Ключ к убийству - Урса Алекс - Страница 14

– Нужно допросить водителя, – кинул Франсуа в сторону Баселя, не отрываясь от экрана.

– Угу, – промычал напарник и запил остатки багета водой. На экране снова ничего не происходило. Глаза у Франсуа слезились. Время подбиралось к отметке 01:12, когда к подъезду быстро подошла какая-то тень. Невысокого роста человек нажал какую-то кнопку на панели домофона. Звука на записи, как назло, не было. Несколько секунд ничего не происходило. Незнакомец нервно поправил капюшон, оглядываясь по сторонам. Ему явно было не по себе. Наконец он дернул ручку подъездной двери и проскользнул внутрь.

– Его кто-то впустил, – подвел итоги Франсуа. – Если бы он знал код, зашел бы сразу. Говоришь, никто его не опознал?

– Формально нет, – протянул Басель, поблескивая глазами в сторону второго багета. Франсуа вздохнул и потряс сэндвичем у напарника перед носом.

– Давай сначала факты.

– Мне кажется, – и тут Басель сделал выразительную паузу, заставив Франсуа податься вперед, – один из соседей Седу врет. Точнее, соседка.

Франсуа понимал, что слово «кажется», являющееся обязательным в такого рода предложениях, в случае с напарником можно было опустить. Но формальности никто не отменял.

– Выкладывай, – сказал он и положил сэндвич на видное место. Басель вздохнул, сглотнул слюну и приступил к докладу.

Дверь на лестничной клетке третьего этажа, что располагалась прямо напротив квартиры Ксавье Седу, не открывали достаточно долго. Но Басель, явно чувствовавший чье-то молчаливое присутствие и какое-то невнятное шевеление за дверным полотном, уходить не спешил. Дождавшись, когда невидимый жилец как следует рассмотрит его в глазок, он нажал на пуговку звонка еще раз. Потом, привычным жестом вытащив из кармана удостоверение лейтенанта полиции, помахал им перед глазком.

– Месье? Мадам? – громко позвал он. – Я провожу опрос в связи со вчерашним убийством вашего соседа.

Замок тихо щелкнул, и дверь слегка приоткрылась. Басель скорее почувствовал, чем увидел в проеме силуэт женщины. Она несколько секунд разглядывала удостоверение, а может быть, собиралась с мыслями и в конечном счете обреченно кивнула, поняв, что разговора не избежать.

– Меня зовут Басель Ромм. Я могу пройти в квартиру, мадам? – поинтересовался Басель, отчаянно желая присесть, вытянуть ноги и, если повезет, выпить кофе. Но женщина помотала головой:

– Извините, это исключено. Вы разбудите моего мужа.

Басель удивленно вскинул брови. По его представлению было часов шесть вечера. Ни под определение «слишком рано», ни под понятие «слишком поздно» такое время для сна, в его понимании, не попадало. Женщина, увидев реакцию полицейского, посчитала нужным объяснить:

– Мой муж – Дидье Дассини – профессиональный боксер. Сегодня утром он вернулся из Японии, где участвовал в поединке. Сейчас отсыпается. – Она в конце концов вышла из тени, и теперь Басель мог спокойно рассмотреть ее. Миловидная блондинка, около тридцати, одетая в универсальный комплект: джинсы и легкий бежевый свитер. Про таких принято говорить «ухоженная». Ее лицо можно было бы назвать идеальным, если бы не великоватый нос, а вот выражение лица было каким-то вымученным. Впрочем, Басель понятия не имел, как должны выглядеть жены профессиональных боксеров. Имя Дидье Дассини было ему известно. Он, как и любой другой мужчина, любил время от времени посмотреть боксерский поединок, потягивая пивко на диване. Не Мохаммед Али, бесспорно, но все же. Концентрация селебрити на один жилой дом резко повысилась.

– Я могу узнать ваше имя? – поинтересовался он дружелюбно. Женщина вздохнула и вышла на лестничную клетку, аккуратно прикрыв за собой входную дверь.

– Ирэн, – представилась она без тени улыбки. – Ирэн Дассини. Но боюсь, мне совсем нечего вам сказать.

– Правда? – белозубо блеснул улыбкой Басель, включая мужское обаяние, и кивнул себе за плечо на дверь Седу, на которой теперь красовалась желтая полицейская лента. – Ваша входная дверь всего в нескольких метрах от квартиры, где было совершено убийство. Вы не заметили ничего необычного? Не слышали никакого шума?

