Когда она искушает (ЛП) - Сэндс Габриэль - Страница 23

И, в свою очередь, я не могу понять ничего из того, что он мне показывает.

— Я не понимаю, — восклицаю я после того, как мне не удалось правильно выполнить последовательность, которую он продемонстрировал три раза.

— Ты не слушаешь, — огрызается он. — Где твоя голова?

Его разочарование оставляет кислый привкус во рту. Я бросаю на него взгляд «ты что, шутишь?». — У меня была тяжелая ночь. Судя по всему, у тебя тоже. Может быть, нам стоит закончить урок пораньше.

Его глаза сузились на мое предложение. — У тебя есть еще какие-то дела?

— Множество.

Сухая насмешка. — Это из-за твоего телефона? Двигайся дальше. Если бы ты могла, ты бы уже получила его обратно.

— О, это то, что ты думаешь?

— Я это знаю.

Огонь лижет мой живот изнутри. Я определенно найду эту чертову штуку сегодня, просто чтобы доказать, что он ошибается.

— Как угодно, Джорджио. Я лучше помогу Поло в саду, чем буду делать это с тобой прямо сейчас.

Что-то темное мелькает в его глазах. — Следи за своим языком.

Я держу ругательства, угрожающие вылететь изо рта, когда воздух между нами вибрирует от напряжения. Он зол, и я тоже, но где-то в глубине души я знаю, что мне нужно держать себя в руках.

То, что он сказал мне прошлой ночью, ранит только потому, что он мне нравится. Если он увидит, как я расстроена, он заподозрит это, и, Боже, я не думаю, что смогу вынести это унижение.

Мне нужно выбраться отсюда.

Похоже, он того же мнения, потому что, выдохнув, идет за ключами. — Мы продолжим завтра.

— Спасибо, — говорю я ему в спину, и он кивает, не глядя на меня.

Я иду в свою комнату, принимаю душ и беру перекус на кухне. Несмотря на то, что я сказала Джорджио, я решаю не выходить на улицу. Земля еще мокрая от дождя, небо затянуто тучами, и перспектива копаться в грязи не так уж привлекательна.

Вместо этого я устраиваюсь в библиотеке, пододвигая одно из тяжелых кожаных кресел к окну, чтобы насладиться прекрасным видом на холмистую местность, желтые полевые цветы и сосны, пронзающие небо. Окружающий участок лес под серыми облаками выглядит несколько зловеще, и я помню, как Джорджио предупреждал меня не ходить туда. Воинственность шевелится под моей кожей. Может быть, я должна сделать это, чтобы разозлить его.

Качая головой, я постукиваю кончиками пальцев по краю кресла. Обычно я не такая дерзкая. Может быть, иногда с Демом, когда ему действительно удается меня раздражать. Но Джорджио, кажется, легко и часто выявляет это.

Я смотрю на орла, парящего над линией деревьев, когда рядом скрипит петля. Я оглядываюсь через плечо и вижу, как София протискивается мимо двери. Она подходит ко мне и кладет голову мне на колени.

— Привет, девочка, — мягко говорю я, поглаживая ее колючую шерсть.

Она моргает, а затем поворачивается к окну, глядя в том же направлении, что и я раньше.

— Вы часто бываете там? Кто-нибудь водил тебя на прогулки в лес?

Она фыркает и ложится на пол у моих ног, как бы говоря, что мне следует знать лучше, чем задавать ей вопросы, на которые она, возможно, не сможет ответить.

Я тянусь к книге, лежащей на подоконнике.

Травяной алхимик — руководство по фитотерапии.

Это должно быть Поло. Оглавление обширное, и я останавливаюсь на знакомом слове. Валериан. Хм. Это трава, которую Поло дал мне в том чае. Интересно, вдохновила ли его эта книга на его выращивание.

Я переворачиваю страницу, мне любопытно посмотреть, как это выглядит, и нахожу иллюстрацию растения с множеством крошечных розовых цветов. В приведенном ниже тексте говорится, что это естественное средство для сна, которое может сократить время, необходимое для засыпания, и улучшить его качество. Это подтверждается. Не могу вспомнить, когда в последний раз так крепко спала. На странице рядом с картинкой мелким почерком написана дополнительная информация. Я подношу книгу ближе к лицу, чтобы разглядеть ее.

