Некромант Империи. Том 1 (СИ) - Лим Дмитрий - Страница 31

— Стой, не…

Поздно. Его нога уже стёрла часть линий.

Бес среагировал мгновенно — его грузное тело вдруг стало удивительно быстрым. Он метнулся к Косте быстрее, чем тот успел метнуть фаербол.

В следующий момент эта туша уже сцепилась с моим другом, а клыкастая пасть, больше похожая на свиное рыло, целилась прямо ему в лицо.

Костя неожиданно сильным движением откинул беса и тут же метнул фаербол, попав точно в волосатый зад. По залу разнёсся запах палёной шерсти.

— Опалили свинку! — заржал Костя, наслаждаясь видом дымящейся демонической задницы.

Следующий огненный шар полетел прямо в морду бесу, но тот принял его на рога. Пламя не рассеялось — оно застыло между остриями, закручиваясь в пылающую сферу, похожую на гигантский глаз.

— И око его было подобно оку кошки, объято пламенем, — выпалил Костя. — Между двух башен, что есть рога проклятого, застыло пламя, обратившись в глаз!

Сейчас силы фамильяра на исходе, ещё пара минут и он исчезнет. Тогда мы сможем призвать нового… Хотя придётся отложить всё на несколько часов — такие ритуалы отнимают немало энергии.

Бес, похоже, тоже это понял. Он собрался для последнего прыжка, намереваясь забодать Костю своими рогами, теперь украшенными пылающим «оком». Но не смог — его лапы подкосились, тело начало терять материальность.

— Нет-нет-нет! — заскулил он, протягивая когтистую лапу в мою сторону. — Договор! Давай договор! Я согласен!

Я не спешил с ответом, наблюдая, как его тело становится всё более прозрачным:

— Мне нужен фамильяр для дуэли. Надрать задницу одному зарвавшемуся магу. Или соглашаешься и получаешь якорь в этом мире, или отправляешься обратно в ад. Выбирай.

— Дуэль? — в его глазах мелькнул хищный интерес. — С дракой и членовредительством?

— Именно.

— А можно будет… — он облизнулся, — немножко покалечить противника?

— В разумных пределах.

— По рукам! — бес вскочил, но тут же пошатнулся — силы стремительно покидали его.

Я достал нож. Он выпустил коготь. Мы одновременно полоснули по ладоням — его кровь была тёмной, почти чёрной, моя — ярко-алой. Когда наши руки соединились, между пальцами проскочили зелёные искры.

После заключения договора бес заметно приободрился. Его тело снова стало полностью материальным, а глаза хищно блеснули, когда он уставился на Костю. Я заметил, как напряглись его ноги перед прыжком.

— Место! — скомандовал я, сам удивляясь своему тону. — Нельзя!

Бес замер, словно налетел на невидимую стену. По его морде пробежала волна замешательства, сменившаяся яростью:

— Ты чё попутал⁈ — взревел он, брызгая слюной. — Ты кому как собаке приказываешь, ублю…

Но закончить тираду он не успел. Его тело вдруг начало распадаться на сгустки зелёного тумана, которые потянулись к моей правой руке. Бес только и успел что удивлённо хрюкнуть, прежде чем полностью втянулся под кожу.

На запястье проявилась печать, смахивающая на татуировку — чёрная пентаграмма, мерцающая лёгким зелёным светом. Печать фамильяра… Я едва успел одёрнуть рукав, скрывая метку, как дверь распахнулась.

На пороге возник Марк Приклонский — я узнал этого индюка, запомнил ещё с распределения. Высокий, холёный, с идеально уложенными платиновыми волосами и презрительно изогнутой бровью.

На безымянном пальце поблёскивал перстень с родовым гербом — такой же, как у его отца, которого я видел на совете.

Его взгляд скользнул по нам, словно по мусору. Губы искривились в усмешке, когда он заметил следы нашего ритуала на полу.

— Как… познавательно, — протянул он. — Господа недоучки развлекаются детскими печатями?

Марк поправил манжету:

— Итак, господа, мы не собираемся ждать, пока вы наберётесь храбрости или закончите свои… увлекательные эксперименты с печатями. Через час в тренировочном зале на нулевом этаже.

Он сделал паузу:

— Либо вы приходите, либо мы оформляем официальный отказ от дуэли. И поверьте, с нашими связями…

— Угрожаешь? — прищурился я.

