Взрослые люди (СИ) - Шнайдер Анна - Страница 16

— В общем, Аселия не захотела больше видеть кучера и сбежала от него куда глаза глядят. Скрылась и больше не появлялась. Но кучер не стал отчаиваться. Он отправился в лечебницу, чтобы обмануть помощницу лекаря, и представился мужем Аселии. Но не сработал обман. И пошёл тогда кучер в паучье царство — во всемирную паутину интернет, искать понравившуюся ему женщину. Там узнал он, что Аселия пишет свитки с чародейскими историями. И там же выяснил, что собирает она монеты золотые, чтобы помочь волшебному котёнку. Тогда кучер тайно добавил Аселии несколько монет, не чтобы понравиться, а чтобы помочь. И добро вернулось к нему сторицей, потому что там же, в паучьем царстве, он узнал, где и когда можно будет встретить Аселию. Вот так и случилось. Встретил он её, но не одну, а в компании Её Высочества и верных слуг… Но это уже совсем другая история.

— А дальше? — спросила Лика.

— Все вопросы к маме, — сдался я, выдохшись окончательно. Эта маленькая история отчего-то выжала из меня все соки, заставив мозг работать в усиленном режиме. — Она же здесь писатель.

Повисла тишина, означавшая то ли мой провал, то ли триумф. Третьего я не ожидал. И на Асю специально не смотрел. Только вперёд, только на дорогу.

Неожиданно раздался заинтересованный голос одного из братьев:

— А ёжиков точно покажете?

Я взглянул на мальчишку через зеркало заднего вида, и что-то в его серьёзном лице подсказало мне ответ. Всё-таки триумф. Ура!

Я, донельзя довольный собой, ответил парню и всем остальным заодно:

— Нет. Точно я зову вас в гости, а вот явятся ёжики к нам или нет, решать могут только ёжики.

23

Виктор

Путь обратно для хоббита оказался намного проще. И даже, можно сказать, пролетел неожиданно быстро.

Припарковавшись недалеко от подъезда семейства Збруевых, я помог всем выгрузиться и вытащил кресло на улицу. Решил не предлагать помощь по его доставке до квартиры, чтобы не уязвлять гордость пацанов, которые уже приготовились нести Её Высочество домой. Кстати, о принцессе.

Первой попрощалась именно она.

— Пока, дядя Витя.

Я поклонился.

Пацаны держались иначе. Намного уважительнее, чем было в начале знакомства, но без фамильярностей. Один из них спокойно сказал: «До свидания». А другой — серьёзно так кивнул, как кивают в фильмах боевые товарищи.

Когда пацаны с Ликой двинулись в сторону подъезда, мы с Асей ненадолго остались наедине. Она хотела что-то сказать, возможно, поблагодарить, судя по выражению лица, но я перебил её вопросом:

— Так когда мне отвезти вас с Сенькой на операцию?

Лицо Аси изменилось. На нём появился оттенок отчаяния. Она тяжело вздохнула, собираясь вновь что-то сказать. Но и тут я её опередил:

— И мне надо знать, что ваши ребята любят есть, нет ли аллергии или чего-нибудь ещё…

Да, Ася. Всё зашло достаточно далеко, чтобы от меня было так уж легко отделаться. Ты же не лишишь своих детей поездки к ёжикам, да?

— И примерный размер одежды… тоже нужен. Пришлите мне, пожалуйста.

Ася явно хотела сказать что-то в духе «а это ещё на хрена?», но, где есть отчаяние, там рядом бродит и смирение. В итоге она проигнорировала обе просьбы, но ответила на первый вопрос:

— Послезавтра операция.

— Я приеду.

— Спасибо, Виктор. И за сегодня, и за послезавтра…

— …И за ёжик-пати тоже можете сразу поблагодарить.

Ася прикрыла лицо ладонью и засмеялась, как смеются над чем-то очень нелепым.

— Ладно, и за ёжик-пати… Ну и название, — фыркнула Ася. И вдруг потянулась куда-то ко мне за спину.

— Ой, забыла закрыть…

— Ничего стра…

Не успел: Ася уже хлопнула дверью. Не сильно, но достаточно, чтобы плохо закрытый бардачок предательски открылся, обнажив вывалившийся, как скелет из шкафа, измученный букетик цветов.