При смешивании с кава-кавой он может вызывать сильный гипнотический сон. Быстродействующий.

Слова шевелятся в моей голове. Ждать…

Я резко втягиваю воздух.

Боже мой, это оно. Вот как я получу этот ключ! Я могу использовать этот рецепт и заставить Джорджио уснуть.

Я выскакиваю из кресла и кружу по комнате, чувство триумфа расцветает в моей груди. София тихо лает, глядя на меня с подозрением.

Заварю чай, отдайм его Джорджио и подожду, пока он не заснет. Я достану ключ из его кармана, проберусь в его кабинет и возьму свой чертов телефон. Боже мой. Может ли быть план совершеннее?

Выражение его лица, когда он понял, как я его перехитрила? О, я буду ждать со своей камерой, готовой сделать снимок.

Из меня вырывается смех.

Только есть одна проблема. Как я могу заставить его выпить этот чай, не делая очевидным, что что-то происходит?

Я останавливаюсь в центре комнаты и поправляю толстую книгу под мышкой. Здесь я должна быть очень умной. Он не может заподозрить нечестную игру.

Остаток дня я провожу, обдумывая проблему. Когда меня зовут обедать, я все еще ничего не придумала, и моя голова пульсирует от разочарования, пока я спускаюсь в столовую.

Я так рассеяна, что за обедом точно не смогу поддержать ни одного разговора, но, когда я вхожу в комнату, за столом сидит только Джорджио.

— Где все?

Его темный взгляд останавливается на мне. — Я попросил их пообедать в доме для персонала.

Мои брови сведены вместе. — Почему?

Он встает со своего места и кладет руку на спинку стула рядом с собой. — Я хотел дать тебе немного свободы после последних нескольких дней. Я знаю, что быть рядом с новыми людьми каждый прием пищи может быть очень сложно. — Он отодвигает стул и жестом предлагает мне сесть.

В животе появляется крошечное трепетание. Я игнорирую это и сажусь рядом с ним.

— Все в порядке. Тебе не нужно было этого делать.

Он толкает мой стул. — Они не возражают.

Когда его рука случайно касается моего плеча, по моей коже потрескивают искры. Мы собираемся поужинать наедине.

В альтернативной вселенной это могло быть свиданием. Я была на нескольких свиданиях раньше… Ну, скорее, я думала, что мы просто тусуемся как друзья, но парни, с которыми я была, явно имели в виду что-то другое.

Как столы повернулись.

Джорджио переоделся в простую рубашку на пуговицах с закатанными рукавами. Мои глаза скользят по толстым венам, извивающимся на его предплечьях, и у меня возникает внезапное желание провести по ним кончиками пальцев. Вместо этого я сжимаю руки в кулаки и прижимаю их к коленям.

Воздух вокруг нас становится тяжелым от тишины.

Он говорит первым. — Я не должен был так сильно давить на тебя, как после прошлой ночи, — хрипло говорит он, кладя салфетку себе на колени.

Ой. Я не ожидала этого.

— Все в порядке.

Он проводит ладонью по подбородку. — Хорошо провела время в саду?

— Я не пошла. Было слишком мокро. Я осталась в библиотеке.

— Ах. — Мне кажется, я вижу, как его губы слегка дергаются, прежде чем он протягивает руку и снимает куполообразные крышки с тарелок перед нами.

Стейк со свежим соусом песто на подушке из картофельного пюре с жареной спаржей, морковью и луком.

Я делаю глубокий вдох и вздыхаю. — Пахнет невероятно.

— Томмазо будет рад это услышать. Он беспокоится, что ты так мало ешь, потому что тебе не нравится, как он готовит.

— Это не правда. Он отличный повар. — Я беру свои столовые приборы.

— Подносы, которые он прислал в твою комнату, вернулись почти нетронутыми.

Я пронзаю кусок спаржи и прищуриваюсь, глядя на него. — Ты проверял, сколько я ем?

— Да.

Его ответ произносится спокойно, как будто нет никаких проблем с тем, в чем он только что признался.

Я прислоняю вилку и нож к краю тарелки. — Джорджио, мои привычки в еде тебя не касаются.

На его губах мелькает намек на веселье. — Ты моя подопечная, Мартина. Твое здоровье в значительной степени касается меня.