— Боже упаси, — он изобразил испуг. — Просто напоминаю о последствиях. Знаешь, иногда одно неверное решение может перечеркнуть карьеру не только студента, но и его родителей. Ой, забыл! У тебя их нет… но есть довольно красивая сестрица, которая ещё ходит в девках! Так что советую прийти вовремя. Иначе вся академия узнает, как вы струсили. И поверят, конечно же, нам… У Приклонских, знаете ли, безупречная репутация.

С этими словами он удалился. Дверь захлопнулась, а мы с Костей переглянулись.

— Ну что ж, — я одёрнул рукав, пряча метку фамильяра, — через час так через час. Хотя знаешь, теперь я даже рад, что наш бес такой… своеобразный. У меня есть пара идей, как использовать его таланты.

Глава 12

Все тот же некромант. Он хитрый, сволочь. Держу в курсе! (Велемир Святославович Волхвов).

— Да, мой сир, как прикажете, — девчонка смотрела на меня пустыми глазами, в которых плескалась зелень силы.

Я медленно извлек пальцы из ее головы, стараясь не повредить нейронные связи. За века бездействия моя техника заметно заржавела.

Раньше-то, как было — чпок в нужную область мозга, и готово! А сейчас приходится действовать осторожно. С почти пустым ядром одно неверное движение — и прощай интеллект, здравствуй овощ! А мне нужен рабочий инструмент, а не кусок требухи с отбитыми мозгами.

Я осторожно прощупал её сознание. Хм, а мозги-то неплохие! Даже жаль немного — такой потенциал, а она его тратит непонятно на что… только вот пока не понятно на что.

Что удивительно — интеллект у нее оказался весьма гибкий, податливый.

— Меня, кстати, зовут Велимир Святославович Волхвов, — проговорил я, осторожно вплетая своё имя в её сознание. Каждая нить — как паутинка, тоньше волоса. В былые времена я бы просто вбил информацию напрямую, как гвоздь в доску. Но сейчас, с таким истощенным ядром… приходится действовать аккуратно. — И я твой… э-э… двоюродный дедушка по материнской линии.

— Дедуля! — она с визгом кинулась мне на шею, чуть не сбив с ног. — А я и не знала, что у меня есть такой классный родственник!

— Без рук, без рук! — я попытался отцепить её от своей шеи. — Борода же! Ты мне ее вырвешь, окаянная!

Мои верные гвардейцы синхронно повернули головы, наблюдая эту сцену. Клянусь всеми демонами, в их пустых глазницах мелькнуло что-то похожее на ухмылку.

— А ну цыц! — шикнул я на них. — Не на что тут пялиться!

Девчонка наконец отлипла от меня и деловито поправила юбку:

— Куда пойдём, дедуль?

— Веди, — я снова взял её за руку, погружая палец в ладонь. — Покажи мне этот новый мир.

Мы поднялись по движущейся лестнице — чудное изобретение, надо признать. Страшное, сука, но полезное. С десятой попытки я все же одолел эту инерцию и, покачнувшись, отправился наверх. В мои времена такое и не снилось!

А потом я увидел это. Мир изменился так сильно, что у меня засвербело нутро — верный признак душевного волнения.

По улицам сновали железные повозки без лошадей — «автомобили», услужливо подсказала память куклы. В небе ревели огромные железные птицы — «самолёты». Люди вокруг таращились в светящиеся прямоугольники — «смартфоны»…

— Да что ж такое-то! — пробормотал я, когда мимо протарахтело нечто двухколёсное с оглушительным рёвом. — Куда катится этот мир? И главное — где, спрашивается, нормальные крепостные? Эх, были времена… Десяток холопов в поместье. Ни тебе жалованье платить, ни пенсию начислять, ни о правах человека думать. Красота! А сейчас что? Даже крестьянское отродье в господские заведения лезет, учиться им, видите ли, приспичило…

— Ты вот чернь, дочь безродного, — я повернулся к своей кукле, — учишься?

— Да, я, дедуль, на повара в шарагу поступила! — радостно отрапортовала она.

Я не сдержал гримасы отвращения. Нет, вы только подумайте! Холопка — и туда же, образование получать вздумала!

И тут я их увидел. Аристократы! Вот они, голубчики — те, кто довел родину-матушку до такого непотребства! Выступают, понимаешь, как павлины — спины прямые, носы кверху. А сила в них… тьфу! Какая же она… хилая!