Я всего лишь фантом! (СИ) - "Амарант" - Страница 34

Вдруг Хоршев замедлил шаг и резко обернулся. Секунду смотрел прямо в глаза обомлевшей девушки. Затем пошел дальше и вскоре исчез в лестничном проеме.

* * *

Когда закрылась дверь, в кабинете повисла тишина. Все как-то осознали, что происходит неладное. Что-то тут не то… Главврач первым нарушил молчание.

— Зря вы так, Ирина Сергеевна.

Она сидела, вся дрожа от стресса. — Сама не понимаю как вышло.

— Этот Хоршев… как у него с юмором?

— Вообще никак. Он говорит-то еле-еле.

Шаповалов покачал головой. — Не нравится мне это…

Вмешалась зам. по хирургии. — Мне тоже не нравится. Что он там про голову? Уж не менингит ли?

— Срочно люмбальную пункцию!

Ирина измученно посмотрела на шефа. — Думаете у нее пневмококки?

— Я ничего не думаю пока. Надо проверить.

Глава 35

Брат: Все очень непросто

— Ну что, гуляем?

Вошедший в ординаторскую Олег вынул из пакета бутылку шампанского. Глухов одобрительно похлопал в ладоши.

— А то!

Рабочий день закончился. Двое врачей — Селезнев и Лерман уже ушли домой. Лебедев был на операции. А интерны решили отпраздновать Великое событие — увольнение постылого Конга. Все перешли во врачебную комнату, Глухов достал из шкафа три стакана и поставил на столик. С громким хлопком открылась бутылка и Сахно стал разливать вино. Закончив, потянул ноздрями воздух.

— Чувствуете?

— Что?

— Воздух стал чище. Это воздух свободы! Нет больше Конга! О да-а-а…

Глухов фыркнул. — Сгинул проклятый метельщик!

— Ну погнали!

Выпив по первой, принялись обсуждать текущий момент. Вообще все было не очень понятно. После увольнения «бунтовщика» к пациентке никого не пускали. При ней неотрывно сидела медсестра из главного ведомства и жестко пресекала любые попытки заглянуть в палату. Но пару раз заходили медики. Что делали — неизвестно. Часа через три девушку увезли на операцию. Которая и продолжается на сей момент. Интернов на операцию не позвали.

— Интересно, как они ее убедили-то?

— Наверно психолог приходил. Объяснил, что у этого провидца в мозгах произошло дилинь-дилинь.

Сахно рассмеялся. — А реально, что у него там случилось? Прога заглючила?

— Он в спортзале слишком большой вес взял. Тонны две. Мозг не выдержал и возмутился.

— Мембрана так истончилась, что стероиды прорвали ее и затопили правое полушарие.

Лена чуть усмехнулась. — Может просто захотел врачом стать. Но выбрал не тот способ.

Она делала вид что веселилась вместе с ребятами. Но на самом деле ей было совсем невесело. Из головы не выходил тот взгляд Хоршева. Почему он обернулся? Неужели почувствовал что-то? Но там и другие зажигали. А ведь он только к ней повернулся. Почему? И как же по-дурацки она выглядела с этой «козой». Нехорошо вышло… неправильно как-то.

Послышался шум. В комнате появился Лебедев. Выглядел очень уставшим. Мельком глянув на интернов, стал переодеваться.

— Гуляете?

— Ага. Празднуем чудесное избавление от Конга.

— Ну-ну…

Глухов поинтересовался об операции. — Как там прошло?

— Все хорошо.

— А как Москвину вообще уговорили? Она же в отказ шла.

Врач пожал плечами. — Ее не уговаривали. Просто вакцинировали перед операцией. В этом все дело было.

— От чего?

— Пневмококки нашли. Если б оперировали без вакцинации, у нее пошел бы взрывной менингит. Трех дней не прожила бы.

Интерны обомлели. Сахно с трудом выдавил: — То есть получается…

— Да. Ты все правильно понял. Кто-то сегодня две жизни спас. — Лебедев закончил одевать ботинки и пошел на выход. У двери задержался.

— А вы гуляйте, празднуйте. Каждому свое…

Настала тишина. Интерны сидели в полной прострации, оглушенные и растерянные. Глухов отодвинул стакан с шампанским.

— Пошли к Ольге. Она все знает. Может не ушла еще?

