Ключ к убийству - Урса Алекс - Страница 45

– Понятно. Все сошлось: похожие повадки, музыкальная одаренность, просьба о помощи. Франсуа, не надо, – мягко, но настойчиво попросил Басель. – Слышал изречение: «Делай, что должен, и свершится, чему суждено»?

Франсуа едва заметно качнул головой.

– Ты должен делать все, что от тебя зависит, – жестко сказал Басель, – ты должен анализировать всю имеющуюся информацию и пытаться принять правильное решение, сделать свой правильный выбор. Тот выбор, который ты считаешь верным. Это твоя зона ответственности. То есть «делай, что должен». Но! То, как ситуация сложится в конце концов, это результат взаимодействия множества факторов, ты сам – лишь один фрагмент этой мозаики. Ты не можешь нести ответственность за все на свете. То есть «будь, что будет». Иногда ситуацию нужно просто-напросто отпустить. Не кори себя за то, что произошло. Ты сделал все, что от тебя зависело. Но, может быть, все было именно так. Может быть, Ангел действительно убийца.

Франсуа сидел потрясенный.

– Что же мне делать? – спросил он растерянно. Басель устало пожал плечами:

– Идти домой. Тебе надо поспать. Отдохнуть. Солюс же дал тебе выходной. Проведи время с Тамарой и Вадимом. И перестань мучить себя.

Франсуа прислушался к новому ощущению внутри, пытаясь своей пьяной головой вспомнить, как оно, собственно, называется. «Облегчение», – вспомнил он. Это чувство называется облегчение. Не сказать, чтобы его отпустило. Но он увидел, что, пожалуй, есть выход. В словах друга были своя логика и здравый смысл, и это сработало. Ему стало лучше. Внезапно ему чертовски захотелось спать. Спать у себя дома в своей кровати. Уткнувшись носом в шею Тамары и вдыхая ее знакомый запах. Увидеть своего сына. И больше не думать ежедневно о том, что он не лучше убийц, осужденных и сидящих в камере. «Не исключено, шанс есть и все наладится», – сказал он сам себе.

– Спасибо, – искренне произнес он, оборачиваясь к Баселю.

– На здоровье, – буркнул себе под нос Басель, довольный, что достучался наконец до этого обормота, решившего взять на себя непосильное бремя вины. – Я надеюсь, за руль ты в таком состоянии не собираешься?

– Нет, – рассмеялся, поднимаясь со скамьи, Франсуа, – у меня есть Uber. – И он открыл приложение. Ближайшая машина находилась всего в пяти минутах езды от него. – А ты? – поинтересовался он у напарника.

– Да я еще не решил. – Басель прикинул, не поздно ли заскочить к малышке Жюли. Они дошли до проезжей части молча, думая каждый о своем. Программа на смартфоне уже выдала Франсуа номер машины и имя водителя, когда его внимание привлек магазин бытовой техники на противоположной стороне дороги. Все как один плазменные телевизоры на витрине показывали последние новости и, естественно, на всех экранах красовалось изображение Анжело. Франсуа поморщился и уже почти отвернулся, как картинка сменилась. Теперь экраны занимала другая фотография.

Сердце Франсуа рухнуло куда-то в желудок и, не понимая, что он делает, он рванул к магазину прямо через проезжую часть, игнорируя несущийся на него поток машин. Оглушительно взвизгнули тормоза, раздался грохот. Басель с ужасом бросился за напарником, молясь, как бы его пьяный друг не закончил свой бренный путь под колесами такси. Послышался звон чьего-то разбитого бампера. Франсуа, чудом избежав столкновения, добрался до противоположного тротуара и трясущимися руками оперся о стеклянную витрину.

– Франсуа, ты совсем охренел?! – догнал его наконец Басель. – Тебе жить надоело? – Но оборвал сам себя, наткнувшись на взгляд напарника.

– Это… – Губы Франсуа прыгали, и он не сразу смог произнести всю фразу. – Это… тоже не моя вина? – Его голос сорвался, и в конце концов он просто указал Баселю на ряд экранов за стеклом. – Ведь это я должен был предусмотреть?!

Басель перевел взгляд за Франсуа. Звука не было слышно, но это не требовалось. Внизу экрана, под фотографией Ирэн Дассини, шла бегущая строка, и Басель, сфокусировавшись, наконец прочитал:

«Происшествие в шестом округе. Боксер-тяжеловес до смерти забил свою жену».

