От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое - Никонов Вячеслав - Страница 275

В мировом комдвижении подобных ограничителей не было.

Мао Цзэдун говорил на VII съезде КПК 24 апреля 1945 года:

– Мы считаем правильным решение Каирской конференции по вопросу о независимости Кореи. Китайский народ должен помочь корейскому народу добиться освобождения. Мы хотели бы, чтобы Индия стала независимой, ибо независимая демократическая Индия нужна не только самому индийскому народу, но и делу мира во всем мире. В отношении стран Южных морей – Бирмы, Малайи, Индонезии, Вьетнама, Филиппин – мы хотели бы, чтобы после разгрома японских захватчиков народы этих стран добились права на создание своих независимых демократических государств. Что же касается Таиланда, то в отношение его нужно будет поступить так же, как и в отношении фашистских сателлитов в Европе.

Реальность оказалась иной.

Французский Индокитай в огне

Вьетнам – страна с историей, теряющейся во тьме веков. Пережив тысячелетие владычества Китая, он обрел независимость в результате восстания в 938 году нашей эры. После этого китайцы еще несколько раз восстанавливали там свое правление, пока не потеряли окончательно контроль над Вьетнамом в 1426 году. Севером и Югом страны правили соперничавшие династии, пока в 1802 году император Зя Лонг не объединил страну огнем и мечом и начал править ею единолично из новой столицы – Хюэ.

В конце XIX века империалистические аппетиты привели в Индокитай Францию, которая начала свое «прогрессивное доминирование» в регионе с захвата Кохинхины – Юга Вьетнама. В 1883 году французы отправили 20-тысячный экспедиционный корпус в область Тонкин (Север Вьетнама), которую смогли захватить после года кровопролитных боев.

Французский Индокитай вскоре окажется одним из самых крупных колониальных владений Франции. В его состав входили: колония Кохинхина, протектораты Аннам (Центральный Вьетнам), Тонкин, Камбоджа и Лаос. Эти провинции, а также территория Гуанчжоу, с 1898 года считавшаяся арендованной Францией у Китая на 99 лет, были объединены французским правительством в Индокитайский союз под управлением генерал-губернатора.

Колонизаторы не столько смягчили местные нравы (так, французы запретили затаптывать неверных жен слонами), сколько установили безжалостное правление, распространив смертную казнь посредством отрубания головы на всех, кто решался высказать недовольство французским присутствием. Французские колониальные власти решили не отставать от английских в налаживании производства и поощрении употребления наркотиков, открыв в Сайгоне фабрику по изготовлению опиума в промышленных масштабах.

Земли в широких дельтах двух рек – Красной реки (Хонгха) на севере и Меконга на юге, – славившиеся уникальным плодородием, французы попросту захватывали, изгоняя с них вьетнамцев, как это делали американцы на Диком Западе или британцы в Африке.

Население было обложено неподъемными налогами и по факту оплачивало собственное порабощение. 70 % вьетнамских крестьян арендовали землю у французов либо довольствовались крошечным приусадебным наделом. Французские плантаторы – несколько сотен стремительно разбогатевших семей – относились к вьетнамцам, по словам одного британского путешественника, «как в прежние времена рабовладельческая аристократия к своим рабам. То было полнейшее презрение, без которого невозможна никакая подлинная эксплуатация».

В Индокитае обнаружились значительные залежи высококачественного угля, руд цветных и черных металлов. Стоит ли говорить, что все эти богатства и шахты стали принадлежать французам, как и богатейшие каучуковые плантации. По словам английского писателя Нормана Льюиса, Сайгон представлял собой «французский провинциальный городок в южной стране». Не случайно, что по всей стране, в обширных необжитых джунглях действовало множество партизанских групп и бандформирований.

Сразу после капитуляции Франции перед нацистами в 1940 году японские военные потребовали от своего правительства немедленно оккупировать французский Индокитай под предлогом, что через него доставляется оружие гоминдановцам в Китай.

