Избранница мести (ЛП) - Элсборг Барбара - Страница 20

— Где здесь ванная? — Мальчик вцепился в ногу Кейт.

— Мы далеко от ванной. Ты можешь сходить здесь. Все в порядке, — успокаивала она.

— Здесь темно. Я хочу в ванную.

— Мы отольем вместе.

Джек протянул руку. Ребенок взял ее без колебаний, и они с Джеком отошли немного от машины. Неужели он оставил ключи в замке зажигания? Но Кейт не могла уйти без мальчика. Ее разум выдохся, как будто усилия по постоянному преодолению своих страхов лишили ее способности надеяться.

Когда все вернулись в машину, Джек открыл холодильник.

— Хочешь чего-нибудь поесть, Томми?

— Меня зовут Сэмми.

— Есть печенье, чипсы, содовая. — Джек протянул пачку чипсов.

— Мы можем пойти показать маме мою новую футболку?

— Теперь у тебя новая мамочка. Твоя старая мамочка заболела, так что Кейт будет твоей новой мамочкой, а я — твоим новым папочкой. У тебя тоже новое имя — Томми, как у Томми Ли Джонса, ты слышал о нем?

Ребенок покачал головой, его глаза затуманились в замешательстве.

— Как насчет Тома Хэнкса?

Мальчик отрицательно покачал головой.

— Том Круз?

Кейт не пропустила резкий тон, и мальчик тоже. Он кивнул, и Джек улыбнулся. Она открыла упаковку яблочного сока и помогла мальчику сделать глоток.

— Если мама заболела, то что с папой?

— Он тоже болен, — ответил Джек. — Они не хотели, чтобы ты заболел, поэтому попросили нас присмотреть за тобой некоторое время.

— Дедушка…

— Вся твоя семья больна, — огрызнулся Джек. — Все они. Они, вероятно, умрут и…

— Джек!

Он перевел взгляд на Кейт.

— Семьи болеют. Они умирают. Такое случается.

— Я выпил весь сок.

— Хороший мальчик. — Джек улыбнулся Кейт, и она вздрогнула.

***

Джек проснулся на рассвете. Он вышел из машины и размял затекшую шею. Затем открыл заднюю дверь и растолкал Кейт, чтобы та проснулась. Вздрогнув, она пришла в себя. На ней не было очков, и на мгновение ее лицо стало другим, расслабленным, пока она не увидела его. Ему было все равно. Скоро она будет выглядеть так, как он хотел. Джек освободил ее и вытащил наружу.

Она чуть не упала. Наркотики, которые он ей дал, какое-то время будут бродить в ее организме. Джек протянул ей бутылку воды, и ему пришлось взять ее обратно, чтобы открыть. Джек заметил, как ее взгляд переместился с ее золотого кольца на его кольцо.

— Ты, возможно, не помнишь, но мы женаты, дорогая.

— Как мы могли пожениться, если я не помню церемонию?

— Пожалуй, тебе будет казаться, что свадьба в Лас-Вегасе прошла для тебя как в тумане, но ты сказала «да».

— Нет, я…

Джек улыбнулся, наблюдая, как она пытается вспомнить.

— Я ударилась головой, — произнесла она.

— Ты упала в ванной. У тебя, вероятно, было сотрясение мозга. Но это не испортило нашу брачную ночь. — Он обнял ее за талию и притянул к себе, прижимая ее бедра к своим. — Ты была без ума от меня. Ты очень шумная, когда кончаешь. Выкрикиваешь мое имя, говоришь мне трахнуть тебя сильнее. Я думал, ты разбудишь соседей.

Кейт попыталась вырваться, но Джек удержал ее в своих объятиях.

— Ты стонешь и издаешь эти тихие крики, и на твоей груди появляется румянец. Очень мило. Так что не пытайся притворяться, потому что я все равно знаю. — Он наклонил голову, чтобы поцеловать ее, но она отвернулась. Джек схватил ее за подбородок, поворачивая к себе лицом. — Мы теперь женаты, Кейт. Мы — семья.

Ты подчиняешься мне.

Кейт кивнула. Джек отпустил ее подбородок. Отпечатки его пальцев остались на ее коже.

— Разбуди мальчика. Дай ему немного сока.

Кейт наклонилась к машине.

— Проснись, милый.

Малыш открыл глаза и огляделся. Кейт достала из холодильника пакет яблочного сока, вдавила в него соломинку и поднесла к его губам.

— Холодный. Где моя мама?

Джек вздохнул.

— Мы твои мама и папа.

Мальчик сильнее втянул картонную коробку, затем оттолкнул ее и закрыл глаза.

