"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 1088

Сам ворон спал тут же, на столе, и Хитринка неожиданно поняла, что он, должно быть, очень стар. Он жил ещё во времена серебряных дворцов, когда мир был зелёным, а бабушка с дедушкой — совсем юными. Помнил прежних правителей, о которых сейчас хранили память лишь старики. Видел Каверзу девчонкой и Ковара, когда тот был лишь немного старше Хитринки.

Арно стало хуже, чем накануне. Он хрипло, тяжело дышал. Хоть и наложили тугую повязку, вид бедняги говорил о том, что ему требуются лекарь и покой, а не тряский путь в экипаже, где и не ляжешь толком.

Марта перестала напевать, затем спрыгнула с лавки и подошла к лежанке.

— Совсем ты заболел, — сказала она, хмуря брови.

Арно ничего не сказал, лишь хмыкнул утвердительно из-под полотенца.

— Знаешь, когда я болела, мне ничего так не хотелось, как сказку. Грета ко мне иногда пробиралась и рассказывала, но чаще у неё не получалось. Когда в Приюте кто-то болеет, его кладут отдельно, чтобы остальные не подхватили. До чего же там было скучно, и плохо, и холодно! А ты не помрёшь?

— Пока не собираюсь, — улыбнулся парень краешком губ.

— А я однажды почти померла. Ко мне не звали докторов, говорили, что уродам, как я, лучше уж подохнуть в детстве, чем страдать всю жизнь. Ну, я-то страдать не собиралась, а они уже всё за меня решили.

— Это они тебе так говорили? — сердито спросила Хитринка.

— Не-е, друг дружке. Но стояли у моей постели, тут любой бы услышал. Ох, что им Грета устроила! Как она орала! Доктора притащила, из своего кармана ему заплатила, чем-то грозила там, что про кого-то расскажет. Доктор прописал до того горькую гадость, что я поправилась поскорее, только чтоб это не пить.

— Да, Грета хорошая, — едва слышно произнёс Арно.

— Так рассказать тебе сказку?

— Ну… расскажи.

— Так вот, слушай. Это хоть и сказка, но было взаправду. Жили-были на свете два брата, один хороший, добрый, а второй не очень. Прям гад такой, ябеда, как Франц, и маленьких обижал, как Вилли, и глазки у него были крошечные, а под носом вечно во-от такие сопли болтались, как у Ганса. Представил?

— Угу, — откликнулся Арно.

— И на беду, этот мерзкий брат должен был стать правителем. Ну как ты думаешь, хорошим правителем он бы стал?

Марта примолкла в ожидании ответа. Хитринка видела, что Арно сейчас не до разговоров, потому поспешила ответить за него:

— По всему видать, не годился он в правители.

Марта кивнула встрёпанной головой.

— Точно. По счастью, его не сделали правителем вот так сразу. Как-то они с хорошим братом пошли на высокую гору. И вот хороший брат прыгнул с этой горы — и превратился в белую птицу, и как давай летать во все стороны. А этот, гадкий, обзавидовался весь. И хоть струсил сперва, но от зависти тоже прыгнул, только ни в какую птицу не превратился, а расшибся в лепёшку. Гора оказалась волшебная: если плохой человек на неё поднимется, то она ему не поможет, а хорошему подарит крылья. Вот так, и правителем стал потом добрый брат, всё справедливо.

— Любопытная… сказка, — прошептал Арно. — Я посплю немного, хорошо?

— Ну, спи, — согласилась Марта. — Грета говорит, во сне быстрее поправляешься.

Но долго спать ему не удалось. Скрипнула дверь — вернулась Каверза.

— Готовьтесь, уходим, — сообщила она. — Припасы бы… ах, ты уже позаботилась, умница. Это мы возьмём с собой, а вот это, — она потрясла узлом, зажатым в руке, — для наших мужчин.

— Мы что, разделимся? — испуганно спросила Хитринка.

— Придётся. Решили-таки пробиться к Вершине, раз даже Эд считал, что это важно. Но в летательном аппарате мало места. Я могу взять, кроме Марты, ещё только одного, да и то с натяжкой. Так что выбор пал на тебя, подруга. Вы с девчонкой вдвоём как раз одно место и займёте.

Грудь немедленно наполнилась холодным липким страхом, и он поднялся выше, комком застрял в горле, перекрывая дыхание. Лететь! В это опасное место, где полно стражников, и сесть прямо в серёдке! Да ещё и без Прохвоста.

