"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 567

— Духа отвлекать врага, нада торопиться. — засуетился дригг. — Один минута времени есть.

— А-а-а! — раздался за забором крик явно разъярённого мужчины.

— А, нет, однака. Две минут. — тут же поправился младший шаман. — Духа снова бить морда чужой маг. В этот раз попадать в глаз.

На лицо сама собой наползла улыбка, а в следующий миг с моих рук сорвалось заклинание стихии воздуха, ударив точно в стык ворот. Раздался треск ломаемого бруса, а затем и сами воротины начали открываться вовнутрь двора.

— Жди здесь! — отдал я приказ Шупаке, а сам начал формировать защитное плетение третьего круга. — Как скажу, поддержишь меня духами воздуха. Главная задача — сбить противнику концентрацию. Не давать ему использовать магию.

«Воздушный щит» перед собой, в правую руку меч, в левой «воздушная секира». Конечно огненная стихия больше подходит для атаки, но не там, где деревянные постройки — сожжёт всё до тла.

Во дворе было тихо. Прямо напротив ворот располагался добротный двухэтажный дом, сложенный из бревен, слева — крытая коновязь и колодец с журавлём, справа — походе амбар и пристроенный к нему вплотную сенник. Единственное, что указывало на беду, это труп подростка, лежащего на утоптанной земле. Под его телом уже расплылась лужа крови, не желающая впитываться в почву, а рядом валялся окровавленный вертел — из тех, что используют для зажарки целых туш кабанчиков. Чёрт, да что здесь вообще произошло? За что ребенка то убили? Суки!

— Ы-ы-ы!

На меня прямо от коновязи выскочил коренастый бородатый мужик. В руках его был топор, и он им собирался воспользоваться. Я одним быстрым движением уклонился от атакующего, и уже было собрался рубануть его по затылку, но в последний момент успел увидеть глаза бородача. Полные ужаса. Чёрт, да что здесь происходит⁈

Успел подставить подножку мужику, и тот со всего маху грохнулся на землю, выронив свое оружие. Атаковавший попытался подняться, но я, подскочив к нему, навершием рукояти без замаха ударил его по затылку, отправляя в беспамятство. Будет потом, кого допросить. Впрочем, похоже мне уже ясно, что здесь происходит, и с кем придется сражаться.

— Нет! Пожалуйста, не надо! — раздался из дома женский голос, полный ужаса.

В несколько стремительных шагов преодолев расстояние до дверей, я распахнул ее настежь, сам укрывшись за стеной. Из дома тут же вылетел арбалетный болт.

Одним прыжком очутившись внутри, я сместился в сторону, уходя в тень. Однако второго выстрела не последовало. Лишь чьи-то всхлипывания, да тяжёлое дыхание, словно кто-то сильно запыхался.

Наконец мое зрение адаптировалось, и я смог разглядеть большой зал. От дверей до стойки, за которой обычно стоит сам трактирщик, свободный проход, а по сторонам четыре ряда длинных столов с лавками. И в этом самом проходе стоят двое — дородная, низкорослая дама, а за её спиной мужик, удерживающий женщину за волосы одной рукой, а второй приставив к её горлу кухонный нож.

На полу валяется арбалет. Черт, да этот урод ещё и девчонку прижимает к полу ногой, наступил ей прямо на шею. А вот хныканье слышится откуда-то слева, из-за лавки. Еще один ребёнок. Последними, кого я увидел, был парень, лет восемнадцати, и его жертва. Такой же коренастый, как и мужик во дворе, юноша стоял у самой стойки, и удерживал нож у горла еще одной женщины, а точнее девушки.

— Сдавайся, чужак! — произнес я, а сам в этот момент прикидывал, как мне обезвредить его.

— Уходи. — ответил мне парень у стойки. — Или я убью всех.

В районе груди внезапно стало горячо, а у меня нечто незримое начало сдавливать виски. Амулет ментальной защиты нагрелся? Вот тварь, да этот чужак ментальный маг!

— Уходи отсю…

Договорить противнику я не позволил. «Воздушная секира», сорвавшись с ладони, в один миг преодолела расстояние до противника, и напрочь снесла ему половину черепа. Секунду тело чужака ещё продержалось на ногах, а затем руки выронили нож, и маг рухнул на пол, заливая всё вокруг своей кровью.