Пятого августа Япония предъявила французским властям в Индокитае список требований: предоставление Токио права строительства военно-морских и воздушных баз в Индокитае, свободы прохода через него японских войск через Индокитай, права пользования железной дороги Хайфон – Куньмин, увеличение поставок железа, угля, олова и другого стратегического сырья в Японию. Токио требовал и допуска в колонию своих войск. Французы восприняли эти требования без энтузиазма, но они были не в том положении, чтобы сопротивляться.

В начале сентября японский флот блокировал северо-восточное побережье Французского Индокитая, и вскоре японские войска начали там высаживаться. Это, как и давление со стороны Берлина, подвигли правительство Виши согласиться на все: 22 сентября 1940 года было заключено соглашение, по которому японские войска пропускались через территорию Индокитая и могли строить там военные аэродромы. В Токио это восприняли как разрешение на оккупацию Вьетнама.

Поначалу японцы французов разоружили и поместили в лагеря для военнопленных. Но потом французским солдатам и офицерам возвратили стрелковое оружие и поручили выполнение привычной задачи – подавлять сопротивление вьетнамского народа и его соседей – камбоджийцев и лаотян. Чиновники французской колониальной администрации в массе своей сохранили свои прежние должности, но получали указания уже в основном от японцев.

В Камбодже и Лаосе японцы до поры не вмешивались в функционирование вишистского колониального аппарата. Но под давлением Токио часть камбоджийской и лаосской территории французских колоний была уступлена прояпонски настроенному Сиаму (Таиланду).

В начале 1941 года было подписано соглашение, по которому Япония получала монополию на закупку в Индокитае риса, каучука и угля, разработку всех минеральных ресурсов. К концу года по всему Индокитаю были разбросаны японские формирования, наиболее крупные – в стратегических прибрежных регионах. Япония создавала «Великую азиатскую сферу сопроцветания», войти в которую так или иначе предстояло всем странам Юго-Восточной Азии, а в перспективе, как рассчитывали в Токио, и Индии.

Зверства японских оккупантов далеко превзошли все те жестокости, к которым прибегали в прошлом английские, французские, голландские или португальские колонизаторы.

Японо-французские колониальные власти под предлогом нужд военного времени реквизировали у населения все, вплоть до предметов первой необходимости – спичек, одежды, лампового масла.

Любые проявления недовольства карались лишь одним способом – смертной казнью. Обычно рубили головы, но практиковались также расстрелы, повешение, использование людей в качестве чучел для отработки навыков штыкового боя. Зачастую вместе с недовольным вырезалась и вся его семья. С лица земли с помощью огнеметов, артиллерии и авиации стирались и целые деревни. В городах японцы брали в заложники сотни людей, их казнили в наказание за гибель японских солдат. В целом не менее 8 млн мирных жителей Юго-Восточной Азии погибли от рук японцев.

С первых дней японской оккупации начались вспышки восстаний вьетнамского населения, организованные коммунистами. «Ни в одной другой стране Юго-Восточной Азии сопротивление японским агрессорам не было столь массовым и столь ожесточенным, как во Вьетнаме, в борьбе которого за свободу по мере сил участвовали патриоты небольшой Камбоджи и маленького Лаоса, – пишет востоковед Александр Ландау. – Здесь, где руководящую роль играла Компартия Индокитая (КПИК) во главе с Хо Ши Мином, не было иллюзий относительно перспектив достижения независимости путем сотрудничества с японскими милитаристами. Не было и поисков „общего языка“ с французскими колонизаторами в целях совместной обороны колонии».

Хо Ши Мин (данное при рождении имя – Нгуен Шинь Кунг) хорошо был известен в СССР. Он родился в 1890 году в деревушке в центральном Вьетнаме. Его отец был сыном наложницы императора, дослужился до статуса мандарина, но затем оставил двор и стал школьным учителем. Хо (как, кстати, и его будущие ближайшие соратники Во Нгуен Зяп, Фам Ван Донг и Нго Динь Зьем) учился в престижной государственной школе в Хюэ, откуда был исключен в 1908 году за революционную деятельность.