Алый бант в твоих волосах. Том 2 (СИ) - Седов Павел - Страница 52

Я же занёс вещи на второй этаж, устало завалился на кровать и даже успел слегка задремать.

— Господи, да вы же её заморозили! — выпалил я, когда девчонки привели на второй этаж Динку, замотанную в банное полотенце. — Можно было просто холодный компресс из обычного полотенца сделать! Давайте отогревайте. Губы аж синие! — негодовал я. — Ну вы и зверюги!

— Эй! Да мы же как лучше хотели! — начала оправдываться Катюха. — В рекомендациях говорилось, что держать под холодной водой надо пятнадцать минут! Не меньше!

— Ага, только это если кипятком обжечь руку! А у вас ожог солнечный! Авиценна лично бы сжёг вас на костре инквизиции! Если б он только мог… — поднимаясь с кровати, пробурчал я.

Ох уж этот интернет! Сколько раз говорил сёстрам, что ко всему найденному в нём нужно относиться осторожно и перепроверять.

Я выключил в комнате кондиционер. Спустился. Набрал в ведро очень тёплой воды и отнёс его наверх. А затем достал из аптечки таблетку ибупрофена для Дины и заставил её принять ещё и антигистаминный препарат. Погуляли, блин, называется!

Вернулась Лера со своим суперспреем от ожогов. Но я уже покинул этот лазарет, чтобы самому принять душ. А после поднялся в спальню, где обнаружил Дину, сидящую на кровати в окружении подруг. Она с головой завернулась в плед. Тонкие ноги торчали из ведра. А синие волосы смешно свисали мокрыми сосульками по бокам от бледного лица.

— Вода остыла! Вы чего сидите⁈ — сунув ладонь в ведро, возмутился я и убрал его в сторону. — Саш, дай тёплые носки!

— Так ты же занял ванную! — опять возмутилась Катюха.

— Так себе отговорка! Если что, на двери замка нет! — возразил я.

Сам вытер ноги Дины краем пледа и надел на неё Сашины любимые серые носочки в полоску. А как только закончил, Динка подняла ноги и, сложив их по-турецки, натянула тёплую махровую ткань на колени.

Я унёс ведро обратно и снова вернулся, но уже с пол-литровой бутылкой в руках, наполненной горячей водой. Не спрашивая, сунул её под плед. И только тогда понял, что под ним на девушке ничего нет. Совсем ничего! Взгляд неосторожно выхватил треугольник белого пушка за мгновение до того, как Дина запахну́ла обратно край своего пледа.

— Не надо было! У меня так всегда. Сейчас само всё пройдёт! — робко возмутилась она и шмыгнула носом, но согревающую бутылку оставила в ногах.

Ну вот! Здрасте, сопли! Не хватало ещё, чтобы Динка из-за моих двух дурёх заболела!

— Чего сидите⁈ Несите фен, удлинитель. И сушите ей волосы! — бросил я девчонкам, беспомощно сидящим на кровати вокруг несчастной синеволоски.

Динка смущённо улыбнулась. Несмотря на продолжающийся озноб, ей несомненно было приятно такое внимание с нашей стороны.

Решив, что на этом моя задача окончена, я сел за стол, открыл ноутбук и, надев наушники, занялся звуковой дорожкой для самого первого ролика, что мы записали ещё перед обедом.

И вот же странность! Сижу в одних лишь трусах и чуть ли не обливаюсь потом. А Динка в двух метрах от меня кутается в плед и дрожит как осиновый лист. Наверное, быть альбиносом непросто.

❖ ❖ ❖

Закончив шуметь феном, Катя, Саша и Лера оставили синеволоску в покое и убежали в ванную комнату. А Дина молча сидела за моей спиной, пока я ковырялся с нашим новым видеороликом.

Доделав его, скинул наушники и хотел уже развернуться, но вовремя заметил в отражении экрана надевающую трусики Дину. Внизу всё ещё шумел фен, а из ванной доносились приглушённые девичьи голоса. Распрямившись, Динка накинула свою белую тунику и замерла.

— Ну как ты? Прошёл озноб? — спросил я и, наконец, развернулся.

— Угу, — кивнула мне Дина.

Она подхватила валяющийся на кровати плед, которым недавно укрывалась, и начала его складывать. К лицу Дины вернулся привычный цвет, а сопли исчезли. Через несколько секунд плед оказался прижатым к груди, а девушка, не отрываясь, смотрела на меня.

