"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 439

- А-а-а-а… шельмы… - приговаривал при этом царь. – Вон как забегали… в поле вы работаете не так шибко…

- Что же делать? – держась за голову, в ужасе спрашивал троюродный племянник безумца. – Он забаррикадировал изнутри единственную дверь, ведущую в башню…

- Да, проблема… - почесал затылок Дионис. – Придётся ждать пока он протрезвеет…

- Но это случится очень не скоро, – принялся рвать на себе волосы несчастный толстяк. – Я его хорошо знаю, он долго потом отходит. Через час разойдётся уже как следует, так сказать, на полную катушку…

- А он ещё не разошёлся?!! – изумлённо спросил покровитель виноделия.

- Да что вы? – отчаянно всплеснул маленькими руками троюродный племянник. – Дядя Икарий сейчас только слегка разогревается…

Браслет на правой руке покровителя виноделия издал мелодичное треньканье, ярко засветившись.

- Да? – ответил Дионис, поднося золотую побрякушку к уху.

- Ты что это, мать твою, натворил? – взрыкивающе донеслось от запястья.

- Зевс, я могу всё тебе сейчас объяснить…

- Да не нужны мне твои поганые объяснения. Ты разве не слышал, что я тебе на Олимпе говорил? Это ЕДИНСТВЕННЫЙ наш верный союзник среди царей во всей этой треклятой Греции. Что ты наделал, я тебя спрашиваю?!!

- Но… я… это была просто невинная шутка…

- Невинная ШУТКА?!! Значит так, делай что хочешь, но царя протрезви.

- Для этого я должен находиться вблизи него на расстоянии вытянутой руки. Я бы, конечно, приблизился, скажем, при помощи подъемника, но ведь у него в руках мощный лук, а внешнюю защиту Гефест пока ещё полностью не отладил…

- Если ровно через пять минут он не протрезвеет… - зловеще донеслось из браслета, – на Олимп можешь больше не возвращаться…

И связь с летающим островом с громким щелчком прервалась.

***

- Ну, я пошёл, – Дионис с чувством пожал руку ничего не понимающему Фидиппиду. – Не поминайте, братцы, лихом. Может и не вернусь я больше к вам. Однако же помните, что бог виноделия пал геройской смертью от руки распоясавшегося смертного маньяка…

Сказав сие, покровитель виноделия скорбно взошёл на припаркованную возле дворца Икария летающую тучку.

- А-а-а-а… сколопендра подколодная! – радостно завопил беснующийся на башне царь, завидев личного повара бегущего с дымящимся котлом через дворцовый двор. – Не ты ли, помнится, пересолил месяц назад чудесные поросячьи пятачки, запечённые в слоёном тесте с имбирем?

Почувствовавший неладное, повар резко прибавил ходу.

Непонятно зачем понадобилось ему выходить с дымящимся котлом во двор но, судя по всему, об очередном приступе острого безумия у царя он осведомлён не был.

- Получай, зараза! – и длинная стрела с пронзительным свистом рассекла воздух.

Повар побежал зигзагами, расплёскивая на землю дымящееся содержимое котла.

- Ах ты, сатир меня за ногу… не попал! – сокрушённо покачал головой Икарий, поспешно накладывая на древко лука новую стрелу.

- Кхе-кхе… - неожиданно смущённо закашляли откуда-то справа.

Сбесившийся царь недоумённо повернул голову и увидел рядом с башней бога Диониса, стоявшего на маленькой кудрявой тучке.

- Мнэ… - Икарий опустил лук. – Любезнейший, а мы с вами случайно нигде раньше не встречались?

- Я твой лучший друг, – лучезарно улыбнулся олимпиец. – Недавно ты гостеприимно принимал меня и моего слугу в своём чудесном дворце. Ты устроил роскошный пир в нашу честь…

- Да что ты говоришь? – на лице царя, искажённом приступом безумия, отразилась титаническая работа перепутанных мыслей. – А вот я что-то ничего такого сейчас и не припомню. Быть может ты спартанский шпион?

Готовая к спуску стрела медленно повернулась в сторону нервно сглотнувшего Диониса.

Произошло именно то, чего он больше всего сейчас опасался, над его драгоценной жизнью нависла нешуточная угроза.

Сработает ли хвалёная защита на этот раз?

Вопрос был чисто риторическим.

