Железная леди: Дорога к славе (СИ) - Ласточкин Дмитрий - Страница 56

— Тогда прощай. — она кивнула мне, потом полковнику и капитану. — Прощайте, воины.

— До свидания, сударыня!

Бабка с эскортом уехала, за ней потянулись её сыновья и все остальные, растворившись во тьме зимней ночи.

— Фуууух! Хорошо, что всё так закончилось! — выдохнул я, вытерев лоб — хоть и холодно, а у меня пот выступил.

— Угу. — полковник кивнул, посмотрел на капитана. — Неклюев, посади ка эту красавицу в камеру.

— Что⁈ За что⁈ — я не успел возмутиться, как меня схватили за руки и вырвали сумки с браслетом.

— А до выяснения. Мало ли кто ты, может, ты нам наврала, что эта, как её там… Малинина! Приехала с погоней на плечах, чуть инцидент международный на границе не устроила. Посидишь пока, подумаешь над своим поведением, а мы проверим, кто ты на самом деле.

Препираться было бесполезно, так что я не стал брыкаться, а без сопротивления проследовал в камеру. Ну, тут хоть окна застеклённые, и батарея есть, даже тёплая. Жить можно! Главное, недолго! С такими мыслями я обнял батарею и заснул.

Утро началось с лязга ключей в замке. С трудом разлепив глаза, с удивлением оглянулся — это где это я⁈ А, точно, я же на погранпереходе. Блин, есть хочу! Тут же должны чем-то кормить? Солдатов так точно. Или у них смена на восемь часов? Да нет, вроде я этого солдата вчера видел.

— Доброе утро. — сам солдатик улыбнулся, зайдя в мою обидеть. — Поднимайтесь, сударыня, вас капитан Неклюев к себе требует.

— Угу. — зевнув, пошел за ним.

До кабинета тут было недалеко, так что я очень быстро оказался там. Капитан с чуть бледноватым лицом сидел за столом и пил кофе. Вот скотина! Я голодный, а он тут кофеи гоняет! И мне не предлагает первым делом! А я, между прочим, девушка! Ну, телесно.

— Утро доброе. — махнул мне чашкой кофе капитан. — Присаживайтесь.

Смахнув со стула невидимую пыль, сел, потянулся, почесался. Что бы ещё сделать, чтоб намекнуть ему, что кофе хочу? И завтрак!

— Ну что ж, Екатерина Андреевна, с вашей личностью мы разобрались, подлинность её подтвердили.

— Ну, слава всем богам.

— Так что не имеем смысла больше вас задерживать. Можете взять свои вещи и уезжать по вашим делам. Тем более, готов поклясться, вас дома ждут.

— Дома? Это ещё почему? — я с подозрением посмотрел на него.

— Для установления личности пришлось звонить вашим родителям. Ответила ваша мать…

— И что вы ей сказали⁈ — у меня аж глаза выпучились.

— Ну как есть. Вы с двумя женихами и свитой из сотни других мужчин, тоже, возможно, потенциальных женихов, вторглись на территорию вверенного мне объекта…

— Да вы! Вы! — у меня слов не было.

Я же берегла родных от всякой гадости, что мне на голову валилась. А он что сделал⁈ Ночью позвонил матери и заявил такое⁈ Да ей же целителя нанимать придётся, чтоб сердце не остановилось! Козёл!

Не найдя нужных выражений, чтоб без матов, я выхватил у него чашку с кофе и одним махом выпил. Вот так тебе! Сиди теперь без кофе, как сонный дурак!

— Что вы себе позволяете⁈ — выпучил глаза капитан.

— А то и позволяю! Зачем вы моей матери ночью трезвонили⁈ Кто вас просил⁈

— Это мой служебный долг!

— Я не знала, что доводить женщин до инфаркта — это теперь у пограничников служебный долг такой!

— Так, всё, хватит! Убирайтесь с моего пограничного пункта! Тем более вас уже подруга ждёт!

— Это какая? — слегка удивился я.

— Думаю, единственная, если судить по вашему характеру и любвеобильности!

— Козёл!

— В следующий раз, надеюсь, вы, сударыня, хотя бы убедитесь, что выходите замуж за одного человека, а не нескольких!

— А это уже не ваше дело! За скольких хочу — за стольких и выхожу!

Схватив сумку с вещами и с документами, я с гордо задранным носом пошел на выход. Но такая неблагодарность меня покоробила, поэтому в дверях кабинета остановился и сказал:

— Спасибо за вчерашнее.

— Это мой долг. — Неклюев хотел казаться суровым, но, говоря это, капитан улыбнулся.

Под конвоем солдата я вышел из помещения погранзаставы и увидел машину, припаркованную на обочине. Кивнув сопровождающему, пошел к ней, а у машины распахнулась дверца, и оттуда вышла Яга, весело лыбясь. Тоже ещё та коза!

