувак, но я действительно хотел, чтобы это стало сюрпризом для нашей первой совместной ночи.

Я прикусил губу, стараясь не рассмеяться, потому что он выглядел таким чертовски серьезным, когда говорил об этом.

— Что, если у тебя не будет первой ночи?

— Вот именно, — ответил Тоби и хлопнул меня по спине. — Значит, она должна знать, какие у нас есть возможности. Проблема в том, что Уиллоу взяла с меня обещание спрятать его в боксерах, если, конечно, я их надену.

Я вздрогнул и инстинктивно приложил руку к своему члену, размышляя, должен ли предупредить Тоби о последствиях перехода в «свободное плавание».

— Итак, — продолжил Тоби. — И тут на помощь пришел ты.

— Я?

— Да, ты мог бы убедить Уиллоу позволить мне освободить анаконду.

Мне не следовало делать глоток пива в тот момент, потому что я чуть не поперхнулся.

— Твою… анаконду?

— Да, но то, что я называю под этим, не имеет значения, — быстро сказал он. — Мне просто нужно разрешение Уиллоу достать это и показать Полли.

— Ты не можешь просто взять и показать! Что ты собираешься сделать? Положить на стол и сказать: «Посмотри»?

— Я не совсем то имел в виду, но это сработает.

Пока Тоби обдумывал мою идею, которая была наихудшей в мире, я решил сбегать в туалет и, надеюсь, дать ему время осознать, что нужно все переосмыслить.

— Я вернусь, — сказал я, поставив свой стакан на стол. — Не вытаскивай пока анаконду.

Я посмеялся про себя и направился сквозь толпу к лестнице, ведущей в ванную. Однажды я уже поднимался, и, поскольку Дэнни повесил на дверь фотографию женщины, писающей в писсуар стоя, я не забыл, какая дверь мне нужна.

Я вошел внутрь, запер дверь на ключ и вздохнул с облегчением, пока мочился, казалось, целую вечность, что дало мне время рассмотреть фотографии на стене над унитазом. Все они были с братьями Уиллоу, за исключением Дэнни, на некоторых — Уиллоу, на других — еще одна девочка, у которой были разные прически: от коротких, остроконечных и черных, до длинных, волнистых и розовых. Познакомившись с Пэтси и увидев ее рыжие волосы, я предположил, что девушка на фотографиях, должно быть, была ее сестрой Долли, которая в настоящее время путешествовала со своим парнем.

Я улыбнулся, увидев юмор в том, что в туалете есть галерея их братьев и сестер, и пожелал, чтобы у нас с Джонни было столько же фотографий друг друга, сколько у Дэнни и Пэтси. Мне хотелось бы, чтобы у нас было такое же детство, как у всех остальных, но, возможно, фотографии и воспоминания шли рука об руку со счастьем, а это было то, чего мы не испытывали в детстве.

Я спустил воду, а затем подошел, чтобы вымыть руки, и увидел над раковиной две черно-белые фотографии, на одной Джоанны Ламли в роли Пэтси, а на другой Джона Траволты в роли Дэнни Зуко, и громко рассмеялся. Черт, я хотел того, что, казалось, было у этих двоих, и я был почти уверен, что если все и дальше пойдет в правильном направлении, я захочу их с Уиллоу. Я никогда еще так не увлекался девушкой за такой короткий промежуток времени, и, хотя это немного пугающе, но в то же время было захватывающе думать о возможностях будущего с такой девушкой, как она.

Я открыл дверь и начал спускаться вниз, когда услышал, что кто-то разговаривал в одной из спален прямо передо мной. Дверь была приоткрыта, и в щель я увидел, что это Рубен. Он не заметил меня, потому что опустил голову, провел рукой по волосам и топнул ногой.

— Нет, — прошипел он. — Я же сказал, тебе нельзя сюда приходить, это слишком рискованно… Хорошо… Не знаю, сколько обычно.

Я понял, что остановился и подслушивал, когда мне не следовало этого делать, поэтому прошмыгнул мимо комнаты так тихо, как только мог, и спустился обратно вниз.

Когда я вернулся в гостиную, Уиллоу подпрыгивала на месте, размахивая руками и качая головой. Она выглядела такой радостной, что я догадался, что играла музыка семидесятых, поскольку не узнал ее. Она поймала мой взгляд и помахала рукой, погрузившись в музыку.

— Потанцуй со мной, — воскликнула она. — Это «Crazy Horses» — The Osmonds.

Я рассмеялся и покачал головой.

— Я в порядке, детка, танцуй сама.

Она закатила глаза и махнула мне рукой.

— Портишь настроение, но я достану тебя позже.

— Ладно, я избавлю тебя от танцев.

Когда заиграл припев, ее танец стал еще более диким, и я решил взять свой напиток и поискать Бомбера, а в голове у меня крутились слова Рубена. Я не был уверен, стоило ли рассказывать Уиллоу; рассказывать было особо нечего, да и вообще, это было не мое дело. Однако, меня беспокоило, что Уиллоу оказалась права, и он был замешан в чем-то нежелательном. Я взял свой стакан с того места, где оставил его, и заметил, что Бомбер сидел в углу. Он крепко спал, прислонившись к стене, а из-под ворота его футболки торчал голубой пластиковый ломтик рыбы.

— Что делает Бомбер? — спросил я Полли, которая пристально смотрела на Деклана.

Она вздрогнула и повернула голову ко мне.

— Я использовала рыбью нарезку, чтобы отвлечь его, и он украл ее у меня, — рассмеялась она, но ее взгляд быстро вернулся к Деклану, который теперь целовал миниатюрную светловолосую девушку.

— Ты должна дать Тоби шанс, — предложил я и подтолкнул ее плечом.

Она одарила меня улыбкой и закатила глаза.

— Пожалуйста, только не говори, что он и тебя заинтриговал. Он слишком молод.

— Он всего на четыре года моложе, не так ли?