Короли Керни (ЛП) - Аллен Навесса - Страница 58

— Готово, — сказал он, закрывая свой ноутбук. Он отложил очки в сторону и повернулся ко мне. — Я отправил фотографии Майку. Он передаст их «Джокерам». Через несколько часов они должны покинуть «Магнолию».

— Хорошо. Спасибо, — сказала я. Вежливость не повредит.

— То, что ты сделала, — начал Лиам.

Я перебила его.

— Нет.

Он нахмурился.

— Прости?

— Нет, — повторила я. — Ты не имеешь права сидеть здесь и осуждать меня за то, что я сделала. Только не после всего того дерьма, через которое ты заставил пройти меня, Джейкоба, мою бабушку, твою жену и Бог знает сколько еще людей.

— Теперь послушай меня, — сказал он, гневно нахмурив брови.

— Нет, — сказала я ему ровным, но твердым голосом. А затем так же спокойно добавила: — Ты потеряешь своего сына.

Он моргнул. Я застала его врасплох. Хорошо.

— Я не разговариваю со своими родителями, — сказала я. — Они ужасные люди, и мне гораздо лучше без них в моей жизни. Джейкоб на волосок от того, чтобы испытывать к тебе те же чувства. — Я знаю. Я узнаю предупреждающие знаки.

— Мои отношения с сыном — не твое дело, — отрезал Лиам.

Я пожала плечами, мне было уже все равно. Даже его сердитый тон не смог вывести меня из себя. Я слишком через многое прошла и собиралась сказать то, что мне нужно было сказать, а потом убраться отсюда к чертовой матери.

— Может, это и не мое дело, но я решаю, что оно мое, потому что никто другой тебе этого не скажет, и ты должен это услышать. Твои отношения с сыном — это пятьдесят оттенков хреновины. Джейкоб привел меня сюда не для того, чтобы познакомить с семьей. Он не хотел хвастаться своей девушкой и выяснять, одобряет ли меня его отец, потому что ему наплевать, одобряешь ли ты или нет. Он привел меня сюда, потому что знал, что ты манипулируешь им, и хотел манипулировать тобой в ответ, играя тебе на руку. Он пришел сюда не для того, чтобы проводить с тобой время; он пришел сюда, чтобы шпионить за тобой. Просто прими это. И раз уж ты об этом заговорил, я думаю, тебе следует знать, что он сказал мне, что единственная причина, по которой он вообще имеет с тобой дело, — это то, что он хочет увидеть, какова будет следующая манипуляция.

Лиам поднялся на ноги и уперся костяшками пальцев в стол.

— Как ты смеешь рассказывать мне о моем собственном сыне, как будто я ничего о нем не знаю? Кем, черт возьми, ты себя возомнила? — В его голосе не было ничего, кроме рычания. Он пренебрежительно оглядел меня. — Ты только что с ним познакомилась. В это же время в следующем месяце он будет трахаться с кем-то другим.

Я сдержала резкий ответ, который готовился сорваться с моего языка, заставляя себя сохранять спокойствие.

— Может быть, — сказала я. — Но я достаточно общалась с Джейкобом, чтобы видеть его с обеих сторон. Я вижу, как он выглядит на публике, но я также видела, как он расслабляется в окружении людей, которым доверяет. Он смеется. Он отпускает шуточки. Иногда он даже перестает хмуриться. — Я оперлась костяшками пальцев о стол Лиама и наклонилась вперед, не поддаваясь запугиванию. — Скажи, Лиам, когда твой сын в последний раз улыбался тебе? — спросила я.

Он открыл рот, но ничего не сказал. Я сомневалась, что кто-нибудь, кроме членов семьи, разговаривал с ним подобным образом в последнее время, и он не знал, как себя вести. Дженнифер была права: сила ударила ему в голову. Люди беспрекословно выполняли то, что он говорил, и когда кто-то отклонялся вправо, когда он приказывал ему отклоняться влево, он не мог просто уклониться от удара и приспособиться. Садистская часть меня взвыла от радости, увидев, что мои удары достигают цели. Я поняла, что достучалась до него. Но более того, я была счастлива видеть, что причиняю ему боль так же, как он причинил ее мне.

— Еще не слишком поздно, — сказала я. — Но скоро. Ты должен забыть о стычке с Дэниелом.

При упоминании Дэниела выражение лица Лиама стало неприятным.

