"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1150

Кто осудит?

— Само собой, — кивнул я. — Такие вопросы нужно обсуждать всей семьей. Кроме того — Игорь Федорович настоящий профессионал с потенциалом как минимум полковника, и мы с папой Толей его очень уважаем.

Во, теперь всё — можно начинать искать им «трешку» — желательно хотя бы три-четыре варианта, чтобы могли выбрать и не материли меня, когда никто не видит — выдавил, мол, из обжитого уютного гнездышка в халупу.

— Разумеется, если будет нужен ремонт, расходы на него мы тоже возьмем на себя, — добавил я.

— У Игоря руки золотые, сами справимся, — ради приличия поскромничала она.

На обратном пути поделился с отчимом внезапно снизошедшим на меня откровением:

— Получается — пять комнат с двумя ванными. Если захватить еще эту и эту, — указал на остальные соседские двери. — Двенадцать комнат и получится! Я не против иметь дюжину братьев и сестер, пап Толь, но, может, все-таки поделиться с вами презервативами?

— Народ-вор, народ-гнида, народ-гной! — оскорбленный в лучших чувствах, стоя на засыпанной галькой дорожке в успешно доделанном кусочке «Эко-парка Сокольники», я грустно взирал на бронзовую статую быка, у которого вчера ночью неизвестные вандалы спилили рога.

Довести до ума в этом сезоне успели где-то пятую часть парка, и эта часть приводит жителей района в восторг — красиво, необычно, чистенько, фонарей хватает, а вдоль аллеи — статуи животных, по которым деточкам очень нравится лазать — табличка, что так можно, в наличии. А чего бронзе сделается? Наоборот — штанишки и кофточки помогают поддерживать статуи в чистоте, собирая на себя пыль и голубиные подарки.

Но, увы, человек несовершенен, и вот мы имеем по-настоящему удручающий акт вандализма.

— Никакой выгоды же, сука! — продолжил грустить я. — Куда они эти рога утащат? Нет, тут мы видим классический случай желания нагадить сразу и всем — совершенно без задач, исключительно из социопатии. Вот бы натыкать здесь видеокамер, которые круглосуточно будут записывать происходящее на пленку. Иначе такое дерьмо будет повторяться снова и снова! Увы, технологии несовершенны, поэтому придется это терпеть. Ладно, МВД и КГБ расширяют штаты, попрошу выделить сюда пару ночных патрулей.

— Я с утра всех стоящих на учете вандалов обошел, — грустно отчитался о проделанной работе участковый Сергей Анатольевич — почти полный тезка, блин, если бы папа Толя был мне родной. — Глухо.

— Даже дело заводить не стоит, — вздохнул я. — Нафиг вам еще один «висяк»?

Участковый просветлел — тоже так считает.

— Руки сломать! — выдала свое авторитетное мнение Виталина, радующая сегодня глаз свободно развивающимися на прохладном осеннем ветру волосами, приталенным коротким пальто и брюками.

— Пойдемте туалет посмотрим, раз уж пришли, — решил я и повел нашу тройку к капитальному кирпичному строению.

Никакой ямы в земле — протянули водопровод, канализацию и даже отопление.

— Проверь, пожалуйста, — попросил Виталину, указав на дверь с надписью «Ж».

Она зашла и выглянула обратно:

— Никого.

Вошли, осмотрелись.

— Что ж, наши дамы большие молодцы, — подвел я итог.

Убирают в туалете по вечерам, и сегодня еще не успели. А ведь вечер, и строение в течение дня активно использовалось по прямому назначению.

Дальше пошли в «М».

— Товарищам уборщицам с этого момента тройной оклад! — отреагировал я на зловонную кучу в писсуаре и желтые лужи. — Ну какие бл*ди, собственных же детей потом сюда водить будут! — разуверился в человечестве еще сильнее, и мы спешно покинули туалет.

Виталина записала в блокнотик про тройной оклад, мы попрощались с участковым и пошли домой.

— Сегодня ночью пойдем тихонько по району гулять, — выдал ей инструкции. — Еще относительно тепло, и народ со дворов и скверов в подъезды, подвалы и квартиры не до конца переместился. Такие твари, — кивнул на остающийся за спиной парк. — Обожают своей удалью хвастаться. Шансов мало, но хоть что-то попытаться сделать я хочу.

