"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 270

— Ты что это тут творишь? — продолжал орать Аполлон. — У меня в медотсеке энергия отключилась. Окончательно сдурел от анаболиков, что ли?

— Ну а как же иначе? — искренне удивился Геракл. — Я что, по-твоему, отверткой эту пробоину должен ковырять?

— Да не знаю я. — Аполлон, слегка прихрамывая, приблизился к великому герою. — Ого, какая вмятина!

— В том-то и дело, что только вмятина, — Геракл с досадой отбросил молот, — а нужна-то пробоина!

И заговорщики грустно задумались.

— Видел я в складских трюмах баллисту, — глубокомысленно произнес Аполлон.

— Что?

— Баллисту, говорю, видел. Ну, орудие такое осадное древнее. Кладешь в особую чашу камень…

— Да знаю я, что такое баллиста. Где ты ее видел?

— Кажется, в трюмах. — Аполлон наморщил лоб. — Правильно, в трюмах.

Геракл хмыкнул и исчез внутри космического корабля.

Вернулся сын Зевса где-то минут через десять. Следом за великим героем два вспомогательных кибера катили небольшую новенькую баллисту.

— Поберегись! — Геракл сильной рукой отодвинул в сторону заинтересовавшегося происходящим Аполлона.

По опущенному трапу грузового отсека киберы выкатили баллисту на белые плиты древнего заброшенного космодрома.

Геракл лукаво покосился на сообщника:

— Знаешь, как этой штукой пользоваться? Аполлон отрицательно замотал головой.

— Ничего, разберемся. Ух, сколько разной фигни в лаборатории Межзвездного института истории делают.

Выкатив баллисту из звездолета, вспомогательные киберы браво застыли рядом с открытым грузовым люком.

Сын Зевса оттранспортировал баллисту немного в сторону и положил на ложкообразный рычаг абсолютно круглый камень, идущий в комплекте с древним осадным орудием. Затем прицелился. Видя такое дело, Аполлон поспешил укрыться в космическом корабле.

Великий герой выстрелил.

Выпущенный из баллисты камень со свистом взвился в небо. Описав по небу дугу, примитивный снаряд угодил прямо в одного из киберов, застывших в тупом ожидании.

Кибер тут же взорвался. Его металлические детали веером разлетелись по всему космодрому.

Геракл присвистнул.

— Великолепно, молодец! — прокричал из космического корабля Аполлон. — Так держать, приятель!

— Не тявкай. — Сын Зевса недовольно поморщился. — Помочь не можешь, так лучше заткнись.

Да, баллиста для проделывания дыры в борту звездолета никак не годилась. Что же делать?

— Хочешь, дам совет? — Из приоткрытого пассажирского люка высунулась ухмыляющаяся физиономия Аполлона.

— Дельный совет? — с подозрением поинтересовался Геракл.

— Конечно, дельный, я других советов не даю.

— Валяй.

— Значит, так. — Аполлон сделал серьезное лицо. — Прямо сейчас отходишь от звездолета как можно дальше, затем разгоняешься и со всего разбегу в помеченное молотом место головой бабах! Уверен, это сработает.

Пожав плечами, Геракл принялся отходить от звездолета как можно дальше, но вовремя остановился, гневно обернувшись к ржущему соучастнику.

— Да ты издеваешься надо мной! — утробно взревел сын Зевса, закладывая в баллисту новый каменный снаряд.

Улыбку на лице Аполлона как ветром сдуло, затем в люке исчезла и сама наглая физиономия, но Геракл уже выстрелил.

На этот раз все обошлось без досадного промаха. Круглый камень угодил прямехонько в пассажирский люк. Раздался оглушительный грохот, а затем отчаянный вопль и отборная матерщина Аполлона.

— Попал! — довольно констатировал Геракл, к которому сразу же вернулось хорошее настроение.

— Все, пора, — Фемистоклюс стремительно встал с пола Олимпа.

Он наконец все обдумал и все взвесил: обратный путь для них был заказан.

— Что, уже? — Алкидий грустно посмотрел на приятеля.

— Да, уже, — бескомпромиссно подтвердил Фемистоклюс. — Промедление смерти подобно. (Знаю, что эта фраза не принадлежит ни одному из древних греков, но все равно звучит прикольно. — Авт.)

Приятели направились в глубь Олимпа.