Ирэн покачала головой:

– Я приняла снотворное в десять вечера и всю ночь спала как убитая. Так что – нет. Извините. Кажется, я абсолютно бесполезна как свидетель.

– То есть вы не слышали абсолютно ничего прошлой ночью? – уточнил Басель терпеливо. – Даже то, как приехали полиция и «Скорая помощь»?

Ирэн опять повторила отрицательное движение головой.

– Нет, абсолютно ничего, – ровным голосом подтвердила она, – помимо выпитого снотворного, я заткнула уши берушами, чтобы мне не мешал шум с улицы. В этом здании запрещено ставить современные пластиковые окна со стеклопакетами. Старинные рамы – это, конечно, красиво, но спать порой совершенно невозможно.

– В последнее время вы не наблюдали ничего необычного или подозрительного? Никаких посторонних лиц в подъезде или на улице рядом с входной дверью? – вздохнул Басель.

Женщина поспешно покачала головой.

– Ваш сосед месье Седу ни с кем не ссорился? Его квартира совсем рядом, вы могли слышать что-нибудь, что привлекло бы ваше внимание, – не отставал Басель.

– Нет-нет, – все так же быстро ответила Ирэн.

– А в котором часу вернулся ваш муж? – задал следующий вопрос Басель. – Он тоже ничего не слышал в эту ночь?

– Его рейс приземлился в аэропорту Шарль де Голль в шесть утра. Дидье поймал такси и добрался до дома около восьми, – пожала плечами Ирэн, – так что это исключено.

– Понятно, – кивнул Басель и, вытащив из кармана куртки слегка помятую черно-белую фотографию, протянул ее женщине. – Посмотрите, пожалуйста. Вы не находите знакомым этого человека? – Ирэн кинула на глянцевую поверхность быстрый взгляд и отрицательно покачала головой. Она даже не взяла фотографию в руки. Ничего не сказала об отвратительном качестве снимка и о том, что по такому изображению, строго говоря, невозможно никого опознать. Она не сделала ничего того, что делали до нее практически все жильцы, и Баселю сковало позвоночник от знакомого чувства. Женщина лгала. В это мгновение за ее плечом произошло непонятное движение, и в дверном проеме нарисовался темнокожий мужчина с идеально проработанным обнаженным торсом.

«Интересно, он всегда ходит без рубашки?» – подумал про себя Басель, безошибочно опознавая в мужчине с давним переломом носа боксера Дидье Дассини. Женщина крупно вздрогнула и поспешила улыбнуться мужу.

– Мы тебя разбудили, милый? – сказала она неестественно веселым голосом. – Это следователь из полиции. Он здесь по поводу убийства Ксавье Седу. – Звучало так, словно она просила у мужа прощения за совершенное так не вовремя убийство. – Извините, не помню вашего имени, – повернулась она к Баселю, и тот снова почувствовал холодок лжи. – «Врешь. Ты прекрасно помнишь мое имя, а весь этот спектакль ради ревнивого мужа».

Дидье Дассини хмуро глянул на Баселя и, не поздоровавшись, повернулся к жене.

– Ты же говорила, что ничего не слышала и ничего не знаешь? – недовольно спросил он у нее.

– Вот именно об этом я и говорила месье полицейскому, – с готовностью подтвердила Ирэн, с подобострастной улыбкой заглядывая в лицо супруга.

– У вас есть еще какие-нибудь вопросы? – недовольно поинтересовался невыспавшийся боксер у Баселя, и тот протянул все тот же черно-белый снимок.

– Вам случайно не знаком этот человек? – поинтересовался он у Дидье. Тот взял снимок и, бросив на него взгляд, недовольно хмыкнул.

– Как тут вообще кого-то можно узнать? Вы сами этот снимок видели? Вот вы бы узнали кого-то по такому фото? – обрушился он на Баселя. – Я надеюсь, теперь у вас все? – сунул он фотографию обратно в руки полицейского.

– Теперь все, – с улыбкой подтвердил Басель, – всего вам доброго. – И, блеснув сережкой в ухе, легко сбежал вниз по лестнице.

– Выходит, Ирэн Дассини врет? – задумчиво побарабанил пальцами по столу Франсуа и, проследив за взглядом Баселя, передал ему обещанный сэндвич.