Первая люболь - Исаева Катрин - Страница 24

– Малая, чего ты боишься? Мы же теперь друзья… – Последнее слово партнер выделил особой интонацией, так что мое дыхание перехватило.

– Поверь, так будет лучше для всех, – прошептала я, сама того не осознавая, крепче прижимаясь к его напряженному телу, пока другие актеры по очереди выходили на поклон.

– Сама-то в это веришь? – Дима чуть отстранился и посмотрел на меня в упор.

Моя голова закружилась от его уверенного мужского взгляда. В нем читалась настойчивая заинтересованность и что-то еще… притягательно опасное.

– На сегодня достаточно. Все безупречно! – радостно заключила режиссер.

– Роза, мы не договорили. – Воинов поймал меня за локоть, не позволяя затеряться в толпе актеров.

– Дим, я на консультацию опаздываю… – Я смущенно отвела взгляд, так как от переизбытка чувств сердце норовило выпрыгнуть из груди.

Он не стал догонять меня. Вот и славно. Мне нужно было время, чтобы набраться сил перед завтрашним спектаклем. Да и вообще, все слишком сильно запуталось не только дома, но и в школе. Жизнь каждый день подбрасывала новые задачки. Увы, на этот раз нельзя было справиться знанием стандартных формул.

Я покинула школу с квадратной головой. На крыльце еще толпились человек десять, и во дворе было полно ребят. Вдруг взгляд зацепился за что-то подозрительно знакомое.

Боже, нет. Только не это!

В глубине двора стояли мусорные баки. На одном из них висел разодранный в клочья костюм военной медсестры.

Мой костюм.

Издав рваный гортанный звук, я побежала вперед, хватая грязную тряпицу и прижимая ее к груди. Губы дрожали, пальцы тряслись. Мое тело пробивал озноб, холодный пот катился по пояснице.

– Эй, королева помойки! – Я вздрогнула от зловещего смеха за спиной.

Обернувшись, я моментально угодила в объектив Краевой.

– Щелк-щелк! Кадр для потомков, как наша Розочка лазит по мусорным бочкам!

Глава 14

– Гадина! Какая же ты гадина! – процедила я, стараясь сдержать подступающие слезы.

Я понимала, что никакие ругательства не помогут спасти безбожно испорченный костюм. Я растерялась, так как понятия не имела, что теперь делать и куда бежать! На улице скоро стемнеет, а я плохо знала город, и мне не хотелось влипнуть в новые неприятности.

– Полегче, Пчелкина! Иначе подам на тебя в суд за клевету! – Краева ехидно рассмеялась. – С чего ты взяла, что это я? Камеры-то до сих пор не работают… – Ее торжествующая улыбка лишила меня последних сил.

– Ты за все ответишь. – Я презрительно усмехнулась, отступая на несколько шагов назад.

– Думала, самая умная: прикинешься бедной овцой, и Воин у твоих ног? Рано радуешься, королева помойки! Не забудь сегодня душ принять! – Девица подмигнула, и ее глаза источали могильный холод.

Внутри меня все сжималось от боли. Моим единственным желанием было спрятаться от всех и выть белугой, оплакивая безвыходность ситуации, в которой я оказалась.

Дорога домой мне казалось сущим испытанием, словно я продиралась сквозь непролазные джунгли. Однако испорченный халат военной медсестры служил напоминанием, что это не сон, а явь…

Я вздрогнула от назойливой вибрации мобильного на дне рюкзака и притормозила. Сняв варежки, я дрожащими пальцами выудила телефон. На экране отображался входящий вызов от Аделины.

– Да, – ответила я сникшим голосом.

К счастью, перед ней не надо было надевать маску и играть того, кем ты не являешься.

– Роза, ты чего такая грустная? – настороженно поинтересовалась подруга.

– Я… я… – запинаясь, я все-таки дала волю своим эмоциям и расплакалась.

Холодный воздух царапнул горло, и я закашлялась.

– Боже! Вот дрянь! – Аделина не смогла сдержать гнев после того, как я в общих чертах обрисовала ситуацию. – Краева реально озлобленная дура! Да этим поступком Анька навсегда отвернет от себя Воинова! – не унималась одноклассница на том конце трубки.

– Я ничего ему не скажу, – ответила я твердо. – Он не мой парень. Не хочу нажить себе еще больше проблем.