— Привет! Давай сюда. — Яга открыла багажник, куда я и засунул сумку с вещами. — Пошли!

Внутри машины уже сидело двое — уже знакомый мне сопровождающий и ещё один молодой монгол. Так, вроде знакомый какой-то… Точно! Это же один из тех, что был в Академии! Наверное, какой-то из братьев Яги. Он ещё обернулся и недовольно посмотрел на меня с переднего сидения, но потом сел нормально. Мне захотелось дать ему подзатыльник.

Что-то я какой-то агрессивный сегодня! Месячные, что ли, начинаются⁈ Блин!

— Тебе там не перепало за помощь мне? — прошептал я на ухо подруги, когда машина мягко тронулась.

— Нееее! — та только махну рукой, так же шепча на ухо. — Бабуля злилась не на меня, а на дядей. Ух, они длались всела в стойбисе! Пять юлт созгли! А потом кто-то плибезал, закличал, что ты сбезала, дяди остановились и побезали к машинам. Сели, поехали — а у них колёса отвалились. Я так сильно никогда не смеялась! Ой, как вспомню, ха-ха-ха! А как они мателились! Тут бабки с дедом плибезали, сто делается спласывают! А те так и так, ты им обоим сказала, сто любис и замуз выйдес! За двоих! А потом сбезала! Ха-ха-ха! Дяди выблались из масын, по коням, бабуска за ними! А потом велнулись, их полноси у дедуски сехвостили, а утлом меня вот отвезли к масыне. И сказали тебя подоздать. А у тебя сто тут было⁈

— А, да ничего особенного. Твои дяди меня тут нагнали, но пограничники дали им от ворот поворот, а потом и бабка твоя приехала. Разогнала всех, сказала, что я вашему стойбищу не подхожу, отдала вещи с браслетом вот и уехала.

— Бабуся молодец!

— А потом эти гады меня в камеру посадили! Представляешь⁈ Я всю ночь там провела! И даже одеяла не дали! Если бы не одежда ваша, то замёрзла бы к утру. И не покормили потом!

— Поколмить? У меня есть!

Яга стала доставать из встроенного холодильника разные блюда из конины, из-под сиденья вынула термос с горячим чаем.

— Так чего ты раньше-то молчала⁈ Вот коза!

— Пф, от кого я это слысу⁈ От бласной афелистки⁈ Ха-ха-ха!

— Ба бышлба бы бы бабуй! — проговорил я, набивая рот едой.

Оооооо, какой кайф! Пусть даже блюда из конины не мои любимые, но вот то, что они вкусные, этого не отнять!

До Красноярска мы доехали к вечеру, водитель высадил нас у ворот Академии, вынул вещи из багажника и уехал. Брат Яги взял свои вещи, её, проигнорировал мои и зашагал быстрым шагом к общежитиям. Ну и ладно, не очень-то и нужно! Монгол-джентельмен — это прям анекдот!

Подхватив свои сумки, я чуть не побежал в свою комнату напару с Ягой. Впрочем, на входе та отпочковалась, уйдя к себе, перед этим распрощавшись. А я ввалился к себе домой. Как я рад видеть тебя, моя кроватка! Такое ощущение, что год тебя не видел! Хотя меньше двух недель прошло!

На соседней лежала Альфия, жуя банан и листая журнал мод «Кудесница». При виде меня в монгольской одежде она отбросила журнал с бананом и села на кровати, впившись взглядом.

— Катя⁈

— А кого ты ещё ожидала увидеть? Императрицу? — недовольно буркнул я, бросив сумки у кровати, а сам с облегчённым выдохом рухнул на постель. — Уф, наконец-то!

— А что это на тебе надето? Ты будто из исторического фильма сбежала. Ха-ха-ха!

— Зря смеёшься. Это расписная одежда! Последний писк моды в салонах Улан-Батора и Бишкека! Между прочим, не просто одёжка, а артефактная! Их кожи портальных тварей!

— Серьёзно? — Альфия в сомнении сморщила носик. — Ну что ж, я не очень расстроена, что мода Бишкека обошла меня стороной. Надеюсь, в этом твоём последнем писке блох нет?

Я посчитал себя выше того, чтоб ей отвечать. Сейчас меня заботило кое что другое — отвечать маме на пропущенные или нет? Ещё в машине я подключил зарядку, а там — семьдесят три пропущенных от мамы и два десятка смсок «ты где⁈ Срочно ответь!». Ну, я тоже написал в ответ «Я в машине, еду в Академию, со мной всё в порядке, я жива!». А потом выключил телефон. Пусть мама успокоится, потом с ней поговорю.