"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 1109

Настоящее имя этого загадочного господина не знал никто — ни дворцовые стражи, ни богатые заказчики. Может быть, ведал господин Ульфгар, так благоволящий к этому человеку, но он звал его просто господином Тень. Забавное прозвище, будто подчёркивающее, что этот таинственный человек всегда под рукой у правителя, что он продолжает каждое его движение, зачастую незаметно. Слухи ходили разные.

Говорили, незнакомец прибыл с востока; также говорили, что с севера. В одном люди сходились: это не местный уроженец.

Человек захлопнул дверцу, погладил медный бок затянутой в перчатку рукой, улыбнулся и направился в заведение, к которому приехал.

— Ба, да это же наш любезный господин Тень! — всплеснула руками хозяйка и направилась вперёд, извинившись перед другими гостями.

До того она сидела в компании управляющего вокзалом и главного над литейными мастерскими, и раз уж оставила их, это что-то да значило.

— Лилия, — улыбнулся прибывший. — Не стоит церемоний, я пройду, как обычно.

— Желаешь повидаться с Розой?

— Как и всегда. Дай мне только полчаса, чтобы выпить.

Хозяйка чуть склонила светлую голову, изящно причёсанную, и вернулась к другим гостям, шурша пышными юбками низко вырезанного платья. Глазами она подала знак темноволосой девушке, играющей на арфе в другом конце зала, и та дала знать, что поняла намёк.

Между тем господин Тень направился дальше, к бару, окружённому зеркалами, где ловкий темноглазый работник наполнял широкие бокалы и изящные рюмки, смешивая напитки с таким искусством, что так и тянуло любоваться. Его отражения, с какой стороны ни посмотри, не уступали в этом состязании, двигаясь плавно и выверенно.

Заметив гостя, работник улыбнулся, чего не сумел скрыть даже платок на нижней половине его лица. Перешёптывались, он прячет лицо, потому что полукровка: внешне вылитый хвостатый, но на щеках растёт щетина. Однако к виду Ловкача все здесь давно привыкли, работу он выполнял безупречно, будто танцуя, а красный платок даже придавал ему определённый шарм.

Когда гость приблизился к стойке, его уже ожидал бокал. Вкусы господина были здесь хорошо известны. Допив и перебросившись пустячными фразами с работником бара, гость поднялся и пошёл наверх, к комнатам. Темноволосая арфистка отложила инструмент и последовала за ним.

Оставшиеся в гостиной переглянулись с понимающими усмешками. Они считали, что знают всё о происходящем за запертыми дверями, но окажись они там, были бы немало удивлены.

Гость сдвинул ковёр, висящий на стене, а девушка потянула за стойку факела, оставленную, несмотря на верхнее освещение, для каких-нибудь любителей романтики. После этого панель стены отъехала, раскрыв тёмный путь. Напоследок господин Тень завёл музыкальный автомат в углу, и они с девушкой покинули комнату.

— Ах ты! — раздался мужской возглас в темноте, а затем девичий смех. Похоже, кто-то споткнулся о невидимую ступеньку.

— Тебе бы всё смеяться! Птицу кормила?

— А как же! Как бы я могла забыть?

В голосе звенели нотки обиды.

— А всё-таки, Ковар, снимал бы ты свои очки хоть иногда. Ты хоть что-то видишь сквозь эти синие стёкла?

— Нет больше Ковара, забудь это имя! — прозвучал суровый ответ. — Я же зову тебя Розой. Или и мне когда-нибудь оговориться, а, Проделка? Позволить кому-нибудь услышать это имя, по которому тебя ищут, чтобы голову снять?

— Я… нет, помилуй, господин Тень! Больше не позабуду, ни единого разочка, обещаю!

Спичка вспыхнула, и мягкое сияние свечей рассеяло мрак. Двое находились теперь на втором этаже дома, расположенного на вполне приличной улице, хоть и примыкающей к кварталу увеселений.

— Птичка голодна! — раздалось из угла. — Голодна!

— Вольфрам, глупый, я же кормила тебя сегодня дважды! Ну что ты такое говоришь — господин Тень мне сейчас сам голову снимет!

— Дай ему еды. И расскажи, какие новости сегодня.

Девушка отошла к стенному шкафу, звякнула дверца.

— Начать с Приюта? Хитроум принёс весточку на хвосте, Грета ищет хорошего каменщика. Подсказать ей кого из наших?