За стойкой старшей медсестры сидели две дамы. Сама Ольга и ее подруга Настя, тоже старшая сестричка, из неврологии. Они негромко, но активно что-то обсуждали. При виде интернов прервали разговор.

— Чего вам?

— Что там с Москвиной-то? Лебедев сказал, пневмококки нашли.

Ольга чуть прищурилась. — Да, нашли. Пункцию взяли и проверили.

— Но это же долго.

— Это если по всем позициям проверять — долго. А тут конкретно искали. Ликвор анилином покрасили и все. Их там как грязи оказалось. Менингит был бы жуткий.

Сахно и Глухов переглянулись. — Ничего себе… А как он это понял-то?

Вмешалась Настя:

— Да он не это понял. Он просто смерть ее увидел. У Хоршева явно какие-то способности есть. То ли экстрасенс, то ли ясновидец… я в этом слабо разбираюсь. Сказали, на голову ей смотрел. Наверно что-то проступило на лбу. Может пятно темное, печать какая-то… Вот он эту смерть и понял. А что, почему — без понятия.

— Ага, и я про то. — Ольга всплеснула руками. — Его спрашивают, что не так-то? А он — не знаю, делайте анализы. А как про голову сказал, тут сразу и началось. Ирина Сергеевна час назад прошла к себе. Вся бледная, как зомби шла. Операцию не она делала, а лично Валерьевна. Ну куда ей в таком состоянии?

— Она в кабинете?

— Ага. Заперлась. Я стучала, не отвечает. Я звонила Валерьевне только что. Сказала, зайдет.

Послышался шум лифта, дверцы раскрылись и на этаже появилась Ирина Валерьевна Смирнова, зам. по хирургии. Кинув короткий взгляд на собравшихся, она молча прошла мимо, направляясь к кабинету заведующей. Все проводили ее взглядом. Лена тихо спросила:

— А что теперь с Андреем? Надо же позвонить, извиниться.

— Ой, да звонили уже! Не раз. Телефон у него отключен. Ну ладно, молодежь, вы идите домой. А нам с Настей потрещать нужно.

* * *

Ирина сидела за своим столом. Недвижно, словно в остановленном кадре. Минута шла за минутой, она все так же сидела, уткнувшись взглядом в какую-то точку внизу двери. Иногда по лицу словно пробегала тень, губы кривились, она щурила глаза и снова замирала. Так прошло около часа. Кто-то стучал в дверь, она не реагировала.

Вдруг она шевельнулась и открыла ящик стола. Достала увольнительное заявление и пробежалась взглядом. Оно было совсем коротким. Вверху справа «шапка» на имя главврача. А ниже несколько слов.

— Прошу меня уволить, так как медицина это не моё.

Она с минуту смотрела на бумажный лист. Затем нервно хохотнула. Еще и еще раз и уже не в силах остановиться — рассмеялась. Нервно, прерывисто… Вдруг замолчала. Медленно взяла чистый лист и написала на нем что-то. Потом закрыла лицо ладонями и снова замерла.

В дверь постучали: — Ирина Сергеевна, откройте пожалуйста.

Узнав голос начальницы, она вздохнула и пошла открывать. — Заходите. — Затем села на диван, глядя куда-то вбок.

Смирнова поджала губы. — Понятно.

Оглядевшись, увидела на столе два бумажных листа. Подошла, стала читать.

— Так. Слово в слово. Под копирку? Ну вот что…

Сложила оба листа вместе и разорвала на четыре части. Затем смяла и бросила в мусорную корзину.

— Поскольку первое заявление не соответствует действительности, стало быть и второе — полная лажа. Будем считать, что их не было. Шеф уже звонил в кадры. Когда Хоршев придет за трудовой книжкой — не отдавать. И сразу сообщить нам. Никуда мы его не отпустим.

Она присела на диван. — Ну давайте, говорите.

— О чем?

— О чем угодно. Я очень хорошо умею слушать.

Ирина тихо спросила: — Скажите, вот то оборудование в спортзале. Он купил?

— Конечно. Кто же еще? — Смирнова улыбнулась. — Пришел к шефу и сказал, что ему тут все равно делать нечего. Вот купит и будет заниматься. А когда уволят — все нам останется. Почти на полмиллиона там. И попросил никому не рассказывать. Такие пироги. А что?