Глава 12

«В прошлой жизни я, наверное, была рыбой, – думала Наоми Мартинес, стоя в душе под теплыми струями. – Ну или жабой, что скорее всего», – продолжила она невесело. Потребность в воде у нее была на клеточном уровне. Особенно в последнее время. Она начинала свой день в душе, чтобы зарядиться энергией и настроиться на правильный лад, и заканчивала его там же, чтобы смыть с себя неизбежный накопившийся негатив. Кроме того, вода помогала ей в случае недомогания, плохого настроения или стресса. Она была самым первым и самым верным лекарством и средством восстановления. А сегодня Наоми была в душе уже в четвертый или пятый раз. Все полотенца были влажными, коврик в ванной комнате чавкал под ногами, подушечки пальцев разбухли и сморщились, и ей совсем не хотелось выбираться наружу. Стоило выйти из ванной комнаты, как на нее наваливалась неприглядная действительность – бубнящий в гостиной телевизор, по которому не останавливаясь шли новости о том, что Анжело сознался в убийстве Ксавье Седу. Ее Ангел.

Она вспомнила, как неделю назад Анжело отдыхал на диванчике в студии, положив голову ей на колени. Наоми невесомо скользила пальцами по его лбу, переносице, ресницам. Глаза Анжело были закрыты, но Наоми знала: он не спит. Его глазные яблоки беспокойно двигались под тонкими веками. Сколько она его помнила, он не мог спать, как все нормальные люди. В лучшем случае час или два. Но каждую ночь неизменно просыпался с криками. Бился как птица, мокрый, судорожно хватающий воздух ртом. Когда еще мог спать сам. Но доктор объяснил, что лежать с закрытыми глазами – это уже своеобразный отдых, хоть и не заменяющий полноценный сон. Наоми вспомнила, как плакала, стараясь не шевелиться и не тревожить Анжело. Она боялась всхлипнуть и привлечь его внимание. Она даже обнаружила, что если со слезами не бороться и позволить им свободно стекать по щекам и подбородку, то и плакать можно почти бесшумно. «Вернись ко мне, – просила она про себя, – где бы ты ни был, вернись ко мне. Мне страшно. Я чувствую, что я тебя теряю». Тогда она думала, что хуже и быть не может. Оказалось, может. Жизнь сделала очередной виток, но пошла по спирали не вверх, а вниз.

Теперь по всем каналам говорили, что ее Ангел убийца. Наоми хотела выключить телевизор, но не могла заставить себя приблизиться к нему, как к гадкому слизняку, к которому противно притрагиваться, а пульт куда-то благополучно завалился. Поэтому, в конце концов, после бессмысленного кружения по квартире, она снова сбежала в ванную и встала под упругие теплые струи, смывая с лица слезы.

Наоми не спешила. Она подкрутила кран и сделала воду почти нестерпимо горячей. Помещение мгновенно наполнил пар, и ей показалось, что она находится прямо в середине уютного волшебного облака. Так тихо и спокойно. Остаться бы здесь навсегда. Не слышать, не думать, не знать. Не верить в то, что они говорят. Она не выдержит. Она не была к этому готова. У нее больше нет сил бороться за своего Ангела. Все, что она могла, – это стоять под душем и ни о чем не думать. Но даже сквозь шум воды ей постоянно слышались какие-то обманчивые отголоски звуков.

Наоми прикрыла глаза. Последний год ей все время казалось, что она слышит то, чего не было: телефонные рингтоны, сигналы приходящих сообщений, звонки во входную дверь. В девяносто пяти процентах случаев это оказывалось иллюзией. Вот и сейчас Наоми в который раз почудилось, что она слышит дверной звонок. Она прикрыла глаза и сделала напор посильней. Но расслабиться больше не получилось. Наоми тяжело вздохнула, закрутила воду и все же прислушалась на всякий случай. В наступившей тишине звонко капала вода с душевой лейки. Наоми от перепада температуры начала замерзать и уже протянула руку к крану, чтобы включить воду снова, но в этот миг настойчивая трель отчетливо разорвала ночную тишину. Ошибки не было – кто-то настырно звонил в дверь.

Неприятное чувство сжало Наоми желудок. На часах было около двух ночи, и ничего хорошего нежданный визит сулить не мог. Дрожащей рукой она сняла с крючка пушистый халат и завернулась в него, потуже затягивая пояс. Вышла в коридор и прислушалась в надежде, что неизвестный ночной посетитель все же ушел, не дождавшись, пока ему откроют. И ровно в тот момент, когда она убедила себя, что все закончилось, в дверь снова позвонили. Наоми подпрыгнула от неожиданности и, подойдя на цыпочках, заглянула в глазок. На тускло освещенной лестничной клетке стоял молодой черноволосый мужчина. Наоми замерла, стараясь не дышать, а визитер, словно почувствовав ее за дверью, подал голос: