"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 13

– Сбросить причальный трос! – это уже для команды дирижабля.

Даже без бинокля вижу, как падает вниз моток толстого троса, сразу же раскручиваясь. Люди внизу сначала отбегают от него в стороны, но затем дружно хватают и начинают тащить к одной из мачт, где подцепляют к какому-то устройству. А, это мощная лебедка, она тянет трос, подтягивая дирижабль к себе. Когда огромный баллон оказывается на высоте примерно трехэтажного дома, люди начинают цеплять свисающие по бокам более тонкие тросы к специальным креплениям на земле. Наконец, кабина дирижабля зависает почти вплотную к земле, открывается люк, из которого тут же выдвигают лесенку. Первым спускается кто-то из экипажа, затем начинают выходить пассажиры.

Капитан поворачивается ко мне, вытирая вспотевший лоб:

– Каждый раз волнуюсь… Вдруг порыв ветра налетит или разряд электричества ударит… Там столько народа толпится, а я за них всех отвечаю…

– Ну, все же нормально закончилось, можно передохнуть, наверное?

– Да какой тут отдых, когда неизвестно, долетела Диана или нет…

– Долетела, куда она денется.

– Вашими бы устами да меда выпить… – Он тут же поднимает трубку телефона и приказывает телеграфисту послать запрос на второй и третий контрольные пункты маршрута. Когда кладет трубку, я спрашиваю:

– А что в аппарате за устройство аварийной посадки? Как оно работает?

Капитан понимает, о чем речь, без дополнительных разъяснений.

– Если что-то случится с движителем, то «Дракон» может по инерции спланировать вниз. Хотя это будет очень походить на полет тяжеленного утюга с привязанными маленькими крылышками.

– Представляю…

– Так вот, чтобы избежать жесткой посадки, и нужно такое устройство. Если пропадает тяга, то летун откидывает крышку и со всей силы бьет по спрятанной в коробке сфере. Заключенное там заклинание срабатывает, и «Дракон» более-менее плавно опускается на землю. Уже не как утюг с крылышками, а как утюг с привязанным к нему большим воздушным шаром. При этом его ветром может унести в сторону от курса, особенно если полет был на высоте. Конечно, потом вытащить его с места такой посадки можно только грузовым дирижаблем, зато все остается почти целым. Ну, движители потом придется долго на земле проверять, может быть, и заменить, но это гораздо проще, чем новый аппарат построить.

– Значит, если заглохли движители, и мы будем примерно знать, в какой точке, то можно очертить круг и там искать?

– Да, примерно так и сделали, еще когда первый аппарат пропал. Как раз между первым и вторым пунктами. Точка была неизвестна, с дирижабля местность осматривали, но следов пожара или падения не нашли. С земли аварийных сигналов не подавали… Во второй раз – то же самое…

Тут зазвонил телефон, капитан схватил трубку, выслушал сообщение, и его глаза удивленно округлились.

– Что??!! Как с третьего пункта??!! Неси сюда, быстро!..

Положив трубку, сообщил мне уже более-менее нормальным голосом:

– Пришло сообщение с третьего пункта, что с ними только что связалась наша «Стрела-три», сообщила о пролете над ними. Но такого никогда не было, чтобы на полчаса раньше контрольного времени… Там наверху ураган, что ли? Но почему со второго пункта ничего не сообщили?.. Ничего не понимаю.

А вот я, кажется, знаю, в чем дело… Но пока сохраню это в тайне, до возвращения Дианы. Вдруг ошибаюсь, и все дело только в необычайно сильном ветре на большой высоте?

– Все, через час она уже должна быть возле конечного пункта. Когда приземлится, оттуда нам сообщат. Слушай, давай потом с тобой выпьем, что ли? Только после того, как этот толстозадый пузырь улетит, конечно…

– Давай, я не против, меня самого трясет. Не железный ведь…

Как-то незаметно мы переходим на «ты». И отношение начальника ко мне уже совсем другое.

– Извини, что сначала тебя так принял. Нас эти две недели как только ни долбали, во все щели и дырки заглядывали. Ну, ты понимаешь, о чем я…

– Чего тут непонятного, обычная процедура.

