"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1185

Покивал сам себе — молодец, Сережа, вон какую штуку снял — и вернулся на кухню. Потыкав спичкой в торт, счел его вполне готовым и вынул из духовки. Раздался звонок в дверь, и я пошел открывать.

— Привет! — поприветствовала меня одетая в шубку, «Тверь» и лисью шапочку Таня.

Утром уже виделись, но почему бы не поздороваться снова?

— Привет! — посторонился я. — Как съездила?

К маме она ездила, на зону.

— Хорошо! — с улыбкой ответила Таня, проходя в квартиру, не забыв запереть за собой дверь. — Вот, мама тебе передать просила — с Новым годом! — и протянула мне пару вязаных шерстяных носков.

— Класс! — вполне искренне оценил я, принимая подарок. — Обязательно ей спасибо скажу, когда в следующий раз вместе к ней поедем.

Уже ездил пару раз за этот год — чисто чтобы Тане приятно сделать, у меня тетя Тоня смесь жалости и страха вызывает, не самая приятная комбинация.

Тут же надел подгон на ноги — ништяк, мягко и не колется. Далее принял у девушки шубку, повесил на плечики в шкаф, немножко полюбовался филейной частью прошедшей внутрь квартиры вперед меня поддельной сестры, сам себя одернул и пошел следом.

— Ты что, уже все сам сделал? — расстроенно спросила она, увидев заставленную снедью кухню — часть ёмкостей укутал в одеяла, чтобы не остыло до прихода гостей — еще часик ждать.

— А что мне, в потолок плевать? — с улыбкой развел я руками. — На стол поможешь накрыть? И глазурью торт полить нужно.

— Конечно! — отозвалась всегда готовая помочь кому и с чем угодно Таня, и мы в четыре руки накрыли «поляну», не забыв сделать телевизор погромче. В процессе она заметила коробочку под ёлкой со своим именем. — Ой, а что это?

— Я пока на кухне был, слышал шум, захожу — никого нету, а коробка стоит, — пояснил я.

— Да ну тебя, я в Деда Мороза давно не верю! — рассмеявшись, отмахнулась Таня и открыла подарок, явив легкий деревянный сундучок, расписанный сказочными персонажами.

Открыла и его — полный комплект с условным названием «Мечта художника» — краски, кисти, карандаши, фломастеры.

— Когда поступишь на курсы — пригодится.

— Спасибо! — со счастливой улыбкой Таня кинулась мне на шею, расцеловала в щеки, «случайно» ткнулась в уголок губ, залилась краской и отстранилась.

Делаем вид что не замечаем! Фу, Сережа, нельзя!

— У меня для тебя тоже подарок есть! — обрадовала новостью подружка, сбегала в свою (мою бывшую) комнату и принесла оттуда упакованную в подарочную бумагу коробочку.

Открыл — машинка-модель. Для упрощения подаркооборота на всякий случай рассказал всем, что собираю коллекцию — у меня уже десятка полтора есть, так что особо и не вру. Они недорогие, так что пусть ребята дарят и радуются. Пооткрывал двери, багажник и капот и вынес вердикт:

— Класс! Спасибо! — чмокнул Таню в щечку и отнес модельку в свою комнату, поставив на полку к другим моделькам, чуть выдвинув вперед — девочка же, обязательно это заметит.

Девочки вообще наблюдательные и сигналы считывать любят, пусть и не всегда правильно и осознанно. А порой сигналов и вовсе нет, а «считывание» есть, но на такие мелочи мы внимания не обращаем.

— Расскажешь про ёлку, пока я переодеваюсь? — попросила подружка.

Это про совхозную — сегодня утром была, после нее я в больницу к маме и поехал.

Пошли в ее комнату, меня усадили на стул лицом к стене — чтобы не подглядывал, чего я и так делать бы не стал, я же хороший — и Танюшка начала шуршать одеждой и бряцать своей небогатой (в количественном плане, так-то импорт) косметикой и прочими женскими атрибутами, пока я вещал:

— Ёлка хорошо получилась — у входа в ДК Снегурочка ребят встретила, — гоготнул. — С подручными в виде тамошних комсомольских активистов наряженных в снеговиков, стихи почитала, снеговики дали залп из хлопушек с конфетти. Дальше все внутрь пошли — холодно же, чего на улице стоять. Потом у ёлки «Ласковый май» выступил.

— Какой состав? — полюбопытствовала Таня.

— Четвертый.

— Это где Максим? — спросила она.

У нас в ДК выступали, Таня знакомилась. Максим — «фронтмен», и их общение заставило меня немного поревновать.

— Он, — подтвердил я.

