Руководство по фальшивым отношениям с твоим врагом (ЛП) - Никки Брайт - Страница 5

— Поверь, Мигель был в таком же шоке, как и ты, когда я попросила передать приглашение, — я осторожно поставила стакан с латте на столик перед своим креслом, опасаясь, что в порыве эмоций могу его пролить.

Звук, с которым он плюхнулся на выцветший бархатный диванчик напротив моего кресла, вернул меня к реальности. Он сел с непринуждённостью, а его тёмные глаза оставались непроницаемыми.

— Ты, наконец, решила принять моё предложение обсудить пожертвования для «Друзей библиотеки» за чашкой кофе? — спросил он своим привычным обаятельным тоном, которым всегда добивался своего. Но я уловила в его голосе лёгкое любопытство.

— Нет, — я покачала головой. — Я хочу предложить тебе одну идею.

— Идею? — Сэмюэль удивлённо приподнял бровь, на его красивом лице мелькнула тень интереса. — Это, безусловно, что-то новенькое. Обычно, когда Мэнны обращаются к Уорнерам, это заканчивается спором, а не предложением. Продолжай. Я заинтригован.

Собравшись с духом, я глубоко вдохнула.

— Я думаю, что нам… То есть, тебе и мне… стоит… начать фальшивые отношения.

Слова прозвучали ещё более нелепо, чем в моей голове, но я заставила себя продолжить:

— С целью уменьшить напряжённость между нашими семьями.

Тишина.

Сэмюэль молча уставился на меня, не говоря ни слова. В образовавшуюся паузу вклинились звуки кафе — звон чашек, приглушённый шум кофемашины.

Я продолжила, пока не потеряла решимость.

— Я считаю, что пришло время Мэннам и Уорнерам оставить разногласия в прошлом. Не пойми меня неправильно, это ради Фокс-Крика, — солгала я, решив заранее, что не буду упоминать чувства Оуэна к Дженне. Это казалось предательством, да и кто знает, как бы Сэмюэль использовал эту информацию.

Выражение его лица оставалось неизменным, глаза — такими же непроницаемыми. Это было нервирующе — словно пытаться читать книгу, из которой вырвали половину страниц. Но я не позволила ему сбить меня с толку.

— Это будет временно, — продолжила я. — Всего пару месяцев. Достаточно, чтобы наши семьи увидели, как хорошо они могут взаимодействовать, когда не конфликтуют. А потом мы сможем закончить эти… фальшивые отношения. По-дружески.

Лицо Сэмюэля оставалось неподвижным, а я нервно накручивала прядь своих пепельно-каштановых волос на палец. (Надо было собрать их в пучок с утра. В хорошие дни они просто волнились, но стоило мне понервничать — и они начинали пушиться, как назло.)

— Ты, наверное, думаешь, что расставание может снова разжечь конфликт между нашими семьями, но это необязательно. Я имею в виду, мне всегда удавалось расставаться со своими партнёрами на дружеской ноте, — сказала я, пытаясь звучать уверенно.

Даже если бы мой послужной список в отношениях был не таким безупречным, сохранить мир между Мэннами и Уорнерами было бы не так уж сложно. Надеюсь, когда Оуэн и Дженна начнут встречаться, они плавно перейдут в роль объединяющего звена для обеих сторон.

Сэмюэль молча смотрел на меня, не отводя взгляда. В воздухе витал запах свежеобжаренного кофе и старых книг, перемешиваясь с нарастающим комом тревоги у меня в горле.

Я судорожно пыталась вспомнить все доводы, которые репетировала перед встречей.

— Думаю, для блага города будет лучше, если наши семьи смогут наладить отношения, — выпалила я, словно это объясняло всё. — Наши мелочные ссоры заставляют Фокс-Крик годами застревать в тупиках, когда, работая вместе, мы могли бы добиться большего для всех. И хотя я хочу сделать это из любви к нашему городу, я не ожидаю, что ты будешь участвовать просто так. Я могла бы помочь Уорнерам завоевать расположение жителей Фокс-Крика. Мы могли бы улучшить репутацию Уорнер Принт.

Несмотря на поток слов, который я выплеснула, Сэмюэль оставался молчаливым, продолжая пристально изучать меня, словно сканируя каждую эмоцию.

Чем дольше длилось его молчание, тем сильнее росло напряжение. Я вцепилась в подлокотники кресла, пальцы с силой вдавливались в поцарапанное дерево.