— Поверь мне, я понимаю, — сказала я ему. Господи, неужели я все поняла. — Я разговаривала с Дэниелом меньше пяти раз, и каждый раз он говорил или делал что-то такое, что вызывало у меня желание врезать ему по морде. Я видела, как он обращается с твоим сыном, и мне это не нравится. Полагаю, ты уже достаточно насмотрелся, чтобы ненавидеть этого льстивого ублюдка. Но это не твоя проблема, это проблема твоего сына и «Королей». Пусть они сами с этим разбираются. Никто не поблагодарит тебя за вмешательство, особенно Джейкоб. Ты когда-нибудь задумывался о том, что каждый раз, когда ты вмешиваешься, он выглядит слабым?

Лиам моргнул.

Я продолжала давить.

— Как будто он не может справиться со своими проблемами без папиной помощи.

— Это не то, что я делаю, — сказал Лиам, но по его тону я поняла, что он больше не верит в собственную чушь.

— Это именно то, что ты делаешь, — парировала я. — И если ты продолжишь в том же духе, если продолжишь навязывать Джейкобу роль, которая ему не нравится, ты его потеряешь.

Лиам уставился на меня так, словно пытался воспламенить своим взглядом.

— Что-нибудь еще? — прорычал он.

Я сказала все, что должна была сказать, но теперь, когда мне удалось пройти через все это, не сорвавшись, осталось еще кое-что, что я хотела сказать.

— Да, пошел ты на хуй за то, что приказал своим головорезам разгромить мою квартиру.

Он отшатнулся, как будто я его ударила.

Я продолжила:

— Пошел на хуй за то, что подверг опасности невинных людей, таких как моя бабушка. И пошел на хуй за то, что у тебя даже не хватило порядочности извиниться за все это.

Он выпрямился во весь свой внушительный рост, прижав руки к бокам, словно хотел сжать их в кулаки.

— Убирайся к черту из моего дома.

— Я уже на три шага впереди тебя, придурок, — сказала я, поворачиваясь на каблуках. Я остановилась у двери. — О, и прежде, чем я уйду, мне нужно, чтобы ты выписал мне чек на десять тысяч долларов.

Он недоверчиво отступил на шаг.

— Что?

— Ты приказал кому-то вломиться в мою квартиру, разгромить все, что у меня было, напугать меня до смерти и заставить чувствовать себя небезопасно, возвращаясь туда. Так что теперь ты заплатишь за первое, последнее и охрану в моем следующем доме, заплатишь за замену всего того дерьма, что ты сломал, и немного доплатишь, чтобы помочь с эмоциональной травмой, которую ты мне причинил.

Он фыркнул.

— Эмоциональная травма?

— Ага. Эмоциональная травма, — сказала я, встретив его жесткий взгляд. — Подготовь чек к моему отъезду.

Чувствуя себя гладиатором, который только что выдержал десять раундов в боксерской яме, я повернулась и торжествующе зашагала прочь.

Прямо на Дженнифер.

Она стояла прямо за дверью, и, судя по выражению ее лица, она слышала все, что я наговорила ее мужу. Я чуть не съежилась. Я только что, не дрогнув, встретила разъяренного великана-викинга, но мысль о ее неодобрении подорвала мою храбрость. Потому что, в отличие от Лиама, мне было небезразлично, что она думает. Я хотела понравиться ей, но теперь она, вероятно, возненавидела меня за то, что я только что сделала. Я имею в виду, конечно, она злилась на Лиама, но этот мужчина все еще был ее мужем. Я хотела ударить Дэниела за то, что он так грубо обошелся с Джейкобом. Она, наверное, собиралась живьем содрать с меня кожу за то, через что я только что заставила пройти человека, которого она любила.

Она прижала палец к губам, призывая к молчанию, и мотнула головой влево, приказывая следовать за ней по коридору. Я волочила ноги за ней, чувствуя себя женщиной, идущей на плаху палача.

Она остановилась, когда мы дошли до кухни. Я вздрогнула, ожидая, что она ударит меня. Видит Бог, я заслужила пощечину. Вместо этого она притянула меня в объятия.

— Спасибо, — сказала она.

Спасибо?

Я запоздало обняла ее в ответ.

— Эм… не за что.

Она отпустила меня и отступила на шаг.

— Ему нужно было это услышать. Я думаю, он мог бы даже выслушать тебя.