– Ох, Розка, сама решай, твой или не твой, только спектакль уже завтра, и нужно срочно найти тебе новый костюм!

– Да, ты права… – Я вздохнула, бросив отчаянный взгляд на порванную тряпку, болтающуюся подмышкой.

– Ты сможешь прийти ко мне прямо сейчас? – решительно поинтересовалась Аделина.

– Думаю, да. Но зачем?

– Моя мама врач. У нее полно медицинских костюмов. Правда, она крупнее тебя размера на два, но что-нибудь придумаем!

– Ты правда мне поможешь? – пробормотала я, не веря своему счастью.

– Конечно! С превеликим удовольствием! – хохотнула одноклассница, диктуя адрес.

Спустя час мы сидели за белоснежным кухонным столом Вороновых, лопая борщ с пампушками, и хохотали из-за какого-то пустяка.

– Я же говорила, все будет отлично! Мамкин халат даже лучше впишется в антураж, вот увидишь! – кивнула Ада, запихивая в себя очередную ложку супа.

– Да, пожалуй, только подошью его немного… – Я улыбнулась, до сих пор пребывая в состоянии эстетической эйфории от утонченного убранства дома.

Аделина рассказала, что два года назад сама составила дизайн-проект их новой квартиры, и сейчас я восхищалась ее безупречным вкусом. Несмотря на небольшие квадратные метры все выглядело уместно, стильно и дорого, хотя подруга призналась, что их семья обладала отнюдь не большим бюджетом. У нее явно наблюдался дизайнерский талант.

Нашу беседу прервал звонок в дверь.

– А вот и Лешка! – Я торопливо взяла тарелку, и, обмыв ее под краном, поспешила в коридор.

Ада вышла следом, останавливаясь около двери.

– Жаль, что уже уходишь. Так классно посидели!

– Значит, точно не в последний раз. – Я искренне обняла свою спасительницу.

– Не волнуйся, Роза, все будет хорошо! Завтра вас ждет успех! – Открыв щеколду, подруга поздоровалась с моим братом, и, перекинувшись еще парой дежурных фраз, мы поспешили домой.

До начала спектакля оставалось несколько минут, но актовый зал уже был забит под завязку. Еще бы – сам Дима Воинов исполнял главную роль. Тянуло на событие планетарного масштаба, поэтому за час до мероприятия первые ряды были укомплектованы толпой его обожательниц.

Я дрожала, еле держась на ногах. Боже, зачем ввязалась в эту авантюру? Но обратного пути уже нет. Нужно собраться и выйти из-за кулис, представ перед школьниками и администрацией школы.

– Роза…

Я обернулась, сталкиваясь взглядом с самыми красивыми льдисто-голубыми глазами на свете. Дима многозначительно улыбнулся и ласково погладил меня по щеке. Я ощутила его теплое дыхание на своих губах, когда он наклонился совсем низко.

– Все будет хорошо. Просто помни: я рядом.

Страх отступил. Я не знаю, как ему это удалось, но у меня за спиной словно выросли невидимые крылья. Вдруг стало спокойно и легко: я попала под невидимую защиту моего Воина.

– И тогда я решил: если ты будешь жива, то непременно на тебе женюсь… – Дима утопил пальцы в моих длинных волосах, пока я лежала на кушетке.

Мы с Кариной Сергеевной сошлись на том, что ничего не будем менять в сцене поцелуя главных героев, придуманной Богданом. На репетиции Дима послушно прижимался губами к моему подбородку, и я не ждала каких-то изменений во время спектакля.

…А потом Дима опустил голову, коснулся мягкими приоткрытыми губами моих губ и нежно поцеловал. Сердце подпрыгнуло, вызвав легкое головокружение. Мы замерли в этом состоянии на несколько мучительно прекрасных секунд. Слишком волнующе, слишком сладко. И в то же время абсолютно невинно. Без присущей ему агрессии или напора. Оказалось, Дима знает толк в самых чутких ласках.

– Встретимся сегодня после спектакля? – прошептал он, слегка отрываясь от моего рта. – У меня для тебя кое-что есть.

Я не успела ответить, так как в этот миг зал разразился оглушительными аплодисментами. Сцена предложения с последующим поцелуем лейтенанта и медсестры была завершающей. Зал аплодировал стоя.