— Мы полетим! — между тем ликующе вопила Марта. — Хитринка, представляешь, полетим! Вот бы поскорее! Ты рада? Чур, я у окна!

Радость предстоящего полёта, похоже, вытеснила из её головы мысли о том, что будет дальше. А ведь придётся нелегко. Их, может, ещё на подлёте встретят выстрелами. Хитринку так и тянуло одёрнуть Марту, раскрыть ей глаза, но она сдержалась. Пусть уж бедное дитя ещё хоть немного повеселится.

Заглянул Карл, махнул рукой, приказал выходить. И Хитринка, повесив через плечо торбу и прихватив узелок с хлебом и водой, вышла в туманное сырое утро. За нею, едва не сбив с ног, выскользнул волк. Ворон уже сидел на его спине, чистя перья на ходу.

Хитринка углядела на морде зверя тёмные подсохшие пятна, и её передёрнуло.

Вышли остальные. Арно висел на плечах Каверзы и Карла и шёл с трудом. Марта в одних носках шлёпала по грязи, нести её было некому.

— А где Прохвост? — спросила Хитринка.

— Тележку дровами нагрузил и повёз на холм, — ответил Карл. — Так, вот машина, вы, девчонки, садитесь вперёд.

Экипаж оказался небольшим, на четверых, а может, и вовсе на троих. Позади было не так уж много места.

Хитринка мудро рассудила, что за руль их не приглашали, и потому заняла соседнее сиденье, взяв Марту на руки. Карл, кое-как погрузив Арно назад, притворил дверцу. Или ему, или Каверзе здесь уже не хватало места.

— Ты иди, — донёсся голос Карла, — а я подожгу и следом.

Каверза кивнула, сунула Хитринке в окно ещё тот узел, что держала в руке, и зашагала к макушке холма. Волк увязался за нею.

Карл исчез куда-то. Марта вертелась во все стороны, обводила пальцем стёкла приборов, развернула зеркало, открыла небольшой шкафчик. Там обнаружилась пачка папирос.

Марта потащила одну и раскрошила прежде, чем Хитринка успела её остановить. И тут же принялась чихать.

— Уймись! — строго сказала ей Хитринка, смахивая тёмные крошки. — Погляди, что ты натворила.

Снаружи зашумело, будто ветер поднялся, набирая силу, загудел, затрещал, ломая деревья. Впрочем, откуда же тут деревья? Хитринка оглянулась в тревоге и увидела дымный столб, поднимающийся над крышами.

Хлопнула дверь — вернулся Карл. Он молча дёрнул рычаги, прижал педаль, и экипаж пополз вперёд. Над домами между тем подпрыгнул язык пламени и упал, растворяясь в дыму.

— Карл, а как тебя поймали? — спросила Хитринка. — С волком-то.

— Как, как. Я сделал вид, что человек правителя, что послали меня дело расследовать. Знаешь, может, дознаватели ходят с волками. Да только из этих двое сами вот только прибыли, не просто из охраны, а кое-кто повыше. Догадались, видимо, что я не из их кругов. Сказали, мол, допроси тогда пленников, дверь раскрыли нешироко, я ж, осёл такой, на радостях туда и полез. Когда сообразил, что торопиться не стоило, за мной уже засов скрипнул. Хорошо ещё, ума хватило сделать крюк и они не видели, что я шёл со стороны холма, не то и вас бы отыскали. Они, дурни, в другой стороне глядели, на чём я добрался да один ли.

Карл обернулся назад, где дощатый домик пылал, как факел, и пламя уже осторожно перебрасывало лапу на соседнюю крышу. Чёрный хвост дыма тянулся к небу.

— Ну, если кто сюда ещё прибудет, пусть ломают голову, что произошло. Может, посчитают, никто не выжил, и искать не станут. Хотя я бы не особо рассчитывал. Если они хоть немного думать умеют и знают, сколько здесь стояло экипажей, сообразят, что один пропал. Самое время бы дождю пойти, след хоть спрятать.

В это время они добрались до макушки холма, где их уже поджидали Каверза и Прохвост, придерживая стоймя двухколёсную машину. Тележка, гружённая дровами, была закреплена позади.

— Едем? — весело крикнула Каверза, перебрасывая ногу через сиденье. — Парень, запрыгивай!

Хитринка вознегодовала, но возразить было нечего. И впрямь, никто не смог бы ехать вторым с этой девицей, кроме Прохвоста. Если она предложит поменяться с ним местами, пожалуй, это прозвучит глупо.