Хоум-ран! - Райли Грейс - Страница 79

Мой телефон вибрирует от сообщений в общем чате.

БЕКС

Удачи на конференции, Мия!

ДЖЕЙМС

Удачи, Мия!

КУПЕР

Порви там всех :)

ПЕННИ

Уже дождаться не могу <3 Уверена, все пройдет суперкруто!

ИЗЗИ

Задай им жару, гениальный астроном <333

Я смотрю в экран телефона и, прикусив губу, жду, но еще одно сообщение — самое важное — так и не приходит.

Вместо этого мне снова пишет Иззи, на этот раз уже в личку.

Подумала, ты захочешь взглянуть, прежде чем это разлетится по соцсетям

Кстати, я взяла с Пенни слово, что она сфоткает тебя за кафедрой <333

Я открываю прикрепленное Иззи фото — оно оказывается скриншотом какого-то письма. Приглядевшись, я понимаю, что это заявление Себастьяна об отказе от участия в отборочных.

Комиссару Скофилду и всем, кого это может касаться,

Так как день драфта в Главную лигу уже совсем скоро, мне хотелось бы выразить свою благодарность всем тридцати командам, которые проявили ко мне интерес — как к игроку и как к личности. С самого детства бейсбол занимал особое место в моем сердце, как и в сердце моего отца, легендарного игрока «Редс» Джейкоба Миллера. Я отлично помню, как мы с ним любили побросать мяч и как после удачных матчей Марти Бреннаман кричал: «На этот раз победа снова за «“Редс”!» Возможность пойти по стопам отца для меня огромная честь, и я все­гда буду нежно любить его спорт.

Тем не менее, размышляя о своем будущем, я понял, что мечтаю заниматься совсем другим. Таким образом, я отзываю свою кандидатуру от участия в драфте — сегодня и навсегда. Я невероятно благодарен этому спорту за все, что он мне дал, но сейчас я планирую сместить фокус внимания на мои собственные увлечения.

Также я должен сообщить, что планирую окончить учебу в университете МакКи на семестр раньше, из чего следует, что текущий бейсбольный сезон станет для меня завершающим. Последние три сезона были самими интересными и волнительными в моей жизни, и я хочу выразить особую благодарность тренеру Мартину, моим товарищам по команде и организаторам турнира: без них я не смог бы стать тем человеком, каким являюсь сейчас.

Отдельную благодарность мне хотелось бы выразить своей семье — за постоянную поддержку, а также Мие Ди Анджело — за то, что она на собственном примере показала мне, как важно самостоятельно строить свое будущее. Я не знаю, что ждет меня впереди, но невероятно рад, что совсем скоро смогу это выяснить. Родители будут гордиться мной — я уверен.

Искренне ваш,

Себастьян

Когда я заканчиваю читать, мои глаза застилает пелена слез. Заявление настолько отражает характер Се­бастьяна, что я не в силах отогнать ощущение, будто могу коснуться его прямо через экран телефона. Вот только мой шанс обнимать его когда захочется (хоть я никогда и не думала, что когда-нибудь испытаю по отношению к кому-то подобное желание) я безвозвратно упустила. Я осторожно промокаю глаза, стараясь не размазать тушь.

Он выразил мне благодарность. Несмотря на ту боль, что я ему причинила, отвергнув, полюбив, а затем снова отвергнув, он выразил мне благодарность.

Мне невероятно жаль, что я не могу присутствовать на сегодняшней игре — хотя бы в роли друга. Я знаю, как много для него значит в последний раз заняться тем, что он полюбил благодаря отцу. Хотя я и не могу быть рядом, его обязательно поддержит семья, и это греет мне душу. Мне же, как и ему самому, предстоит сделать шаг, который определит бу­дущее.

Наши звезды не сошлись. И пусть сейчас меня пожирает, превращая в ничто, бездонная черная дыра, эта боль точно не пойдет ни в какое сравнение с той, которую мы могли бы причинить друг другу в будущем. Тот вечер в доме Джеймса и Бекс был лишь рябью на воде.