— Убьёт он. — проворчал я, убирая меч в ножны. — Чертов чернокнижник.

— Ох! — раздался испуганный женский возглас. Это парень, удерживавший молодуху, и передававший словами приказы менталиста, осел на пол, потеряв сознание.

— Всё кончилось, вы спасены. — как можно спокойнее обратился я к женщине, всё ещё испуганно смотрящей на меня. — я — граничник.

В этот вечер на постоялом дворе стоял плач. Мы с Шупакой наблюдали, как придавленные горем отец и старший сын готовят своего младшего родича к погребению. Женщины, помогавшие им, не сдерживали слёз.

Лишь спустя два часа, когда все приготовления для завтрашних похорон были завершены, мы с Шупакой, расположившись за столом, слушали рассказ хозяина постоялого двора — того самого мужика с топором, которого я не стал убивать.

Чужак пришёл за час до нас, и его без проблем пустили внутрь. Здесь так принято — принимать всех людей, особенно перед закатом. Но, едва гость оказался внутри дома, началась чертовщина. Во-первых, он говорил на непонятном языке, а во-вторых от него воняло. Хозяин решил отправить своего младшего сына к соседнему трактиру, хозяин которого был в прошлом лейтенантом-граничником. А сам собрался с старшим отпрыском связать странного гостя. Однако чужак каким-то образом узнал об этом, и тут же взял под контроль самого хозяина, а затем и его сына.

— Я вот этими руками убил своего мальчика! — сквозь зубы произнёс трактирщик, которого звали Груном. — Этот чёрный маг мог приказать мне совершить что угодно, и у меня не было сил сопротивляться.

— Завтра пошлёшь в приграничный город своего сына. — я прервал хозяина. Хватит с него на сегодня. — Пусть он расскажет о произошедшем в граничном министерстве, и передаст от меня письмо, подтверждающее его слова.

— Может вы сами, господин капитан? — спросил Грун.

— Э, нет. У меня свои дела имеются, не менее важные. — отмахнулся я. — Ты, если за сына боишься, то передай моё письмо первому же граничнику, проезжающему мимо твоего двора в сторону границы. И тело чернокнижника — пусть они заберут его. А сейчас иди спать.

Оставшись вдвоем, мы наконец-то приступили к уже остывшему ужину. Быстро набили свои желудки холодными пирогами с морсом, после чего я велел Шупаке ложиться спать, а сам зажёг над головой магический светлячок, и развернул на столе полотенце, в котором лежали все вещи, обнаруженные у чужака.

Несколько медных монет, и одна серебряная. Мешочек с каким-то вонючим порошком, три разных амулета, от которых несло непривычной мне магией, и один серебряный браслет. Последний когда-то являлся довольно сильным артефактом, но сейчас был сломан — из десяти камушков в гнездах пластинок остался лишь один.

Первым делом я обследовал монеты. Обычные кругляши меди, сильно потёртые — явно давно в ходу. Серебряная выглядела получше, но тоже старая. Изображения на них немного различались, но ни один знак, символ или изображение не были мне знакомы.

Порошок, судя по всему, был каким-то наркотиком — пока разглядывал его, вдохнул несколько раз неприятный запах, и у меня появилось лёгкое головокружение. Нет уж, это дерьмо надо будет сжечь.

Еще раз внимательно изучив браслет, отложил его к монетам, и приступил к знакомству с амулетами. Все овальной формы, выпуклые, с двухсторонним изображением. От двух точно веяло остаточным магическим следом, а вот третий, из белого легкого металла, оказался обычным украшением. С одной стороны на нём был изображен чей-то лик, похоже мужской. А с другой… Тот же самый символ, что и на золотой пуговице — в двух местах изломанная молния, заключённая в круг.

— Чёрт! — непроизвольно вырвалось у меня. Не то, чтобы я не догадывался, откуда в приграничье появился маг с отрядом оборванцев. Просто разум решил себя надеждой, что это отряд из враждебной страны, с другого материка, только не из… Из разлома! — Вот же сучье вымя!

— Вай, командира, зачем так грязно ругаешься? — послышался с кровати сонный голос. — Не ругайся, а то старший дух тебе язык…