— Послушай, — продолжила я, почти умоляюще. — Если у тебя есть другие идеи, как примирить наши семьи, я готова выслушать.

Наконец Сэмюэль шевельнулся. Он откинулся на спинку дивана, на мгновение выглядя задумчивым. Но уже через секунду на его лице снова появилась эта его ухмылка, от которой хотелось одновременно закатить глаза и швырнуть в него ближайшую книгу.

— Ну что ж, мисс Мэнн, — протянул он, нарочито растягивая слова, — полагаю, вы предложили весьма... креативное решение нашей, мягко говоря, неудобной семейной войны. Не вижу причин искать альтернативы. — Его взгляд снова поймал мой, в глазах плясало озорство. — Я согласен. Давай притворимся парочкой.

Мой рот приоткрылся.

Вот так просто?

Никаких возражений? Ни вопросов, ни условий? Он просто согласился?

Это было слишком легко. Я готовилась минимум к пятнадцати минутам саркастических комментариев, за которыми последовал бы час напряжённых споров и торгов.

В голове закралось подозрение. Какой скрытый мотив он мог преследовать?

— Серьёзно? — переспросила я, сузив глаза. — Просто так? Ты соглашаешься? Где подвох?

— Ты бы предпочла, чтобы я отказался? — усмехнулся Сэмюэль, явно ощущая своё превосходство. (И, признаться, он и правда был сейчас в более выгодном положении.) — Подвоха нет. Мы оба хотим, чтобы наши семьи помирились и в городе стало спокойнее, верно? Если для этого нужно устроить показательный роман — я в деле.

— Верно… — протянула я, недоверчиво глядя на него. Хотя идея была моей, сейчас, когда он сидел напротив с этой самодовольной ухмылкой, я начала всерьёз сомневаться в том, что это была хорошая идея.

Он заметил мои колебания.

— Мы оба взрослые люди, мисс Мэнн. Уж с фальшивыми отношениями ради высшего блага как-нибудь справимся, — сказал он с наигранной лёгкостью.

— Да… — я кивнула, не придумав ничего более убедительного. У меня ведь действительно не было других вариантов, если я хотела помочь Оуэну.

Сэмюэль достал телефон и начал что-то быстро печатать на экране.

— Если мы собираемся разыгрывать эту комедию, нам понадобится правдоподобная история.

— Я уже обдумала это, — сказала я, всё ещё скептически поглядывая на него. Хотя идея была моей, он принимал её слишком охотно, и это беспокоило. Но я выпрямилась, решив взять себя в руки. — Думаю, стоит сделать историю простой. Мы скажем, что недавно осознали свои чувства друг к другу, а вся наша перепалка на самом деле была флиртом.

Сэмюэль резко закашлялся, чем неожиданно разрушил весь свой образ идеального джентльмена.

Озадаченная, я даже начала вставать.

— Ты в порядке?

— Всё нормально, — выдавил он, отмахиваясь, хотя продолжал откашливаться.

Я медленно опустилась обратно в кресло, снова вжимаясь в мягкие подушки.

— Точно?

— Я в порядке, — повторил он, прочистив горло и покачав головой, а затем на его лице вновь появилась эта самодовольная ухмылка. — Значит, когда ты называла меня невыносимым и самым высокомерным человеком в Фокс-Крике, ты, оказывается, просто флиртовала?

— Конечно, — спокойно согласилась я, не поддаваясь на провокацию. — Точно так же, как ты флиртовал со мной, называя меня любопытной и чрезмерно одержимой судьбой города.

Сэмюэль склонил голову, разглядывая экран своего телефона. И только тогда я, к своему удивлению, поняла, что он действительно делает заметки. По крайней мере, он явно воспринимал этот безумный план всерьёз.

— Мы определённо… уникальная пара, — сказал он с лёгкой ухмылкой.

— Фальшивая пара, — тут же поправила я.

Сэмюэль проигнорировал меня.

— Но, хотя я согласен, что идея с «внезапным осознанием чувств» звучит убедительно, что, если мы скажем, что начали встречаться втайне ещё несколько месяцев назад?

Я сузила глаза.

— Зачем?

Прежде чем он успел ответить, в комнату стремительно вошла Лорен, хозяйка «Литерума», неся с собой густой аромат свежесваренного кофе.

Она поставила чашку с белым фарфоровым блюдцем перед Сэмюэлем.