Практика по брачному контракту. Магия не пригодится! (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 50

Я сразу направилась к калитке и осторожно замерла перед ней. Покосившийся столбик, на котором любил сидеть черноволосый мальчишка, пустовал. И только в этот момент я заметила, что при мне нет Кетту. Наверное, он спрятался от риспи. Но где его теперь искать?

К счастью, искать и не пришлось. Белый кончик хвоста мелькнул среди травы по ту сторону живой изгороди, и я решительно отворила калитку. Лис вел меня вперед, и вскоре за углом башни я обнаружила Сулаки.

На этот раз девушка сидела на траве и смотрела в небо. И в ее облике была такая невыразимая тоска, что сердце сжалось. Меня она старательно не замечала, пока я не остановилась рядом и не поздоровалась. Только после этого Сулаки произнесла, не поворачивая головы:

– Смотрю, супруг совсем не уделяет тебе внимания. Не думала, что Эдвин так плох в постели, что от него жена сбегает по ночам.

Несколько мгновений я молчала, не зная, что на это отвечать. Поэтому решила сразу перейти к делу:

– Приходили Саалаб и Таалаб. Просили передать тебе, что Цер вернулся.

В следующий миг Сулаки оказалась рядом со мной. Дрожащими пальцами она ощупала мое лицо. Тщательно и аккуратно прошлась по губам, словно искала следы насмешки. Затем ее руки безвольно упали, и девушка обреченно прошептала:

– Ты же врешь, да? Нет… Ты не можешь знать его имя. И Эдвин не мог… Не мог ничего узнать.

– Они просили передать тебе это, – терпеливо повторила я. – Правда, или нет – не знаю. Кто такой Цер?

Сулаки резко отвернулась, и я поняла, что ответа мне не дождаться. Тем сильнее я удивилась, когда мертвым голосом девушка произнесла:

– Цер и я… Нас разлучили. Давно. Меня наказали и заточили здесь. А Цер… Тоже был наказан. Значит, Унэгэн смилостивился. Позволил ему вернуться. Хорошо. Спасибо.

– За что тебя наказали? – спросила я. – Точнее, вас…

Сулаки повернулась ко мне и прошептала:

– Неважно. Это дела минувших дней.

– Возможно, это поможет мне освободить тебя, – многозначительно произнесла я.

Девушка усмехнулась и снова шагнула ко мне. Тонкий палец погладил мою щеку, и Сулаки ядовито прошептала:

– Может быть, стоит сначала решить свои проблемы. Кажется, теперь Старшая и Младшая охотятся за тобой, папочке на тебя плевать, а договор не работает как надо.

Холодея внутри, я прошептала:

– Ты уже знаешь… Может, знаешь и то, почему может не действовать договор?

Сулаки чуть повернула голову, и мне показалось, что сейчас она смотрит на Кетту. Густая челка не давала мне понять, что она чувствует, но заговорила девушка довольно едко:

– Ну, одну проблему вашего брака я уже угадала. Не все в нем идет так, как надо. Ты все еще невинна. Эдвин не коснулся тебя, верно?

Мое сердце упало. От мысли, что причина может быть в этом, бросило в жар. Но в следующий миг за моей спиной раздался голос Эдвина:

– Этого не может быть.

Я резко обернулась и увидела, что Эдвин приближается к нам от двери, ведущей в башню. Ректор остановился рядом со мной и повторил:

– Этого не может быть. Роберт и Флоранс… Между ними не было никаких отношений, а ночи братец проводил в борделях, пытаясь утопить горе в вине и чужой любви.

– Вместе с тобой, – не замедлила уколоть его Сулаки.

Девушка прильнула к нему и вскинула голову. Тонкие пальцы легли Эдвину на плечи, и я ощутила укол ревности. Правда, отвращение на лице ректора было неподдельным. Кажется, только неизвестный договор не позволил ему оттолкнуть Сулаки в тот же миг. Эдвин словно окаменел и процедил:

– Это не имеет значения. Невинность Лины не может быть причиной того, что договор не действует.

Сулаки хитро улыбнулась и ответила:

– Может быть да, а может быть и нет. В конце концов, вторая причина тоже лежит на поверхности.

С этими словами девушка отвернулась и отошла в сторону. Я поспешно спросила:

– То, что я полукровка?

– Вероятно, – бросила она через плечо.

Эдвин взял меня за руку, явно собираясь увести, но я продолжила:

– Как сделать так, чтобы договор снова вступил в силу? Ты же знаешь об этом, верно?