Заметила его Ася или нет, я не понял: вся ситуация произошла за считанные мгновения.

— До свидания, Виктор.

— До свидания, Аселия, — произнёс я, чувствуя, как горят щёки, будто бы меня застукали за чем-то постыдным.

24

Виктор

До четверга был в дурном настроении. Ни с кем не хотел видеться и общаться. Даже секса не хотелось. Очень страшный симптом ухудшающейся жизни. Самый страшный!

Единственное, что скрасило эти дни, — книга Аси.

Да, после предыдущего опыта я решил дать шанс ещё чему-нибудь менее депрессивному. Ну, а вдруг?

И не прогадал.

Прочитал одну юмористическую вещь. Конечно, книга впечатлила отнюдь не как предыдущая, к тому же в ней оказался очень раздражающий недостаток, а именно: очень нереалистичное описание быта богатых людей. Может, конечно, Ася сознательно использовала подобный приём для комедийного эффекта, этакий гротеск, но мне показалось, что это, скажем так, просто неудачное описание автора из другого сословия.

Ах да, и обложка говно. Но, видимо, так было нужно для продажи книги. К тому же я совсем не целевая аудитория.

В остальном книга была очень недурная и уморительно смешная. Её легко было представить в формате театральной постановки.

В дом к богачам нашего времени устраивается новая учительница французского (вот это точно был стёб над подражательством высшему обществу прошлых столетий), в которую влюбляются втайне друг от друга и владелец дома, и его старший сын, и даже дедушка. От смеха было физически больно в моменте, когда жена владельца дома узнаёт об этом безобразии и язвительно говорит, что впервые её радует смерть прадеда, скончавшегося годом ранее, во время переезда в особняк.

Сюжет был простой, даже элементарный, но подан был очень изящно, талантливо и с изрядным вагоном сарказма.

В конце книги учительница французского, устав от настойчивых ухаживаний троих членов семейства, убежала в закат с обыкновенным садовником, прихватив с собой все подаренные ей украшения. Точнее, не в закат, а на Мальдивы, и активно выкладывала фотографии в одной из запрещённых соцсетей. А оставшиеся с носом мужчины во время ужина рассматривали эти фотографии и тоскливо вздыхали, пока жена владельца дома закатывала глаза и ела буйабес.

Не сдержался и написал Асе:

«И вправду хорошо, что прадед умер, не доехав до особняка Воронцовых. Прадеды порой приносят много проблем. Мой в восемьдесят один год забрал все сбережения и уехал от прабабки к любовнице».

В ответ получил ржущий смайлик.

В назначенный день приехал утром за Асей. Почуял, что ей не до разговоров, и не досаждал вовсе. Ехали молча. Спросил, не помешает ли ей «Бизнес — FM», и послушал последние новости про фондовый рынок.

Ася явно волновалась. Но я был не в том статусе, чтобы пытаться её успокоить словами, поэтому решил помочь порой самым эффективным способом — невмешательством.

Оставив кошку в клинике, Ася вышла, и я, не слишком-то надеясь на согласие, предложил ей пойти позавтракать где-нибудь. Помнил про наш договор.

Но в итоге всё случилось совсем не так, как я рассчитывал. Очень буднично, словно и не было между нами никакой стены и игр в кошки-мышки, Ася просто сказала в ответ:

— Да, пойдём… — и после еле заметной паузы, чуть не сократившей расстояние между нами, исправилась, поспешно добавив окончание слова: — …те.

25

Ася

Дети заинтересовались Виктором. И да — это было воистину удивительно, поскольку раньше любого мужчину они воспринимали в штыки: слишком уж плохими были воспоминания об особях мужского пола, которых таскала домой их биологическая мать. Поэтому любая моя попытка пообщаться с мужчиной, даже без задних мыслей, была обречена на провал: близнецы настораживались и изо всех сил пытались сделать так, чтобы конкурент быстрее отвалил, осознав, что ему здесь ничего не светит даже с фонарями. На самом деле, зря Тёма и Лёшка так: узнав о том, что у меня трое детей, любой мужчина отваливался сам.