— А зачем каменщик?

— Вроде как проделать дверь там, где её быть не должно.

— Пусть тогда Хитроум посоветует Георга, этому я доверяю. Ещё что, Роза?

— В Литейном переулке кое-кто работает в мастерской. Говорят, Грета сдаёт помещение, чтобы подкопить деньжат. Но на самом деле это она платит, и ей нужны пропуска, десятки пропусков. А человека наняла ненадёжного, мы его легко разговорили, за выпивку он нам всё сдал, проболтается и другим. Даже то, что за подделку пропусков полагается казнь, его не сдержало. И сплав он подобрал негодный, подмену легко распознают.

— Нужно заменить.

— Плут так и сказал.

— А болтуна убрать.

— Плут уже сделал.

— Не нарадуюсь на него. Кажется, Пройдоха у нас уже делает значительные успехи, пусть всеми правдами и неправдами навяжется Грете и выполнит это задание. Уж это ему должно оказаться по силам. Секрет правильного сплава я знаю и расскажу. Ещё?

Девушка открыла дверцу, дала ворону кусок мяса.

— В кожевенных мастерских говорят о разном, — продолжила она, вытирая пальцы салфеткой. — Например, о том, куда мир катится. Что урожаи с каждым годом всё меньше, а в богатых кварталах по-прежнему живут на широкую ногу за счёт простого люда, и что народу лучше бы без такого правителя. И на ткацкой фабрике тоже. Откуда ветер дует, ещё никто не понял, но наши говорят, это всё два парнишки народ баламутят. Юные такие, едва только покинули стены Приюта. Но эти надёжные и работают чисто.

— Вот уж Ловкач, наверное, рад.

— А он уже с ними повидался, дал пару советов. Ну, сегодня мне больше рассказать и нечего. Будут какие-то пожелания, господин Тень?

— Возвращайся в комнату, можешь отдохнуть. У меня дело, вернусь после рассвета.

Свечи погасли, ворон недовольно вскрикнул. Прозвучали торопливые шаги вниз по лестнице, и вскоре из дверей особняка, расположенного на улице Поэзии, выскользнула невысокая фигура в плаще с капюшоном. Этот человек двигался быстро, выбирая тёмные стороны улиц и неосвещённые подворотни, и в какой-то момент совершенно слился с городским мраком.

Короткая ночь середины лета быстро растаяла, поспешила убраться. Но было ли ожидание быстрым для человека в плаще, сидящего у широкой трубы на крыше Приюта — как знать.

Тонкая розовая полоса протянулась по восточному краю неба, и чёрное стекло ночи посерело, а затем стало почти прозрачным. В это время дверь флигеля распахнулась, и в притихший сад вышла рыжеволосая женщина с метлой в руках. Работа всегда поднимала её раньше прочих: сперва она приводила в порядок двор, затем спешила на кухню. А Приют между тем ещё спал.

Женщина не торопилась. Она глядела на восток с выражением глубокой печали на лице, и лёгкий ветер трепал её пышные золотисто-рыжие локоны цвета осеннего леса. В этот момент человек на крыше раскрыл ладонь и сдул с неё бабочку.

Крылатое чудо из тонкой стальной проволоки запорхало, как живое насекомое. Кружась, бабочка спустилась вниз и попалась на глаза печальной женщине.

Та схватила её и сжала в кулаке, будто желая раздавить, и с гневом огляделась. Незваный гость что-то ощутил и успел отступить за трубу всего за мгновение до того, как взгляд поднялся наверх.

Он осторожно выглянул. Женщина пыталась расправить смятую бабочку. Она бережно разгладила её и поднесла к губам, а после опустила в кармашек серого грубого платья. Затем, кончиком пальца смахнув слезинку, она подняла упавшую метлу и направилась во двор.

Человек на крыше подождал ещё немного, а когда двор опустел, он ловко скользнул по водосточной трубе и ушёл прочь.

Примерно полчаса спустя господин Тень и Роза покидали комнату в «Ночной лилии».

— Постой! — сказала она, взлохмачивая его волосы. Оставила на груди алый отпечаток губ.

— Мне нравилась эта рубашка! — упрекнул он.

— Ах, передашь мне, я выстираю, — отмахнулась девушка, пристраивая шпильку за отворот жилета. — Готово, идём.