Сапфир - Рэй Даниэль Зеа - Страница 36

Гронидел сжал пальцами переносицу и плюхнулся обратно, на стул. Сапфир задала новый вопрос:

– Зачем твоему брату травить меня и сваливать вину на королеву Ошони?

– Чтобы не обращать мой гнев на него. – Принц устало подпер рукой голову. – Чтобы Рубин обвинила в твоей гибели Марьям и начала мстить. А там и до войны между Туремом и Ошони недалеко.

– Так он же сам готовится к нападению на Инайю. Зачем запутывать следы и придумывать причины, если и без того ясно, что он вступил в сговор с Марьям?

– Мы ничего не знаем наверняка, – повысил тон Гронидел. – Брат действительно может бояться нападения флота Ошони на берега Зальтии.

– И защищать собственное королевство, убив меня и подставив при этом королеву Ошони, – перебила его Сапфир. – Столкнуть лбами Турем и Ошони – действительно хороший способ отвадить флот Марьям от берегов Зальтии.

Гронидел виновато опустил глаза:

– Я этого не говорил.

– Боги, да перестань делать вид, что ты не думаешь о том же, о чем думаю я! – воскликнула Сапфир. – Никто не просит тебя предавать брата или интересы твоего королевства. Но все понимают, что в случае войны ты перейдешь на сторону кровных уз и родного дома. Так не лучше ли сейчас узнать правду и попытаться сделать все возможное, чтобы остановить кровопролитие?

– А чью сторону займешь ты, если война между Зальтией и Инайей все же начнется? – спросил ее Гронидел.

– Тебе известен ответ. – Она отошла от его рабочего стола и отвернулась.

– Турема, – закивал принц. – И, поскольку Турем и Инайя военные союзники, в войне Зальтии ты окажешься явно на стороне противника.

– Зачем озвучивать то, что и так ясно? – Она обернулась к нему.

– Интересно другое. – Он улыбнулся ей. – Я не собираюсь принимать сторону ни одного из королевств.

– Это как? – не поняла Сапфир и вернулась к столу.

– Я – гонец смерти, и прежде всего буду отстаивать интересы ордена повелителей силы. Уставом ордену запрещается вмешиваться во внутренние дела королевств и их конфликты, пока эти конфликты не затрагивают жизни и благополучия членов ордена. Куда исчезают наши дети и повелители силы маны? Откуда у Марьям Ошони оружие для ведения наступления? Откуда взялась ее спесь и почему она позволяет себе провоцировать Турем? Почему мой брат так рьяно желал женить меня на королеве Ошони? Почему Марьям согласилась на подобный союз? Что, в конце концов, породило эти металлические яйца, упавшие на замок Света прямо с неба? И что послужило причиной нашего перемещения в пространстве и времени: твой дар или чей-то умысел?

Пораженная его прямотой и вопросами, которые он задавал, Сапфир плавно опустилась на стул, на котором сидела совсем недавно.

– Ты полагаешь, что между всеми этими событиями есть связь? – озвучила она свои мысли.

Гронидел взмахнул рукой, и в кабинете появилась лысая дева-ошони в наряде повелителя силы маны. Она искусно водила руками перед собой, создавая шар из воды.

– Я помню ее, – произнесла принцесса, глядя, как марь распадается, а вместе с ней исчезает и знакомый образ. – Эта женщина пыталась противостоять Дуону, когда мы все оказались в Небесном замке.

– Ее звали Теми́, – ответил Гронидел. – Гонец смерти, хранитель знаний, опытный воин и тетушка нынешней королевы Ошони. Она погибла, когда взрывала месторождение маны. По крайней мере, все так считают.

– А ты нет? – Сапфир повернулась к Шершню.

– Тела я не видел, – пространно заявил он.

Принцесса опустила глаза, размышляя над его словами.

– Какой трактат она хранила в своей искре?

– «О месторождениях маны», – ответил он.

– Будь Теми жива, с такими знаниями она вполне могла бы открыть новое месторождение. Например, на территории королевства Ошони. – Принцесса подняла испытующий взгляд на Гронидела.

– Открой кто-нибудь месторождение, понадобились бы повелители силы маны, чтобы создавать юни, – тихо добавил он.