— Обеими руками «за», — одобрила Виталина.

Пришли к нам — мама уже в привычной Кремлевке (не без уговоров Фурцевой), поэтому хата, что называется, «лысая» — Таня, отчим и маленькая сестренка у Судоплатовых.

Немного грустно, что я все больше и больше удаляюсь от семьи, но так даже лучше — я же изначально чужой. Кроме того — родные дети тоже рано или поздно взрослеют и покидают родное гнездышко, просто я начал чуть раньше, чем положено.

— Существует ли статистика самых неспокойных кусков Сокольников? — спросил я девушку. — Например — куда чаще всего вызывают патруль с жалобами на шум?

— Должна быть, — кивнула Виталина и набрала спецномер.

Задав вопрос, подождала пяток минут, в течение которых я трогал ее за всякое, и благоразумно вручила трубку мне. Усталый незнакомый женский голос перечислил мне адреса со статистикой вызовов за последний год, я поблагодарил и отключился.

— Учет и контроль в нашей стране воистину поражают! — вынес я вердикт Системе, взял Вилку за руку и повел в комнату. — Пошли время до темноты перематывать.

Перемотка сработала штатно, и темнота опустилась на город совершенно незаметно — просто в какой-то момент осознал, что визуальная составляющая процесса деградировала. Одевшись, вышли на улицу — не так уж и холодно, уверенный небольшой «плюс». Наложив в голове полученные точки на карту, выстроил наиболее оптимальный маршрут, и мы, взявшись за ручку, отправились патрулировать улицы. Само собой, с аккуратно не попадающимся на глаза сопровождением.

— Если так подумать, поздним вечером мы с тобой ни разу и не гуляли, — вдруг озарило меня.

— Если так подумать, не гуляли мы и днем, — в тон мне ответила Виталина.

— И вправду! — покивал я. — Надо будет выбраться, например, на Воробьевы горы, пока совсем не похолодало. Официально приглашаю!

— Официально согласна! — улыбнулась она.

Остановившись в тени между двух фонарей, поднялся на цыпочки и поцеловал слегка наклонившуюся ко мне Вилку.

— На*уй пошел, п*дор! — разрушил магию момента злобный пьяный вопль из темного скверика слева от нас.

— Фонари есть, а света нет. Разбиты, стало быть, — решил я, приглядевшись и заметив два толкающихся силуэта.

— А может ты п*дор? — задумчиво спросил силуэт номер 2 и пробил первому силуэту в челюсть.

Тот упал, а «выживший» наклонился к скамейке и зазвенел посудой.

— По праву сильного! — прокомментировала Вилка.

Гоготнув, повел ее дальше. Странно, но раньше я как-то и не представлял, что ночные Сокольники настолько живой и интересный организм. Отовсюду доносились обрывки разговоров, смеха, песен, звон разбитого стекла — на такое девушка распальцовками натравливала наших КГБшников, которые заставляли хулиганов убрать за собой. Удалось даже сделать полноценное доброе дело — спасти девушку от пары уркаганов, которым она дрожащими руками протягивала кошелек как раз когда мы вышли из-за угла. Этим Вилочка без затей отбила яйца и переломала пальцы. И вот, когда шумы начали стихать, а время приблизилось ко второму часу ночи, нам повезло.

— …два полотна извел, б*ядь, хорошо, что Петрович ни*уя считать не умеет, у него не гараж, а б*ядь коммунизм!

И пьяный гогот.

— Полотно бывает на ножовках по металлу, — заявил я и повел Виталину на шум.

— На стену при*уярил, чисто трофей охотничий! — добавил подозрений оратор. — Я еще и оленю рога спилю зимой, чтобы снег следы замел.

— Они твои, любовь моя, — светло улыбнулся я Виталине, указав на пару сидящих на лавке у подъезда мужиков.

И так будет с каждым!

Глава 2

На улице прохладно, поэтому пришлось проводить встречу с колхозниками в свежеотремонтированном, «запитанном» в плане отопления от новой котельной, ДК. Влезли, разумеется, не все — части людей пришлось стоять в проходах, вдоль стен и около сцены, а двери в зал не закрыли, чтобы было слышно собравшимся в коридоре и фойе.