"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1122

— Мне обязательно в Грузию ехать? — спросил я Виталину.

— Нет конечно, у нас все есть, — с улыбкой погладила она меня по голове.

— Донеси меня тогда до гостиницы, — прикрыв глаза, я опустился на ее мягкие, теплые руки и отрубился.

Вернувшись в Москву на следующий день, вечером вместе с семьей посмотрел в программе «Время» снятие с должности и арест Первого секретаря ЦК КП Грузии Василия Павловича Мжаванадзе и назначение его преемником Эдуарда Амвросиевича Шеварнадзе. Колесо истории повернулось снова!

Лето шло своим чередом, ребята — кто может — разъехались по деревням и весям к родне, кому повезло больше — по санаториям и понерлагерям, и, вопреки ожиданиям, гвалта за окном (где эко-парк) стало только меньше. Сам «парк» продолжает развиваться — деревья приживаются, по периметру высадили уже покрывшуюся зеленью «живую изгородь», на территории благополучно поселились бронзовые животные, а у всех восьми «официальных» входов поставили здоровенные зеленые таблички с белыми надписями: «В эко-парке: не мусорят, не ругаются, не дерутся, не распивают алкогольные напитки и не курят. Товарищи собачники, пожалуйста, убирайте за своими питомцами!».

Не панацея, конечно, но бросать мусор на такую-то красоту (собственные дети вон на одеялке с книжками сидят!) рука поднимается прямо не у всех, поэтому воззвание в целом работает. Официальное открытие тоже было — пришел весь район, а со сцены, на правах местных жителей, немножко выступили я, Хиль, и, на правах Гришинского засланца, один из его подручных — приехал вместе с телевизионщиками поторговать лицом. Репортаж получился знатным, и всю следующую неделю на районе мелькали незнакомые лица — народ повалил на диковинку посмотреть. Теперь ждем эффект в виде тысяч писем на тему «а почему у нас так не сделали?».

Гастроли былую эффективность потеряли на третью поездку — в город Омск, куда пришлось лететь с пересадкой из ТУ-144 в Новосибирске. Увы, «мои» силовики пахали всю ночь, но все работники почему-то нашлись на рабочих местах, вместе со всей нужной образцово-показательной бухгалтерией, а вместо свидетелей злоупотреблений на местах — сплошь благодарные человечному начальству пролетарии. В общем — гастроли теперь просто гастроли, но «офлайн»-жалобы зрителей продолжают разбираться, а по начавшим поступать от администраций на местах просьбам по итогам концерта зову на сцену самого главного местного функционера, который на эти «офлайн-жалобы» по мере сил отвечает. Пиар, так сказать. Тоже нормально — не мытьем, так катаньем привязываем к себе (работает пока дед в силе, то есть работать будет еще лет десять) местную номенклатуру.

Пару раз выбирался в дальнее Подмосковье, по «указивке» Щелокова. «Дело сожженных вагонов» получилось даже интересным — нифига себе, составами «утрясали и усушали под предлогом пожаров». Не жадничали — жгли пару поездов в год на разных маршрутах, так что никому и в голову такая схема не пришла. Ну не хватает в останках вагонов пепла, ну нарушены пломбы там, где двери сохранились — ну так и чего? Потратили день, посадили трио железнодорожник-начальник овощебазы-главный «торговик» района. Тоже неплохая разминка!

Рука крепла, легкие починились целиком, количество физкультуры по утрам и вечерам нарастало, погоды стояли дождливые, и настал долгожданный день поездки в пионерлагерь Артек, название которого радостным звоном до сих пор отзывается в сердцах миллионов людей. Таня вместе с Надей, Рыжим («Я?! В Артек?!!») и Катей Солнцевой уже там. Ну а мне сгодится пару дней пузо на солнышке погреть — ну некогда полноценную смену отбывать, хотя, если честно, очень хотелось бы. С нами летит «Лайсковый май» — «Цветы» послали гастролировать, нефиг в четырех стенах сидеть, пора уже и в народ пойти.

— Жаль, что тебя не получилось на эти два дня устроить пионервожатой, — пожаловался я Вилке, когда ИЛ-62 (в Симферополь ТУ тоже летает, но жаба задавила) набрал высоту. — Обалденно бы смотрелась в форме!