Ревность ревностью, но, если захочет за Максима замуж, я буду последним, кто станет вставлять палки в колеса — он хороший пацан, околоКГБшный, и на Таню смотрит вполне симпатизирующим девушке взглядом. Ну а обидит — извини, за сестренку пар-р-рву. Я бы его и на Новый год пригласил, но уже никак — в Ереван полетели, в качестве хедлайнеров выступать на тамошних праздничных мероприятиях.

— Дальше начали Деда Мороза звать, как положено, — продолжил я отчет. — Приехал такой на санках прямо через главный вход — колесики прикрутили незаметные, а на крыльцо пандус положили.

Таня от такой потешной детали хихикнула.

— Потом один из трех белоснежных коней на пол накакал ко всеобщему веселью, — добавил я веселого.

— Фу! — отреагировала подружка и рассмеялась.

— Ну и пошло — стихи, подарки, хороводы, потом в актовый зал пошли, где я немножко ведущим поработал, самодеятельность местную показывали.

— Хорошо получилось? — поинтересовалась девушка.

— Нашел почти всех потребных ребят для «Приключений Петрова и Васечкина», — кивнул я. — Они в кружок театральный еще до моего появления ходили и теперь ходят — я им аспиранта из ВГИКа выписал, на полставки у нас работает теперь творческим руководителем.

— Я тоже в кино хочу, — выкатила хотелочку Таня.

— Снимешься значит, но не в главных ролях, — пообещал я.

— Потому что тебя будут обвинять в кумовстве, — выразила она понимание и самокритично заметила. — Да я и играть толком не умею — на меня в шестом классе классуха наорала даже, когда сценку готовили про пионеров-героев.

— На детей орать непедагогично, — не одобрил я такого поведения.

— Готово! — огласила Таня.

Обернулся — псевдосестра собрала волосы в милые хвостики, интегрировав в них синие ленточки и надела синее же платье со слегка открытыми ключицами и подолом на сантиметр выше колена. Талию подчеркивает отлично, равно как и прогрессирующую в плане формы грудь. На шее — янтарный кулончик на золотой цепочке, в ушах — янтарные маленькие сережки. И губки немного подкрасила, ух какая взрослая!

— Очень здорово выглядишь, — похвалил подружку, и мы пошли «переодевать» меня — Таня на стульчик лицом к стене, я за справедливость.

Надевая заранее поглаженные брюки и белую рубаху с коротким рукавом, продолжил рассказ про совхозную Ёлку:

— Дальше совхозники с детьми под руководством парторга и нового папы Толиного секретаря…

— Какой секретарь?

— Страшный — жесть, лысый и с жутким шрамом на полскальпа. Лицо — кирпичом, взглядом даже меня давить умудряется — а на меня сама знаешь какие люди смотрели со значением.

— У деда тоже хорошо получается, — заметила она.

— Так он же дед, — застегнув пуговицы, ответил я. — Родня то есть, поэтому не так страшно. Но Леопольд Васильевич — так секретаря зовут — на самом деле добрейшей души человек, у него хорошая жена и две дочки-близняшки пяти лет. А еще кот есть.

— Я тоже кота хочу, — разохотилась Таня.

— Заводи, — с легкой душой разрешил я. — Мама против не будет — сама предлагала, а места у нас теперь хоть отбавляй, — вздохнул. — А мне не светит — вообще на питомца времени нету, а на других заботу сваливать нехорошо, — намекнул Тане, что лоток чистить я нифига не стану.

— Я ответственная! — совершенно справедливо похвалилась она.

Намек усвоен, получается.

— Ты завтра с нами? — спросила Таня, когда я причесался — так и гоняю с андеркатом, равно как и львиная доля знакомых пацанов — стрижку добавили в «парикмахерский стандарт» под умиляющим названием «Модельная 2», но меня так Фурцевский стилист и стрижет — закончив тем самым приводить себя в праздничный вид.

Это она про завтрашний конкурс ледовых скульптур в Сокольниках, принимать участие в котором подвязалась львиная доля рабочих коллективов Москвы и Подмосковья. От участия в судейской бригаде я самоустранился — надоело, награждать-то всех хочется, а нельзя — мотивация стараться деградирует. Призами выступят путевки — победителям в капстраны, второму месту — по странам соцблока, месту третьему — по СССР. Печально, конечно — будто соглашаемся, что за Занавесом гораздо круче, чем здесь, но я только денег давал, чисто из-за лени не проконтролировав на что они пойдут. Урок усвоен — надо как-то с этим всем бороться. Впрочем, посещение трущоб и обветшавших районов в программу входят, не только витрину же показывать — в «Бриллиантовой руке» этот момент отображен.