Зависла. Опять.

— Ты в порядке? — спросил я и улыбнулся.

— Ложись! — ответила Дина и показала рукой на кровать. — Теперь моя очередь позаботиться о тебе, — объяснила она.

Опустив сложенный плед на кровать, Дина медленно подошла. Положила ладони на мои плечи, принялась мягко массировать мышцы, и я сразу вспомнил про обещанный мне массаж.

— Может, в другой раз?

— Нет. Я обещала тебе! А ты согласился. Забыл⁈ — обиженно проворчала девушка, а потом сообразила: — А-а… Поняла! Я сейчас!

Дина убежала вниз, и звук фена резко стал громче. Это открылась дверь в ванную. Догадалась пойти спросить, не против ли сёстры, если она сделает мне массаж. Хотя что здесь такого? Обычный же массаж, не интимный… Хотя всё же да, лучше бы сначала узнать, особенно у Кати. А то она может и не оценить такой любезности.

❖ ❖ ❖

Через пять минут я уже лежал пузом на матраце. А Дина, сидя на мне сверху, мяла мою спину, нажимала на какие-то одной ей известные точки и, надавливая, выкручивала большие пальцы. Она сказала, что для этого массажа нельзя использовать масло. И крем тоже нельзя. Ничего нельзя!

Не скажу, что это было приятно. Но надеюсь, Дина знает, что делает. Ей, похоже, приходилось неслабо так напрягаться, потому что я слышал, как громко она дышит. Устав, девушка наклонилась, и моих плеч коснулись кончики её волос.

— Артём? А я могу говорить с тобой откровенно? Ну, как с другом? Просто понимаешь, мне нужно твоё честное мнение, как мужчины, который не испытывает ко мне романтического интереса. Ты ведь не испытываешь?

Интересная постановка вопроса. Нет, не испытываю. Но, кажется, нужно кое-что уточнить. И раз в связи с операцией «Ревность» у нас с Диной сложились такие необычные отношения, лучше и в самом деле быть откровенным.

— Романтический интерес? — задумчиво повторил я. — Нет, его нет. Но честнее было бы спросить, хочу ли я с тобой переспать. — Дина поднялась и продолжила молча мять мою спину, но уверен, на её щеках сейчас выступил лёгкий румянец. — Не хочу тебя обижать, пойми меня правильно. Я не желаю затащить тебя в постель, но ты… симпатичная девушка, а я парень. И, откровенно говоря, я не могу не думать об этом! Но. Я согласен быть другом и относиться к тебе, как к сестре. Всё, что ты скажешь, останется между нами. Это я тебе обещаю.

— Симпатичная? — повторила за мной Дина. Она будто проигнорировала всё, что я сказал, вычленив из моего монолога только это слово. — А Боря говорит, дурнушка! Знаешь, до него на меня никто не обращал внимания…

Ого! Вот это откровение. Надеюсь, Боря сказал это не всерьёз? Сам он дурнушка! Я всё больше и больше начинал понимать истинную природу привязанности Дины к её парню. И меня это совсем не радовало.

— Ты его любишь?

— Конечно, люблю! Постоянно говорю ему об этом. А вот он стесняется мне говорить, — не скрывая грусти в голосе, призналась Дина. — Я когда о нём думаю, у меня будто бабочки в животе порхают! Что это, если не любовь?

— Ты вовсе не дурнушка! Ты привлекательная, интересная и необычная девушка!

Руки Дины заметно расслабились, и теперь она будто гладила ими меня, а не делала массаж.

— Ты правда так считаешь? — с удивлением задала вопрос Динка.

— Конечно! И поверь мне, не я один. Спроси хотя бы у Леры! Уж она-то точно не соврёт.

— А грудь? Все говорят, что у меня её нет…

— Они пиздят. Есть. Я видел! Прости. Я серьёзно! Знаю, у вас девушек есть комплексы из-за размера груди, как и у нас мальчиков из-за длины члена. Но всё это ерунда! Размер не главное. Просто есть те, кто предпочитают большую женскую грудь. А остальным размер вообще по фигу.

— А тебе важен?

— Мне? Нет. И если тебе интересно, мне нравится твоя грудь. Ну, в смысле, её форма. На неё приятно смотреть. Уверен, на ощупь она тоже очень приятная.

— Ну всё, хватит! — хихикнув, ответила Дина и шлёпнула ладошкой по моей лопатке. — Ты так говоришь, будто я тебе специально её показывала!