– И для этого сгодились бы дети из школы повелителей силы.

Гронидел кивнул, а принцесса поморщилась.

– Если думаешь, что к исчезновениям детей причастно королевство Ошони, почему не поделишься своими догадками с Ордерионом и Рубин?

– Я поделился, – усмехнулся Шершень. – Ордерион и его брат во время дружественного визита в Ошони пытались выяснить, правдива ли моя теория, но ничего не нашли. Ни они, ни их люди, которые под видом торговцев обшарили земли Ошони вдоль и поперек.

– Значит, твоя теория не верна, – подытожила Сапфир. – Или они искали не в том месте и не в то время.

Гронидел нахмурился и склонил голову набок.

– Что ты сказала?

– Не обязательно, что месторождение маны уже открыли. Возможно, кто-то готовится сделать этот шаг и собирает одаренных детей со всего Великого континента, чтобы затем их использовать.

Шершень прижал пальцы к подбородку и нахмурился.

– Или мы искали месторождение на землях Ошони, а следовало поискать на землях Зальтии, – произнес он и резко встал.

Гронидел подошел к стеллажу с книгами и свитками. Выбрал один из рулонов пожелтевшей бумаги и развернул его. Утвердительно кивнул и положил на стол перед Сапфир. Припечатал ладонью изображенную на свитке карту Зальтии и ткнул пальцем на широкую горную гряду, что располагалась у самого берега Бескрайних вод на северо-западе от Солнечного замка.

– Это Высокогорье Фане́ды. Святое место для всех зальтийцев, потому что мы сжигаем наших усопших и оставляем урны с их прахом в многочисленных пещерах горы Молчания, что расположена ближе к реке Вила у самой границы с землями Инайи, – он обвел место на карте и переместил палец ниже. – Эта церемония называется «паломничество последнего пути» и имеет важное значение в обряде прощания с теми, кого мы любили.

– Да, я читала об этом, – кивнула Сапфир.

– Здесь, невдалеке от начала горной гряды, расположен прибрежный город Сади́ с крупным одноименным зальтийский портом. Оттуда наши товары отправляются по Бескрайним водам в Инайю и на земли Ошони, а прибывшие оттуда товары грузят на корабли и по реке О́ви доставляют в Солнечный замок и его окрестности. Знаешь, почему месторождения маны лучше всего открывать в горах?

– Потому что там же можно создавать шахты и добывать руду, которую жертвы будут напитывать маной, – ответила на его вопрос Сапфир.

– Верно. – Гронидел постучал по названию порта Сади на карте. – Больше всего маны способна удержать руда, и это решает многие проблемы с доставкой сырья для создания юни накоплений.

– Допустим, там открыли месторождение. – Сапфир наклонилась пониже к карте. – Но где повелители силы перерабатывают ману из юни накоплений в другие формы? Просто глыба с маной никому не нужна. Все хотят получить готовые юни для оружия, зелий и всего прочего. А это требует более тонкой работы с драгоценными камнями, металлами и тканями. Или ты думаешь, что они добывают ману и сразу же создают штучный товар? – Сапфир обернулась к Грониделу.

– Близ Сади на горе Верующих есть храм Верховного бога Дуона, – Гронидел указал место на карте.

Сапфир не сдержала нервный смешок при упоминании этого чудовища, что едва не уничтожило весь их мир, и разогнулась.

– Будь я жадной и страждущей власти над всем Великим континентом, открыла бы месторождение маны близ этого храма, – она постучала пальцем по горе Верующих. – Рядом крупный порт и возможность быстро доставлять юни по воде куда угодно.

– Вот тебе и родной дом. – Он свернул карту и вернул ее в шкаф. – И, хотя это всего-то догадка, но пока не проверю все сам… – он не договорил и покачал головой.

– Не успокоишься, – закончила фразу Сапфир. – Тогда тебя ждет путешествие. Но возьмешь ли ты меня с собой?

– Нет. – Он резко обернулся и повторил: – Нет. За похищение и умерщвление учеников школы и других членов ордена повелителей силы положено одно наказание: смерть. И я казню каждого, кто окажется причастен к этим преступлениям, будь то Марьям Ошони или Марк.

Сапфир поморщилась и отвернулась.