"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1216

— А, Сережка! — обрадовался контролирующий привязывание призов к столбу парторг и направился к нам. — Аниматор простудился, — поделился плохой новостью.

— Фигово, но у нас еще четырнадцать осталось, — не расстроился я.

Многотысячные гуляния устраивать вообще непросто — чуть что не так, и получим «Ходынку» в миниатюре, поэтому взваливший на себя эту ношу Антон Сергеевич — большой молодец.

— Кроме аниматора никаких проблем нет, — отчитался он.

— Отлично! — одобрил я и посмотрел на часы. — Пойду готовиться.

— До вечера, — улыбнулся довольный суетой парторг.

Темнота празднику не помеха — помимо фонарей по периметру площади освещение создавали расположенные на крыше дома прожектора (вояки одолжили), огонь в мангалах и лампочки внутри «шатров». Сцена, само собой, тоже светится что твоя новогодняя ёлка. С Новым Годом происходящее роднили и многочисленные натянутые над площадью гирлянды вперемежку с аппликациями и бумажными фигурками, изготовленными совхозными школьниками и детсадовцами. Народу — тьма тьмущая, даже считать не пытаемся, но пришли все, кто хотел. Не пускать приказано только заранее «накативших» — в этом случае подпивший родитель отправляется домой, а его ни в чем не виноватые дети поручаются заботе «кураторов» из педсостава и по окончании праздника доставляются домой автобусом. Некоторые взрослые такому даже рады — шашлыка и дома можно пожарить, а вот вечерок кутежа без детей случается не так уж часто. Не осуждаю — у всех своя голова на плечах и свой взгляд на мир. Но ребят немножко жалко — вон девочка лет восьми слезки вытирает. Оп, аниматор в костюме Крокодила Гены вручил ей леденец-петушка и слезки вылечились. Вот и хорошо!

На сцене — танцевальная группа, отплясывают под Boney M. Дальше выступит хор доярок (у нас такой есть), квартет механизаторов (самоорганизовались без участия меня и парторга), бабушки-частушечницы (на гармошке — местный виртуоз Семен Никифорович Уралов, восьмидесяти лет отроду, полное «комбо» собрал за свою нелегкую жизнь — Первую мировую, Гражданскую и Вторую, будь она неладна, мировую). Далее — фольклорный детский хор, театральные зарисовки (участвуют мои «актеры», будут давать кусочки «Ревизора»). Потом моя очередь, и, в конце, на правах хедлайнеров, один из составов «Ласкового мая».

Ребята завершили выступление, народ поаплодировал и одобрительно посвистел, и вышедший на сцену Антон Сергеевич объявил первый раунд «перекуса». Сидящие за кулисами (отсюда видно всю площадь) мы питаемся отдельно — не потому что зазнались, а потому что КГБ бдит и потравы не допустит.

Далее пошла «конкурсная» часть, и внимание народа переключилось на столб с призами, к которому подошел первый участник.

— Степаныч, ты ж электрик! — раздался возмущенный мужской голос из толпы.

— Точно, по столбам всю жизнь лазил! — разделил негодование голос женский.

Степаныч попытался было оправдаться — «когтей» мол нету, так что все честно — но понимания не встретил и мудро решил терпение односельчан не испытывать.

После него вышла Матрена Ильинична — пятидесятилетняя дородная вдова. Скинув валенки и (не без одобрительного свиста мужской части совхоза) колготки, она осталась в юбке, ватнике и платочке и решительно запрыгнула на снаряд, обвив промерзшую древесину голыми ногами.

Увы, где-то в середине пути она потеряла сцепление и рухнула в предусмотрительно организованный под столбом сугроб под радостный гогот односельчан.

Участник следующий — дедушка Никодим, девяносто одного года отроду. Закаляется, бегает на лыжах, не пьет и не курит. Настоящая местная знаменитость! Дедушка недрогнувшими руками скинул с себя одежду, оставшись в легкомысленно украшенных ромашками «семейниках», продемонстрировав на зависть сохранившуюся фигуру легкоатлета. Хромовые сапоги нашли первого владельца! Скинув добычу вниз, он забрался на самый верх столба, встал на одну ногу (две не влезут) и поклонился ликующему народу. Сделав сальто назад, приземлился в сугроб, выбрался, с видимым удовольствием на бородатом лице обтерся снежком, благодарно кивнул предложившему ему полотенце аниматору — тигру, вытерся и оделся, после чего примерил обновку.