- Да-да, я припоминаю твою наглую гнусную рожу… - нехорошо сощурившись, проговорил Икарий, начисто позабыв о благополучно укрывшемся под телегой с сеном поваре. – В тот год, помнится, я гостил у Спартанского царя Пирсестетра Третьего. Ты всё крутился рядом с его троном, что-то постоянно нашёптывая ему на ухо. Правда, тогда ты был значительно старше, носил рыжую бороду заплетённую в маленькие косички и был абсолютно лыс как колено. Да и ещё одна немаловажная деталь… ты был женщиной. Да, точно женщиной, мерзкой старухой с крючковатой клюкой в худых руках. Потом после того памятного случая, царь Спарты объявил мне войну. Спартанские воины, числом два десятка, осадили мою столицу. Целых три часа длилась изматывающая осада, после чего я согласился уступить проклятому Пирсестетру свои восточные грядки с укропом. Это ты подговорил его напасть на меня, проклятый рыжий уродец.

- Да, это был я, старый ты дегенерат! – заорал на Икария Дионис, незаметно подобравшись на расстояние вытянутой руки.

Звонко щёлкнули божественные пальцы.

Мутная пелена человеконенавистничества мгновенно спала с глаз царя.

Боевой лук с глухим стуком выпал из мгновенно разжавшихся пальцев.

- О, не-е-е-е-т… - раздался душераздирающий вопль несчастного, когда он воочию узрел плоды преступных рук своих.

Стонущие тела раненых поселян и поселянок устилали живописные пасторальные окрестности.

Икарий драматически обхватил голову руками:

- За что? За что мне всё это? Нет, лучше уж смерть…

Наверное царь так бы и сиганул вниз с башни, если бы не вовремя схвативший его за пятку покровитель виноделия, хорошо помнящий последние слова разгневанного Громовержца.

- Ну уж нет, дружище, ты нам на светлом Олимпе нужен живой, – приговаривал Дионис, затаскивая упирающегося безумца на тучку и медленно спуская его вниз.

На ровной грешной земле Икарий крепко обнялся со своим упитанным троюродным племянником и они дружно в голос зарыдали, один от отчаяния, второй от радости.

- Вот видишь, Фидиппид, – повернулся к марафонцу улыбающийся покровитель виноделия. – Как просто сделать простых смертных счастливыми…

В свете произошедших событий нравоучительная тирада выглядела несколько странно, если не сказать неуместно.

***

Оставив протрезвевшего царя во дворе, Дионис с Фидиппидом вернулись в пиршественный зал, благо затор из живых тел в дверях давно уже благополучно рассосался.

- Что-то в горле после всех этих страстей слегка пересохло, – виновато развёл руками покровитель виноделия, крепко присасываясь к ближайшему кувшину с родниковой водой. – Уф! Я думал, мне уж точно конец. Когда я посмотрел прямо в глаза безумца, то прочитал там свой смертный приговор. Не приведи Зевс испытать что-то подобное в будущем ещё раз.

- Беда-а-а-а… - завопил вбежавший в пиршественный зал троюродный племянник Икария. – Царя похитили?

- Кто? Когда? И, главное, на фига? – спросил Фидиппид, лупя кулаком по спине поперхнувшегося водой олимпийца.

- Какие-то два атлета-бугая в боевых доспехах, – глотая от волнения окончания слов, ответил толстяк. – Сграбастали дядю на раз два три, я даже глазом моргнуть не успел, а его уже увозили в боевой колеснице…

- Как выглядели эти два бугая? – откашлявшись, поинтересовался Дионис, лихорадочно соображая, что же делать дальше.

- Как два идиота.

- Ну это мало чем нам сейчас поможет… Послушай, юный истребитель копчёных телячьих хвостов, а боевые доспехи у этих двух греков случайно были не золотыми?

- Золотые, – удивлённо подтвердил троюродный племянник царя. – А как вы догадались?

- Фидиппид, за мной! – решительно скомандовал Дионис, стремительно вылетая из пиршественного зала.

Забравшись на тучку тайные агенты Олимпа кинулись в погоню.

Найти колесницу похитителей оказалось довольно просто, по длинному пыльному следу.

- Вот они засранцы, – радостно закричал покровитель виноделия и, сложив руки лодочкой злобно рявкнул вниз. – А ну верните царя, однояйцевые недоноски!