— Все равно выдадут, для маскировки, — улыбнулась она. — Не в этом же мне там ходить? — оттянула ворот изрядно задравшего «платья гувернантки классического».

— Наделаю кадров как надо! — обрадовался я. — Бывала в «Артеке»?

— Нас три года подряд возили, — кивнула она с ностальгической улыбкой. — Тренироваться с детьми-иностранцами дружить. И почти никакой учебы! — довольно потянулась и с улыбкой вынесла вердикт. — Здорово было!

— Негритянок зубной пастой мазали?

— Наоборот — вместе с негритянками мазали француженок! — рассмеялась Виталина и шутливо пожаловалась. — А у нас-то в палатах порошок был, паста только у буржуев. Мажу, а на душе кошки скребут — такая трата дефицита!

Хохотнув, пустился в размышления о судьбе Родины:

— История смешная, но про зубную пасту и порошки грустно, — вздохнул я. — Почему чужим все, а свои — потерпят? Понимаю, что мы народ хлебосольный, но грань-то должна быть.

— В эти времена паста в «Артеке» у всех есть, — неубедительно попыталась меня успокоить Вилка.

— Приятно быть ребенком прогрессивных времен, — покивал я. — Спасибо Партии за то, что меня не съест саблезубый тигр. Слушай анекдот…

Рассказал про доброго Ленина, который «мог бы и полоснуть». Виталина просмеялась, а я вывел мораль:

— Вот такой принцип государственного управления применим к тем, кто повыше, а тех, кто ниже, надо…

— Холить и лелеять, я помню, — с улыбкой перебила Вилка.

— Именно! Построить антиутопию за одно поколение невозможно, но, как говорил товарищ Столыпин, «дайте мне двадцать спокойных лет, и вы не узнаете Россию».

— Там было не так, — вредным тоном заметила девушка.

— Имперских дословно цитировать необязательно, — отмахнулся я. — Смотри еще как интересно получается — сделал-то он много всего, в том числе — объективно хорошего, но народ запомнил и пронес через поколения только «столыпинский галстук». Ну как тут на Революцию не подняться, когда вот такие правители?

Виталина огляделась — сидящие за нами ребята из ВИА вполне убедительно спят. КГБшные дети, конечно, но все-таки дети — и прошептала мне на ухо Величайшую Тайну Советского Союза:

— Хрущев в Новочеркасске в 62-м демонстрацию расстрелял.

— Знаю, — кивнул я. — Удивлен, что не знают вообще все. Но никому не рассказываю — ну зачем им? Однажды, конечно, неминуемо всплывет, но, если не пинать инфоповод, однажды он умирает. Спрошу у Хрущева зачем, посмотрим, как будет оправдываться.

— Он перед тобой оправдываться не будет, уж извини, — развела руками Виталина.

— Либо подальше пошлет, — кивнул я. — Ничего, я въедливый и все равно не пойду. У меня полчаса дарованного свыше времени, и Никиту Сергеевича никто раньше не отпустит, — вздохнул. — До инфаркта бы пожилого человека не довести.

Самолет приземлился, и мы попали в самое настоящее пекло. То, что надо! Погрузились в автобус, погрузили инструменты (остальное оборудование обещали дать) и поехали чисто по привычке инспектировать номерную столовку на предмет хлеба в котлетах. Результат устроил — в Крым все ездить любят, поэтому общепит пока отлично работает, а скатиться, дай-то бог Генсеку здоровья, не успеет.

До «Артека» пришлось ехать по горной дороге, частично показывающей находящийся в состоянии от «удручающий» до «средний» частный сектор и просто замечательные, покрытые зеленью горы. В пути немножко ставил ребятам задачи:

— В нашем внешне спокойном болоте прямо сейчас зарождается нечто ужасное — специализирующиеся на экономических преступлениях НЕ-организованные преступные группировки. Если пустить дела на самотек, к началу 80-х мы получим огромные, в реально ощутимых масштабах подрывающие экономику, преступные синдикаты. Котлеты, как ни странно, это важно, особенно в удаленных от центра городах, потому что на еде «пилить» удобнее и легче всего. Будете на гастролях — старайтесь проверять. Все время не обязательно, и, если хочется в ресторан, можно ходить в ресторан.

КГБшные дети очень разумные, поэтому пообещали ходить и в столовые, и в рестораны.