Первым делом самолёты - Шведова Лада - Страница 17

Нехотя Русаков отложил гаджет и уставился на Юлю:

– Ну что, курсант Ветрова, как продвигаются ваши дела с учебой?

– Х-хорошо, – от долгого молчания Юля даже запинаться начала.

– Никто больше не обижает?

– Нет.

– Уверены? Не хотелось бы очередного скандала с вашим участием в социальных сетях. Сейчас, знаете ли, модно напирать на травлю женщин, якобы везде их притесняют. И любая мелочь раздувается до увольнения.

– Уверена.

– Уверены, – повторил Сергей Валентинович и выдержал очередную паузу, глядя на Юлю внимательным рыбьим взглядом. – И готовы все повторить для комиссии? Для журналиста из Москвы?

– Для ж-журналиста?!

– Быть вам звездой, курсант Ветрова. Даже Москва вами заинтересовалась.

Юля промолчала, не зная, как реагировать. Точнее, она не понимала, какой реакции от нее ждет Русаков, оттого решила перенять его тактику долгих пауз и ожидания. Он сам сейчас все пояснит, для этого и вызвал.

Так и вышло:

– С вами побеседуют и сделают несколько фотографий, – сообщил ректор. – Ничего серьезного, рядовой онлайн-журнальчик со статьей о госучреждениях. Алина, мой секретарь, подготовила для вас тексты ответов, изучите их. И бога ради, Ветрова, не наболтайте ничего сверху, мне и так хватает головной боли из-за ваших выходок. И почаще улыбайтесь, никаких постных мин, как сейчас. Все понятно?

Юля кивнула.

– Улыбка, курсант! Где ваша улыбка?

– Мне надо потренироваться. – Сейчас она все равно не могла изобразить ничего стоящего, ее слишком трясло.

– Ясно, – он вздохнул так, точно уже разочаровался. – Вместе со списком вопросов и ответов Алина даст вам еще один. Это уже серьезнее. Приедет комиссия с проверкой. Мало мне было веселых флешмобов с полуголыми курсантами, так еще это… Разговаривать с комиссией придется в одиночестве. Не буду напоминать про ваше обещание не создавать проблем. Надеюсь, вы и без меня его не забыли, но напомню про другое: как правило, скандальные курсанты не доучиваются даже до начала полетов. Потому что пилот – не та специальность, на которой можно развлекаться, снимать видео, пранки там всякие ваши, избавляться от неугодных преподавателей и при этом успевать получать знания. Нет, Ветрова, так не бывает. Вы либо учитесь и сосредоточены на своей мечте, либо скандалите и вылетаете. Как я уже сказал – до начала полетов. – Теперь рыбьи глаза смотрели на Юлю с намеком на угрозу.

Хотя почему с намеком?

Это и была угроза, даже не завуалированная.

Впрочем, при переводе Русаков говорил ей практически то же самое, словно чувствуя, сколько проблем она доставит. Возможно, он даже предпочел бы отчислить ее к чертовой бабушке, оставив физрука, но внимание комиссии, прессы… и на время Юля стала неприкасаемой. Но только на время. Ее положение зыбко, она еще не закрыла все учебные долги.

– Мы поняли друг друга? – спросил Сергей Валентинович.

– Больше никаких скандалов, – кивнула Юля.

– Вот и хорошо. Не испытывайте мое терпение, Ветрова, вам не понравится.

Глава 18

Первым делом английский

Неделя выдалась напряженной: визит к ректору, еще один зачет из списка долгов за перевод, и в качестве вишенки на торте – коллоквиум по физике. Выходных Юля ждала как никогда, ей просто хотелось лечь в общаге на кровать и глядеть в потолок. Возможно, много часов подряд. Какие там увеселения, если в душе ты выжатый, отжатый и еще раз сто пережатый лимон?

Но полежать долго не получилось. На следующей неделе у них будет аудирование по авиационному английскому, и этот предмет нельзя провалить. Даже не из-за того, что пересдать нельзя – можно, но в будущем это аукнется. Английский важен, без него никуда не попасть, можно будет полученный диплом на помойку выкидывать. И все же… поскорее бы уже начались тренажеры, подготовка к полетам… Многие не представляют, как много надо пройти «до», чтобы добраться до заветного самолета. Да хотя бы до тренажерного центра!