— Маловаты! — удрученно поцокал языком, вызвав народный хохот.

— Заменим, Никодим Афанасьевич! — пообещал парторг.

Далее удаль продемонстрировали еще два десятка совхозников — три утюга (обвинения в подкаблучничестве не заставили себя ждать, потому что два достали мужики, а третий — очень довольная своей второй попыткой Матрена Ильинична) и две пары сапог нашли своих владельцев. После того как позарившийся на последнюю пару Андрей Вадимович — он у нас числится наладчиком доильных аппаратов — в неудачном падении сломал ногу, парторг мудро решил заканчивать этот этап праздника. Теперь еще и больничный оплачивать и замену искать.

Самодеятельность, покушать, и вот ребята весело месятся в «снежном городке». Одного достаточно, потому что команды давно сформированы. Еще цикл, еще, еще, и вот на сцену вышел я. И без того довольный мероприятием народ возрадовался еще сильнее, и после выступления провожал меня долгими аплодисментами, которые, впрочем, оборвались как только меня сменил «Ласковый май» — их любят еще больше, я-то уже без пяти минут местный, привычный, а эти — звезды всесоюзного масштаба. Вот бы по всей стране стать «привычным», а то на пальце мозоль от ручки уже каменная — учитывая, что ею я пишу только во время раздачи автографов, степень популярности переоценить сложно. Ну и ладно — любовь не ненависть, а к подконвойной жизни я уже привык.

Глава 4

Дядя Андрей вернулся в совхоз вовремя и сам, автобусом, очень нас всех порадовав — небезнадежен! Увы, на этом успехи закончились — ходит на работу как положено, а вечерами сидит дома, телек смотрит, иногда — в компании папы Толи. Мрачность и обида с рожи постепенно начинают улетучиваться, и я вижу в этом немалую заслугу почти ежедневных телефонных разговоров с Викторией Викторовной — видимо решила взяться за трудную задачу. Вижу на это причины как внематериальные: она же учительница, а он, получается, хулиган, над которым нужно взять шефство — так и материальные: сын генерала, родственник Ткачева, не пьющий — выгодная партия как не крути, особенно если от карт отучить.

За съемками, масштабированием всего и вся и подготовкой к посевной февраль летел незаметно. Почти все время я прожил в совхозе, выбравшись в Москву всего два раза. Сначала — на финальный «прогон» «Кошек», после которого Аида Ведищева сотоварищи были отправлены на гастроли по Европе. Судя по присылаемым мне театральным журналам, приняли их там очень хорошо — спектакль-то классный.

Второй раз выбирался, чтобы поработать живым «флагом» в финале Всесоюзного чемпионата по пейнтболу — как-то умудрились вояки такой провести в сжатые сроки. Задачи были просты — сидеть на «базе» обороняющейся команды, пить чай из термоса и стараться ни с кем не говорить, чтобы не обвинили потом в отвлечении внимания. Увы, несмотря на мои усилия (мне молчать тяжело и непривычно), команда нападающих смогла меня «захватить» и препроводить в штаб собственный, выиграв тем самым путевки в Артек, цветные телевизоры и «Одиссеи». Ну и вояки что-то от себя дали!

К 23 февраля все успевшее повоевать за Родину население совхоза (у нас здесь ветераны не только Великой Отечественной, но и других конфликтов живут) получило единоразовую премию в размере ста рублей. Мало? Мало, но лучше, чем ничего, особенно если учесть «бонус» в виде путевок на курорты Ставропольского края — поедут не прямо вот сейчас, а в соответствии с графиком отпусков.

На сам праздник по телевизору впервые показали выступление авиагруппы «Стриж» — это помимо стандартных концертов, патриотических фильмов, парадов во всех городах страны и фейерверка.

Еще из новостей — «отбитый» невозвращенец Филипп начал свое победное шествие по западным СМИ, обильно делясь со всеми желающими своим богатым внутренним миром. Все видео— и печатные материалы мне оперативно привозят, а я потом делюсь ими с народом на мощностях ДК, из-за чего в совхозе стали популярны следующие фразы: