Бойся пламени (ЛП) - Дарлинг Оливия Роуз - Страница 85

Вторая капля падает и становится более ярким оттенком красного, розового и золотого. Венатрикс присоединяется к Сорину, и ее пряди смешиваются с его. Моя связь побуждает меня продолжать. Лавандовый идет следующим, а Базилиус присоединяется к остальным. Затем небесно-голубой и желтый, за которыми следуют серебристый и белый. Пряди мерцают и сплетаются вместе, как коса, и резкий, громовой треск разносится эхом по воздуху, когда цвет взрывается вокруг меня. Клочья всех цветов проносятся через озеро и высоко в воздух, как падающие звезды.

Драконы кувыркаются и кружатся сквозь них, как свежий снегопад, ревя от счастья и надежды. Связь радостно гудит в моей груди, становясь полнотой, которую я никогда не чувствовала и не знаю, как я жила без нее. Я плыву по воде и смотрю на своих драконов. Наблюдать, обыденная задача, но она становится необычной, когда ты наблюдаешь за тем, кого любишь. Как бы я ни жаждала успокаивающего, насыщенного ощущения, которое охватило бы меня, этого не происходит. Беспокойство трепещет в моем животе, как будто внутри меня летает шестой дракон.

Драконы парят в идеальном круге и издают синхронный рев, прежде чем выстрелить пламенем в центр, сталкивая их над моей головой. Я чувствую их огонь в своей душе. Я так много раз задавалась вопросом, где я должна был быть. Я всегда размышляю о своем следующем шаге и смотрю в будущее. Но прямо сейчас я знаю, что все, что произошло после того, как я покинула Имират, произошло для того, чтобы я могла быть здесь.

Но мне кажется, что это не совсем правильно.

Я жажду большего.

— Что-то не так, — говорю я.

Жрица отрывает свои широко раскрытые глаза от неба и вытирает их, тратя несколько минут на то, чтобы собраться с мыслями, прежде чем заговорить.

— Я сделала все, что могла, моя госпожа, но драконы могут взывать к вам через связь. Доверьтесь ей. Дракон и всадник, это одно целое, переплетенные нерушимым, непоколебимым образом. Это доверие, как никакое другое. Фундамент, прочнее земли, на которой мы стоим.

— Наездник на драконе, — бормочу я, возвращаясь к берегу, не отрывая глаз от своих драконов.

Они начинают летать перед водопадом рядом с замком, который ниспадает со скалистого утеса в реку, усеянную острыми камнями. Венатрикс смотрит на меня сверху вниз, и это похоже на то, как будто она тянет меня, побуждая меня сделать прыжок. Я вижу свое отражение в ее красных глазах. Две потерянные души, связанные вместе. Мир отдаляется от меня, когда я делаю следующий шаг вперед, и я игнорирую протесты Кейдена, Финниана, Саскии и Райдера, которых я оставляю позади.

Я сжимаю в кулаках мокрое платье и рву траву, не давая тяжелой ткани замедлить меня. Время — жестокая вещь. Ты не знаешь, сколько тебе осталось, пока конец не смотрит на тебя, и ты бессилен против него.

Но я рождена, чтобы летать на драконах, и я не позволю страху встать на моем пути.

Я добираюсь до края обрыва и прыгаю.

Драконы ныряют и следуют за мной, пока я падаю, но не двигаются подо мной. Сорин летит вверх ногами и с любопытством смотрит в мои испуганные глаза. Страх сжимает мои легкие и сжимает, пока я не могу даже закричать. Связь — это выбор, и это выбор, за который я готова умереть. Настоящий наездник дракона полностью доверяет дракону, и нет награды без риска.

Я не думаю ни о чем, кроме драконов, успокаивая свой разум и находя утешение в связи, пульсирующей во мне, как второе сердце. Я протягиваю руку, глажу ее вдоль его морды и наполняю свои глаза огнем, бушующим внутри меня.

Подобное зовет к подобному.

Храбрость приходит не от приковывания дракона цепью, а от езды на нем.

Сорин подгибается подо мной, и я врезаюсь ему в спину, хватаюсь за два черных рога и раздвигаю ноги вокруг его шеи. Меня дергает вверх по водопаду, и мы взлетаем над обрывом и кружимся вокруг шпилей замка. Это свобода, которую я никогда не знала, и знаю, что ничто не сравнится с ней. Быть на спине дракона — значит испытать бесконечность.

Ветер развевает мои волосы, а плащ развевается позади меня, когда Сорин несет нас выше в небо, остальные четверо быстро следуют за ним. Базилиус летит над нами, и я поднимаю руку, чтобы погладить его по шее. Сорин продолжает махать своими черными крыльями, пока небеса не затихают для танца драконов.

Я отпускаю его рога, когда он выравнивается, и широко расставляю руки, скользя пальцами по пенистым облакам. Это все. Это больше, чем я мечтала. Я была пронизана тоской по дому, которого никогда не знала. Сорин счастливо пыхтит подо мной, наклонив голову, чтобы посмотреть на меня.

Я встаю на ноги, балансируя, прежде чем запрыгнуть на серебряную спину Калитеи. Она рычит, когда Венатрикс подходит слишком близко.

— Тебе еще предстоит получить свою очередь, Венатрикс.

Калитея летит быстрее, а Венатрикс на хвосте, но Венатрикс вторая по скорости, а Калитея третья. Венатрикс переворачивается и летает выше Калитеи и меня, но я пока не меняю драконов, желая убедиться, что все они получат достаточно внимания. Базилиус, похоже, доволен тем, что плетется позади и кружится в облаках.

Полумесяц висит в небе, усеянном звездами. Так много людей пытались убить меня, и все потерпели неудачу. Меня заключали в тюрьму, пытали и изгоняли, но я никогда не была никем. Драконы всегда жили во мне, и я — в них. Я никогда не находила веры в богов, потому что моя вера всегда была связана с этими прекрасными зверями.

Я хватаю Венатрикс и подтягиваюсь к ней, когда она переворачивается. Мы резко ныряем вниз, летя так быстро, что слезы текут из моих глаз. Мое сердце колотится, и я изгоняю предательство и побои из своего тела, испуская крик такой яростный, что мое горло саднит и смешивается с пятью драконьими ревами. Она резко высовывается и скользит по поверхности озера, прежде чем приземлиться на вершине скалы, с которой я спрыгнула, и рычит на собравшихся.

Приветственные крики раздаются по Верендусу, Ладиславе и всем, кто наблюдает за возрождением королевы драконов из полета. Сам огонь не может гореть ярче, чем я сейчас. У Финниана и Саскии текут слезы по лицам, а Райдер и Кейден кричат рядом с ними, последний указывает на меня, обнимая Райдера за талию, и кричит:

— Это моя девочка!

Я не могу не улыбнуться четырем людям, которые прошли этот путь вместе со мной. Моя жизнь не всегда была легкой, но вся тьма должна пройти.

Жрица выступает вперед и возвышает голос.

— Могу ли я представить первую королеву, оседлавшую дракона, с тех пор, как боги покинули нас, королеву Элоин Атарах! Да будет она царствовать долго!

— Да будет она царствовать долго! — эхом отзывается толпа, когда Кейден делает несколько шагов перед собравшимися, его глаза не отрываются от моих, даже когда Венатрикс рычит. Он продолжает свой уверенный шаг вперед, и все глаза обращены на него, чтобы следить за тем, что он делает.

Но Кейден делает то, чего никогда не делал ни для кого.

Он вынимает меч из ножен на поясе и становится на колени в траву, склоняя голову и предлагая мне свой клинок. Это знак уважения и преданности. Он заявляет, что его мечом командует не только он сам, но и я.

— Склонитесь перед своей королевой или сгорите и истекайте кровью! — заявляет Кейден, посылая волновой эффект по всему королевству, пока мои глаза не могут видеть дальше.

Единый фронт.

Гореть и истекать кровью.

Вместе мы правим.

Вместе мы идем на войну.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Перевод канала EcstasyBooks - t.me/ecstasybooks