В разгар сражений с английским ей написал Руслан – поинтересовался, чем она занята. За окном шел слабый снег, как бы намекая, середина марта – это еще зима, а что месяц считается весенним, так это по ошибке. Успел наступить вечер… Выходной пролетел с сумасшедшей скоростью, а Юля все битвы с неуступчивым английским пока проигрывала. Возможно, потому что большую часть дня переписывалась с Томой и Мариной. А теперь вот и с Русланом.

Р: если ты забыла, я как раз знаю об английском все

Ю: забудешь тут:)

Р: приходи ко мне, вместе разберемся.

Я могу тебя встретить

Юля мысленно вздохнула, глядя на экран телефона.

Дело в том, что Руслан этот… в общем, потрепал ей нервы. Взять хотя бы то их свидание: оно закончилось совсем не как свидание! Непонятно, что это было вообще. После катания и глинтвейна он довел ее до общаги, сдержанно кивнул и убрался восвояси, хотя Юля всю дорогу представляла, как он ее поцелует. Еще улыбалась шла, предвкушая очередной забавный момент. Такой ожидаемый, немного неловкий, но сильно желанный. Руслан так на нее смотрел, что у нее внутри все пекло… но она, похоже, неправильно его поняла, что, впрочем, часто случалось с этим парнем. У них вообще все развивалось странно, но при этом завораживающе.

Недосвиданием все не ограничилось, и за неделю они виделись еще несколько раз.

Иногда Руслан провожал ее утром на пары, если им было по пути, а еще они ужинали вместе почти каждый вечер в бесплатной столовой. Но больше ничего. Ничегошеньки. Юля начала думать, что это какой-то особенный вид пикапа, вынуждающий жертву набрасываться на охотника первой, потому что… Как еще это понять? Или ему одного поцелуя достаточно? Нацеловался на месяц вперед? И почему она вообще об этом все время думала? Видимо, дебильный пикап таки сработал.

Потому что даже сейчас она не смогла ответить отказом.

Ю: не стоит, сама дойду. Но сначала схожу на ужин

Р: не ходи в столовую – я сегодня готовлю Ю: ты еще и готовишь?!

Р: пытаюсь. Ты говорила, что любишь все необычное

Ю: и что же необычного меня ждет? Неужели десерт?:)

Юля отправила последнее сообщение и мысленно скривилась: ну почему, почему ее слова отдают пошлостью? Она даже не подразумевала… Или это уже от отчаяния мозг генерирует такие вот сообщения? Отчего-то каждый раз общаясь с этим парнем, Юля была на взводе и как будто ничего не контролировала.

Р: нет, не десерт. Горячее

Ю: звучит неоднозначно. Мне нравится

Р: второе блюдо. Так понятнее?

Юля перечитала сообщение и приуныла. Горячее, блин. Второе блюдо, мать его! Почему он просто не прислал в ответ смайлик? Смайлик был бы отличным решением, оставил бы намек на загадку, позволил додумать. Все так делают – отправляют долбаные смайлики! А тут – второе блюдо!

Р: через сколько тебя ждать?

Никуда уже идти не хотелось, потому что этот парень опять с ума ее сведет. Сколько раз Юля успела пожалеть, что с ним связалась? Тысячу примерно. Но почему-то теперь она не могла послать Руслана подальше. Он ей нравился. Сильно. Даже вот таким странным и непривычным. А может, его странность и вовсе была причиной ее влечения.

Ю: через полчаса. Норм?

Р: жду

Р: не забудь учебники

– Забудешь тут! – фыркнула Юля, обращаясь в пустоту

Посидела некоторое время, гадая, зачем ей это все надо, но в итоге побежала в душ – срочно мыть голову и брить ноги. Хотя зачем ей бритые ноги, спрашивается? Никто на них не посмотрит… такими темпами еще пару лет как минимум. Но надежда умирает последней.

В спешке Юля высушила волосы, быстро прошлась недавно купленной тушью по светлым ресницам и повертелась перед зеркалом. Главное, не перестараться. Но глаза почему-то так ярко блестели, словно она как раз перестаралась, а то и вовсе насыпала блесток… в итоге Юля собрала волосы в небрежный пучок в стиле «я усердно училась и не расчесывалась дня три». Правда, пучок необходимой небрежности собрался раза с пятого – предыдущие получались и правда не слишком аккуратными.