– Может, для тебя и «обычная», для нас – из ряда вон…

Тут в дверь чуть ли не влетает унтер, несущий папку с телеграммами, которые сразу же выхватывает у него капитан.

– Так, с третьего пункта… Все нормально, время пролета… Ожидаемое время посадки… А вот со второго сообщают, что никаких сигналов не получали, пролета над собой не видели. Черти ее перетащили оттуда, что ли?

Я улыбаюсь, потому что догадываюсь о причине таких странностей.

– Чего ты улыбаешься?

– Радуюсь, что сигнал получен…

– Еще час погоди, когда телеграмма придет, что посадка удачно прошла, тогда вместе и порадуемся. Все, свободен! – это он говорит унтеру, тот козыряет и скрывается за дверью.

Тут оживает переговорник на столе:

– Вышка, я Заппелин-десять, начинаю подготовку к отлету!

– Заппелин-десять, я Вышка, разрешаю.

И тут же дает указание на поле:

– Стартовой команде начать подготовку к отлету!

Вдали, возле туши дирижабля, начинается суета: пассажиры поднимаются в гондолу, стартовая команда занимает места у креплений швартовочных канатов. Наконец, капитан командует:

– Отдать швартовы!

Все тросы разом ослабевают, и громада начинает медленно подниматься вверх, пропеллеры по бокам бешено вращаются, разворачивая дирижабль на курс.

– Все, еще с полчаса подождем, и на сегодня полеты закончены…

Однако ждать приходится сорок пять минут, пока из переговорника капитан дирижабля не сообщает, что выходит из нашей зоны. А еще через пару минут звонит телефон, и телеграфист сообщает, что получена телеграмма о благополучной посадке «Стрелы-три». Я уж подумал, что капитан сейчас пустится вприсядку, но он все-таки сумел сохранить более-менее спокойное выражение лица, только сказал:

– Ну что, пойдем, пропустим по маленькой в буфете? Омнибус в город только через час пойдет, как раз успеем.

На этот раз мы пили совсем не чай, но особенно «накидываться» не стали – я вовремя вспомнил, что мне нужно прибыть к полковнику Федорову. А с пары стопок что может быть такого? Да ничего, по дороге выветрится.

В общем, через час тряский омнибус уже вез меня в город, а еще через полчаса я уже выходил из него возле штаба. Пропуск подействовал на дежурного, как приход самого императора, он аж вскочил со своего места и встал навытяжку. Что это с ним такое, а? Правда, как только я миновал дежурку, оттуда сразу же послышался тихий разговор – ясно, сообщает начальству, что «господин непонятно кто прибыл». Да мне-то что, пусть докладывает…

Адъютант пропустил меня к полковнику Федорову без всякого ожидания, прямо как генерала, ха-ха! Интересно, что будет дальше?

– Здравия желаю, господин полковник!

– Здравствуйте, господин…

– …Кузнецов.

– Да, господин Кузнецов. Мне уже доложили с аэрополя, что все прошло успешно, и наш аппарат благополучно добрался до места назначения. Вам удалось выяснить что-нибудь?

– Я контролировал подготовку к вылету, проверил весь груз, осмотрел сам аппарат. Никаких посторонних предметов обнаружить не удалось. Также предпринял кое-какие меры по защите летуньи во время полета. Подробности можно будет узнать только после ее возвращения. Мне сообщили, что ориентировочное время прибытия – примерно в пятнадцать часов. Я буду на аэрополе в четырнадцать, чтобы встретить «Дракона» сразу же после приземления.

– Когда будете заниматься расследованием пропажи двух предыдущих аппаратов?

– Мне нужно сначала поговорить с летуньей, затем придется выехать в точку, положение которой определю своими методами. Понадобится несколько человек, обученных действовать в лесу без поддержки и хорошо ездящих верхом. Также необходимо будет держать наготове транспортный или грузовой дирижабль, способный поднять и перевезти «Дракона», на второй контрольной точке. Это возможно?

– Я дам команду, и он перелетит туда прямо завтра утром, из третьего пункта. Надеюсь, вы сможете определить точные места поиска?

– Доложу вам завтра, после беседы на аэрополе. На сегодня у меня всё.