Поэтому с этой самой секунды Себастьян должен стать для меня лишь воспоминанием.

Я тихонько захожу в аудиторию через заднюю дверь. Когда профессор Санторо откроет конференцию небольшой приветственной речью и затем прочитает собственный доклад, придет моя очередь выступать. Она уже стоит за расположенной на сцене кафедрой и что-то говорит в микрофон. Ее седые волосы поблескивают в свете прожекторов.

Я прислушиваюсь.

— Одна из самых приятных вещей в преподавании — возможность встретить по-настоящему одаренного молодого ученого, — говорит она. — Того, о ком ты с уверенностью сможешь сказать, что однажды благодаря своим способностям он намного превзойдет тебя.

На этих словах в зале раздаются сдавленные смешки. Профессор делает паузу и с улыбкой обводит взглядом собравшихся, а потом устремляет его на меня, покорно ожидающую за кулисами.

— За долгие годы преподавания со мной такое уже случалось, поэтому, встретив Мию Ди Анджело, я сразу поняла, что эта девушка — особенная, — продолжает она. — В ней горит настоящая страсть к науке, она умна и, что важнее всего, обладает тем самым любопытством ученого, благодаря которому и совершаются все важнейшие открытия. Этим летом мне выпала честь поработать с ней в моей лаборатории, и теперь мне безумно хочется вас с ней познакомить.

Я не сразу понимаю, что пришло время выходить на сцену, поэтому поднимаюсь к кафедре с небольшим запозданием. Первый слайд моей презентации уже на экране. Собственные шаги кажутся мне настолько громкими, что я не могу думать ни о чем другом.

Когда мы проходим друг мимо друга, профессор улыбается и ободряюще пожимает мою руку.

— Выше нос! Говорите четко. У вас все получится, Мия.

Этот доклад для меня не первый — и наверняка далеко не последний в жизни. Все только начинается. Кивнув наставнице, я встаю за кафедру.

Я смотрю на слушателей и едва не роняю микрофон.

В первом ряду сидит моя семья.

Джана. Мама, папа, бабушка. С самого края, рядом с моей сестрой, сияя, восседает Пенни.

Наши с мамой взгляды встречаются — она едва заметно кивает.

Я собираюсь с мыслями и начинаю доклад.

61

Себастьян

Я завязываю шнурки на двой­ной узел и прячу их внутрь бутс. Носки, пояс, форменная футболка, отцовский медальон на шее, бейсболка, солнечные очки — я надеваю свою спортивную форму в последний раз. Нарисовав по толстой черной полосе на каждой своей щеке, я проделываю то же самое с лицом Рафаэля.

Сегодня в раздевалке намного тише, чем обычно. Несмотря на то что мы выиграли предыдущие два матча и никому не хочется прерывать победную серию поражением, особенного воодушевления никто не испытывает, ведь, как бы здорово мы ни сыграли, в турнир нам уже не попасть. Сегодня я закончу свою бейсбольную карьеру. В последний раз выбегу на поле под крики болельщиков. В последний раз встану на позицию бьющего. В последний раз в компании верных товарищей покину стадион.

И я спокоен. Этим утром мое заявление оказалось на столе у комиссара, так что к концу игры Зои уже опуб­ликует сенсационную новость. Она по-прежнему хочет провести видеоинтервью с моим участием, но я планирую отказаться. Все, что было нужно, я уже сказал в заявлении, и больше никаких комментариев давать не обязан.

Кто знает, возможно, однажды те, кто болел за меня, пока я был бейсболистом, будут восхищаться моими кулинарными подвигами.

В Нью-Йорке стоит невероятно теплый и безоблачный день, в какие обычно проходят бейсбольные матчи в фильмах. Моя семья уже сидит на трибуне напротив домашней базы, приготовившись смотреть игру. Даже если сегодня я не отобью ни один из четырех мячей, меня это не расстроит, ведь я буду знать, что, как и всегда, выложился на полную.