Впереди шел Фемистоклюс, который теперь (еще раз напоминаю) хорошо знал расположение божественных помещений.

Через пару минут стало ясно, что за ними по пятам кто-то крадется.

Фемистоклюс с Алкидием остановились. Неведомый преследователь тоже остановился. Греки снова пошли. Преследователь тоже глухо затопал. Остановились. Аналогичный результат.

— Да он играет с нами! — гневно завопил Фемистоклюс.

— Кто играет? — испуганно прошептал Алкидий.

— Да этот, этот… — Рыжебородый и сам не знал, кто с ними играет.

Напряжение достигло своей наивысшей точки, и Фемистоклюс сделал то, что сделал бы любой нормальный человек на его месте.

Фемистоклюс допустил ошибку, свернув не в тот коридор.

То, что он ошибся, грек понял, уткнувшись в тупик, где не было ни дверей, ни квадратных вентиляционных решеток, в которые можно, если что, пролезть.

Размеренные шаги приближались.

— Все, попались. — Рыжебородый в отчаянии ударил в шершавую стену тупика кулаком. — Отбегались мы с тобой, дружище.

Алкидий затравленно оглянулся.

К ним, расставив мраморные руки, медленно приближалась ужасная статуя Ареса. Ну а чего ей было спешить, статуе мраморной? Видела ведь, зараза, что жертвам некуда убежать. Радовалась, видно, паскуда каменная, хотя лицо изваяния ровным счетом ничего не выражало.

— И кому нам теперь молиться? — сразу как-то поник неутомимый Фемистоклюс. — Не скотине же Зевсу, в конце концов. Ты хоть, Алкидий, в обморок упасть можешь, а для меня обморок непозволительная роскошь.

Статуя приближалась с неотвратимостью Рока. Вот еще два шага, три. До вжавшихся в стену тупика греков осталось всего ничего…

Алкидий, молодчина, держался стойко, не падал в спасительное беспамятство.

Еще два шага.

Мраморная статуя остановилась, зловеще нависнув над смертными.

Голова Ареса склонилась, словно в почтительном поклоне. Затем изваяние заговорило. Более ужасный голос было трудно себе представить.

— Приказывай, хозяин, — хриплым, дребезжащим баском проговорил мраморный Арес.

— Что, ни хрена не выходит? — весело спросил Гефест, появляясь из грузового отсека звездолета.

Геракл сладко зевнул:

— Да ты и сам прекрасно знаешь, что не так уж и легко пробить эту металлическую шкуру.

— Знаю, потому помочь тебе и пришел.

— Ну спасибо, братец…

На плече Гефест нес какой-то странный железный ящик, весь покрытый темными и светло-зелеными пятнами (камуфляжем. — Лет.).

— Что это у тебя? — поинтересовался сын Зевса, оторопело таращась на удивительный груз божественного изобретателя.

— Боевой кумулятивный гранатомет звездной пехоты, сокращенно БКГ-18. Пробивает что хочешь. Весит пять килограммов. Дальность выстрела и мощь умопомрачительные.

— Но ведь… — Геракл на пару секунд утратил дар речи. — Но ведь вам, насколько я помню, строго запретили брать в научную экспедицию настоящее боевое оружие.

— Нам строго запретили, — передразнил сына Зевса Гефест. — А ты видел, какие в этой Греции были циклопы? Как половина нашего звездолета. А ведь я прекрасно знал, с чем мы на этой недоразвитой планете столкнемся. Вот взбесилось бы ни с того ни с сего подобное чудовище или, хуже того, несколько сразу — и чем бы ты их тогда усмирял? Может быть, молниеметателем? Да для них этот самый молниеметатель как укус комара. А это…

Гефест ловко вскрыл камуфлированный ящик:

— Это гарантировало нам абсолютную безопасность.

— Зевс, конечно, ничего не знал, — хмуро буркнул Геракл, глядя на божественного кузнеца с большим порицанием.

— Конечно, не знал, — ухмыльнулся Гефест, — а узнал бы, тут же его инфаркт бы и хватил. Но нам-то мертвый Зевс совсем не нужен.

— Не нужен, — согласился великий герой Греции, с уважением поглядывая на мощное оружие в руках гениального изобретателя.

Такими штуками еще не каждый умел пользоваться. Тут особо надо знать, что и как нажимать и, главное, каким концом держать оружие к цели.