Не оборачиваясь, Сулаки ответила:

– Допустим, знаю.

В этот момент дыхание затаил даже Эдвин. Я покосилась на ректора и по его лицу поняла, что меньше всего он ждал, что рыжеволосая пленница его дома станет мне отвечать. А Сулаки в этот момент повернулась и уверенно добавила:

– И пожалуй, даже скажу.

Пальцы Эдвина сжали мою руку. Теперь мы оба смотрели на Сулаки. Рыжая медленно приблизилась, на ее губах заиграла усмешка, и я уточнила:

– Правду скажешь?

– Выскажу свое предположение, – ответила Сулаки, останавливаясь в шаге от нас. – Вы провели свадебный ритуал по человеческим законам. Но Лина – наполовину риспи. Для того чтобы договор начал действовать, вы должны скрепить брак по законам огненных духов.

– У риспи есть брачный ритуал? – нахмурился Эдвин.

– Разумеется, – вздохнула Сулаки. – Не все из нас выбирают брачные узы, но такая традиция существует.

Ректор немного поразмыслил и спросил:

– И что тогда? Как скрепляют брак риспи?

Сулаки улыбнулась еще шире:

– О, здесь есть небольшая загвоздка, и не одна.

– Какая? – прошептала я.

– Ритуал проводят у священного камня на горе. Не думаю, что туда допустят полукровку и человека. Это первое. А второе… Брак, заключенный в этом месте, не подлежит расторжению. Союз риспи вечен, и может быть разорван только в случае смерти одного из них. Поэтому далеко не все огненные духи приносят клятвы у камня.

Я почувствовала смятение. Вечный союз? Одна часть меня металась в ужасе и кричала, что я на это не подписывалась. И в то же время от мысли, что я могу стать настоящей женой Эдвина, захватывало дух, и в душе разливалось тепло. Я постаралась подавить это чувство и покосилась на своего фиктивного супруга. Ректор неуверенно произнес:

– Врешь.

– Что, были другие планы, Эдвин? – фыркнула Сулаки. – Привел сюда девочку только для вида и наделся, что этого будет достаточно? Фиктивный брак с адепткой. Как ты только докатился до этого?

– Ничего подобного, – попытался вяло отпереться Эдвин.

Но девушка только рассмеялась в ответ:

– Если бы ты и правда решил жениться, она не нарушала бы запретов и не гуляла по ночам.

Ректор стиснул зубы. На его скулах ходили желваки. Сулаки в этот момент развернулась и ушла, оставляя нас наедине со своими откровениями. Я почувствовала, что у меня дрожат пальцы. Эдвин в этот момент держал меня за руку, и тоже это ощутил.

Он резко взял меня за плечо и развернул к себе. А затем требовательно спросил:

– Ну чего ты трясешься? Не трону я тебя. И на гору не отправлю. Это только ее предположения.

– Лоуэлл все равно хочет, чтобы я пошла туда… – прошептала я в ответ. – И эти предположения очень похожи на правду.

Я опустила взгляд и обнаружила, что Кетту сидит у моих ног и преданно заглядывает мне в глаза.

– Лина, – осторожно позвал Эдвин, и я поспешно вскинула голову.

Он разжал руки и предложил:

– Пойдем в дом. Ложись спать и ни о чем не думай.

Как бы не так! Уснешь тут, после таких новостей.

Но я натянула улыбку и направилась к калитке. Ректор шагал за моим плечом и был погружен в свои мысли. Но чем больше я размышляла о словах Сулаки, тем лучше понимала, что ее версия кажется очень и очень правдоподобной. А еще – что я совершенно не знаю, что со всем этим делать. Вечный брак с Эдвином? Да он и сам не захочет… Вон как побледнел. Он явно не собирается связывать себя со мной навеки. Да и Старшая и Младшая никогда не позволят мне ступить на их землю.

Больше всего я надеялась, что ректор отложит выяснение отношений до утра. Только на пороге своей комнаты я вспомнила, что меня разбудила огненная элементаль. Теперь магия уснула. Может, и я смогу выспаться?

Надежды оказались тщетными. За спиной раздался негромкий голос Эдвина:

– Лина, почему ты в очередной раз не спишь?

Кетту у моих ног зарычал, тон ректора ему явно не понравился. Я неопределенно пожала плечами, не оборачиваясь, и пожаловалась: