"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 649

Но что мне нравилось больше всего — за три недели мы так никого и не убили. Даже после дуэлей по боевым навыкам все оставались живы, но совершенно не здоровы. То, во что превращала Вилея четверокурсников, вызывало сочувствие даже у преподавателей, присутствующих на наших дуэлях. Моя жена ломала ноги, руки, рёбра, челюсти, один раз разошлась и сложила своего противника пополам через спину. Я тоже не отставал, превращая техникой таранный удар внутренности своих противников в кровавую кашу, но не добивая их. Почему? Прежде всего — мы же не звери какие-то, верно? Зачем убивать всех подряд? Ладно, шучу. Никакой жалости к своим противникам мы не испытывали. Они явились в клан Феникса и навязывают здесь свою волю. Да, мы могли всех убить и нам бы за это ничего не было, но убийство — это слишком простой выход для Тигров. Это только обозлило бы сильных, заставило бы их упорней работать, совершенствоваться. С чего вдруг мы должны становиться толчком развития для чужого клана? Но вот боль, которую проигравшие испытывали после боя — это всё остаётся с ним надолго. Это порождает страх. Желание сбежать от безумцев и не попадаться им на глаза. Это формировало преграды в развитии.

В итоге получилось так, что встречи с нами избегали практически все, кроме самых упорных. Да, попадались и такие кадры. Один четверокурсник, Мирин Друл, ежедневно вызывал меня на бой на цзянь. Я, что естественно, проигрывал — мечом он владел значительно лучше меня. Я сразу же вызывал Мирина на поединок техник, вынуждая преподавателей применять лечение, но результата это не приносило — количество возвращаемых баллов было меньше, чем теряемых. В итоге Мирин Друл добился своей цели — как и по алхимии, по боевым навыкам у меня был идеальный ноль. Он нашёл моё слабое место и бил в него каждый день. Вилея даже предложила прикончить гада, что её бесил, но я постоянно её останавливал. У меня не было цели попасть на верхнюю строчку центральной стелы, где указывался рейтинг всей школы — меня заботил только общий рейтинг первого курса, где я уверенно находился на четвёртом месте. Дарна, что было вполне естественно, его возглавляла, на втором и третьем месте, что тоже не удивительно, находились Кармин и Эльда. Их мы старались не трогать, хотя пару раз Вилее всё же приходилось опускать вниз слишком подобравшегося к ней Кармина. Если в работе с цзянь Вилея проигрывала (Кармин превратился в настоящего монстра), то в рукопашной схватке или использовании техник у него не было ни единого шанса. Так вот — почему я не хотел убивать Мирина Друла? Потому что считал это вызовом! Его упорство было мне только на руку — словно само Небо выставило этого Тигра против меня, чтобы я постоянно развивался. У меня было катастрофически слабое тело — не помогали даже пилюли, которые куратор Харс Сот скармливал мне ежедневно по несколько штук. Тело уткнулось в барьер и категорически не желало его преодолевать. Однако ежедневные тренировки с Мирином приносили свои плоды — чтобы избежать боли, мне приходилось совершенствоваться. Учиться новому. Нельзя убивать того, кто делает меня сильнее. Да, теоретически я могу отодвинуть барьер ещё дальше, и сформировать меридианы путём гармонии музыки и энергии сопряжённых меридианов, но меня останавливали слова наставника Герлона — чем дольше окладываешь проблему, тем сложнее её будет решить в будущем.

Учитывая, что у меня был нулевой рейтинг сразу по двум факультетам, свою четвёртую строчку в общем рейтинге первого курса я брал через факультеты медитации и артефакторики. Вилея висела на шестом-седьмом месте за счёт первого места в факультете боевых единоборств и с горем пополам ползла в середине рейтинга медитации и артефакторики. Там проходили весьма странные дуэли — я находился неподалёку от своей жены и через аномалию управлял её движениями. Чтобы привыкнуть к такому способу, требовалось время, так что какое-то время мы проигрывали просто из-за того, что либо я, либо Вилея медлили, слишком долго объясняя в аномалии, что нужно делать. Но постепенно наша «синхронизация» улучшалась — движения Вилеи при формировании печатей с каждым днём становились всё чётче, и требовалось меньше подсказок. Одну из дуэлей моя умница даже сама выиграла! Радости было столько, что до конца дня Вилея ходила с улыбкой до ушей. Всё, что я сделал — рассказал ей про печать базы. Хитрые преподаватели факультета артефакторики, что являлись судьями на таких дуэлях, предлагали превратить в артефакт какой-нибудь заковыристый предмет. Например, столовую или чайную ложку. Формально и там, и там ложка, вот только символы основы у них разные. И, если ошибёшься — никакого артефакта не получится. Причём ложки — это самый простой вариант. Наиболее распространённым «издевательством» преподавателей являлись кубики из дерева. Прежде, чем приступать к превращению такого кубика в артефакт, следовало выяснить точный материал, из которого он создан. Причём если этот якобы кубик имел хоть одно повреждение и являлся не идеальным, то это была уже совершенно другая база предмета. В общем, дуэли среди артефакторов мне нравились. На них я ощущал себя как рыба в воде, тем более что мне, наконец-то, удалось прочитать труды Хуан Луня для даосов этапа воин и, немного выругавшись, отложить их в сторонку. Ситуация была уже знакомой. Печати артефактов этапа ученик фиксировались духовной силой, печати артефакторов этапа воин — особой техникой. Она тоже была в библиотеке основателя школы Серебряной Цапли, вот только для того, чтобы её использовать, требовались отсутствующие у нас меридианы. Так что всё многообразие интересных артефактов и способов их изготовления пришлось временно отложить.

— Класс, приветствуем куратор! — Дарна вскочила первой, как только в аудиторию вошёл Харс Сот. Что удивительно — не один. С ним шли Камин и Эльда. Три недели назад, когда мы только начали зарабатывать рейтинг школы, у нас с Вилеей состоялась встреча с куратором. Неофициальная, конечно же — вряд ли наставник школы возвышения мог официально требовать от своих студентов, чтобы те прекратили баловаться и начали убивать представителей клана Тигра. Куратор был недоволен, что за две недели мы прикончили только двоих студентов, да и то первого года обучения. Ему требовалось больше трупов. Значительно больше. Тогда-то мне и пришла идея калечить студентов, не убивая их. Куратору идея не понравилась, но две недели спустя он вновь вызвал нас к себе и выдал по духовному камню этапа воин из своих запасов в качестве награды за отличное воплощение его планов. То, что получалось, Харса Сота устраивало — двое Тигров уже перевелись в другую школу, не выдержав ежедневных избиений. Тогда же у нас состоялся разговор о том, что это за элитный класс такой, где учатся бесполезные студенты? Услышанное мне не понравилось — выпускники элитного класса считались крайне востребованными и желанными даосами, потому влиятельные дома Тигров делали всё, чтобы их дети попали именно в элитный класс. Связи, подкупы, взятки, угрозы — в дело шло всё. По факту оказалось, что элитный класс — это не класс лучших. Это класс богатых и тех, у кого есть связи. То, что в нём затесались трое представителей клана Феникс — случайность, которую многие хотели исправить.

— Это Кармин и Эльда. Новые ученики элитного класса первого года обучения, — неожиданно для всех заявил куратор. — Отныне они являются частью нашего класса. Студенты, займите свои места.

Куда садиться, вопросов у наших новых одноклассников не возникло — на первом ряду были заняты только три парты. Вот только вместо того, чтобы спокойно сесть где-то сбоку, Кармин подтащил к паре Вилеи ещё две, после чего они с Эльдой присоединились к нашей группе. Вилея посмотрела на наглецов, но ничего не сказала. Она считала Кармина достойным бойцом, так что не возражала, чтобы тот сидел рядом с ней. Что до Эльды… Мы её ещё так и не поняли. За прошедший месяц, на самом деле, мы толком не пересекались. Голубоглазая Эльда была одной из лучших во всём, что касалось факультета медитации, использования техник и даже в рукопашном бою, но забирать у неё очки рейтинга мне было не нужно. Хватало Тигров.