Кейт повернулась к Джеку.

— Отпусти нас. Оставь нас здесь или высади из машины в следующем городе или на заправке. Я ничего никому не скажу.

— Как будто я в это поверю.

— Я обещаю. Пожалуйста, Джек, пожалуйста, отпусти нас.

— Ты не понимаешь, да?

Кейт покачала головой.

— Нет, я не понимаю. Зачем ты это делаешь? Ты убил человека, похитил ребенка. Тебя могут приговорить к смертной казни.

— Мы убили этого человека. Мы забрали ребенка. Я иду ко дну, и ты со мной. В любом случае, Томми — наш ребенок. Наш сын. Мы не можем попасть в тюрьму, если забрали то, что принадлежит нам.

Плечи Кейт поникли.

Он прижал ее спиной к машине и приподнял ее подбородок. — Я не лгу. Зачем мне лгать?

— Мой ребенок умер, — пояснила Кейт.

— Не повторяй это вновь и вновь. Ты была больна. Ты потеряла много крови. Твои родители решили, что для тебя лучше поверить, что ребенок умер. Таким образом, ты могла бы вернуться к своей прежней жизни. Твоя мать рассказала мне все. Зачем ей лгать? Посмотри на него, Кейт. Как ты можешь повернуться к нему спиной? Он похож на нас.

Кейт оглянулась. Томми снова заснул. Он был совершенен, так прекрасен.

— Мы ничего о нем не знаем. Как мы можем присматривать за ним?

— Мы научимся.

Кейт отрицательно покачала головой.

— Мой ребенок умер.

Глаза Джека потемнели.

— Нет, он не умер, но почти был на грани, и это твоя гребаная вина. Сьюзен сказала мне, что ты не заботилась о себе, когда была беременна. Ты пыталась притвориться, что это неправда. Ты носила обтягивающую одежду и ничего не ела. У тебя была анемия, а у ребенка недостаточный вес. Вы оба могли погибнуть.

— Он умер, — прошептала Кейт.

— Нет. — Джек прижал ее лицо к окну. — Он жив. Сьюзен должна была сказать тебе правду. Они пытались защитить тебя, но были неправы. Нашего ребенка отдали на усыновление. Я проследил его путь до Лас-Вегаса. Теперь он вернулся к своим настоящим маме и папе. Так и должно быть.

— Он живет уже более трех лет с людьми, которых считает своими родителями.

Несправедливо поступать так по отношению к нему или к ним.

— А как насчет нас, Кейт? Как насчет того, чтобы быть справедливыми по отношению к нам?

— А что мы?

Джек впился пальцами в ее предплечье.

— Посмотри на него. Он похож на тебя. У него твои глаза, мой нос. Он — вылитый я в его возрасте. Его губы похожи на твои. Разве ты этого не видишь? — Он сжал сильнее.

— Да, — захныкала Кейт.

***

— Берт, посмотри на это, — позвала Марта Одюбон.

Ее муж вышел из ванной мотеля, вытирая руки полотенцем.

— Сегодня в обеденный перерыв на торговой площади недалеко отсюда похитили маленького мальчика.

— Бедные родители. — Берт покачал головой. Он стоял позади своей новоиспеченной жены и слушал остальную часть передачи.

— Запиши номер, — указала Марта.

Берт схватил ручку и блокнот, лежавшие рядом с телефоном.

— О чем ты думаешь?

— О том молодом человеке, который сказал, что купил своей жене именной номерной знак.

Он его не установил.

— Ну, может, он хотел, чтобы это было сюрпризом.

— У него светлые волосы, он высокий, и у него было новое обручальное кольцо.

— Марта, это описание может подойти целой куче людей. — Он помахал безымянным пальцем у нее перед носом.

— Берт Одюбон, ты может и высокий, и у тебя есть кольцо, но мне остается лишь верить тебе на слово, что у тебя были светлые волосы, и тебе далеко за двадцать.

Он усмехнулся.

— Я позвоню и скажу им.

Марта знала, что он думает, что она зря тратит время, но все равно сделала это. В ту ночь они улетали домой. И она хотела помочь.

Это не ее вина, что информация, записанная от восьмидесятилетней новобрачной родом из Канзаса, была неправильно введена как поступившая из мотеля «Дом, милый дом» в Канзас-Сити.

Глава 12

У Джинни была еще одна плохая ночь, и в два часа она все еще не спала. В прошлом месяце она пригласила Кейт отпраздновать с ней День благодарения. Кейт сказала, что купит еду, а Джинни приготовит, но теперь наступил День благодарения, а Кейт нет.