Алый бант в твоих волосах. Том 2 (СИ) - Седов Павел - Страница 56

Особое внимание я уделил истории про медуз и постарался максимально точно воспроизвести её по памяти. Но на моменте, где герои стояли в воде, облепленные светящими животными, я внезапно «пробежался» пальцами по ногам Дины от самых колен до края платья на бёдрах и даже умудрился слегка задрать его подол. Случайно, разумеется.

— Боже! Как это крипово! Аж до мурашек! Смотри, что ты наделал! — воскликнула Дина, сама взяла мою правую ладонь и, задрав подол платья ещё выше, прижала её к своему бедру, покрытому колючими мурашками.

Дина продолжала держать мою руку, а я двигал пальцами по мягкой коже, ощущая острые бугорки волосяных фолликулов. Учёные называют этот эффект пилоэрекцией. Считается, что это рудиментарный рефлекс, контролируемый нашим спинным мозгом. То есть, его нельзя вызвать специально! Он возникает сам. Чаще всего, когда человек замерзает или испытывает сильные эмоции.

Под обтягивающей тканью белого платья Дины снова угадывались контуры затвердевших сосков. Это можно было бы ошибочно принять за сексуальное возбуждение. Но причиной снова были они — мурашки!

— Испугалась? — усмехнулся я.

— Нет, не поняла. Так медузы их покусали или что⁈

— Нет. Но медузы не кусают. Они жалят!

— Как пчёлы?

— Эм… не совсем. — Я с трудом сдержал смех. — Будет возможность, поймаем одну, и я покажу, как они это делают.

Постепенно кожа под моими пальцами снова стала гладкой, и Дина отняла, наконец, свою ладонь. А я двумя руками поправил нижний край платья и снова откинулся на спинку стула. Не знаю, осознаёт ли сама Динка, но это было весьма эротично! Однако сомневаюсь, что она сделала это нарочно. Какая наивная простота! Просто сама невинность!

— Так значит, мы идём в поход⁈ Боря согласен. Он сказал, что знает, где достать четырёхместную палатку и четыре спальника!

— Да, отлично! Только, знаешь, про эту историю…

— Никому не говорить, — перебив меня, прошептала Дина, наклонилась вперёд и приложила указательный палец к своим губам. — Сашка меня предупредила. Не переживай. Я умею хранить секреты! — Динка спрыгнула со стола и собралась уйти. Но, сделав шаг, остановилась. Затем медленно развернулась и бросила взгляд на оставленную на столе пустую банку из-под энергетика: — А ничего так он бьёт в голову… Можно мне тоже? Так сделать.

— Так, это как? — Я совершенно не понял вопроса.

— Поцеловать тебя без причины… — смущённо объяснила мне Дина.

Не сводя с меня глаз, она подошла ближе. Наклонилась к моему лицу, словно размышляя о том, как провернуть задуманное, хотя я вроде ни капли не противился.

— Сюда или сюда? — Я повертел головой в стороны, по очереди подставляя свои щёки. — Куда?

— Да не вертись ты! Я ещё не решила! Так можно или нет?

— Дин, мы же договорились! Ты можешь о таком вообще не спрашивать. Давай уже, — сказал я, думая, что это поможет девушке.

Но вышло ровно наоборот. Дина стояла и отчего-то никак не решалась совершить задуманное. А я смотрел в её светло-голубые глаза и мысленно перебирал комплименты. Я ещё никогда не видел её глаза так близко. Не знаю, у всех ли альбиносов они такие, как у Дины. Но эти глаза были необыкновенны. А вкупе с пристальным взглядом даже пугали!

Когда Дина, наконец, собралась с духом и потянулась к моей правой щеке, мы услышали голос. Я машинально повернул голову. Влажные губы Дины скользнули по щеке и на мгновение коснулись моих губ.

— Вот ты где! О… Я вам помешала? — спросила нас Лера и широко улыбнулась.

Она игриво крутила между пальцами небольшой чёрный цилиндр. Это тушь для ресниц!

Дина растерянно стояла на том же месте и трогала кончиками пальцев свои губы.

— Прости, Дин. Это вышло случайно! — поспешил я извиниться.

— Да ничего. Всё в порядке. — Синеволоска улыбнулась и бодрым голосом продолжила: — Спасибо за рассказ! Пойду на кухню помогать Кате. Позови, когда будет готово!

Последняя фраза явно предназначалась Валерии.

— Что это с ней?

— Работает над собой, — сказал я и перевёл тему. — Ты чего так долго? Я уже решил, что ты передумала.

— Ещё чего! Вставай и садись на стол. Так будет удобнее. Лицо мыл? — поинтересовалась Валерия, и я кивнул. — С мылом? — Я кивнул ещё раз и, встав со стула, пересел на стол. На то же место, где только что сидела Дина. От неё даже тепло ещё осталось. — Ноги раздвинь и замри! — скомандовала Валерия и встала между моих бёдер, почти вплотную ко мне.

Я почувствовал аромат и тепло её тела. Ворот рубашки был не застёгнут, и под ним виднелась золотая цепочка с крохотной подвеской, изображающей четырёхлистный клевер и утопающей во впадинке между ключиц. Из такого же золота, но с тремя ярко-зелёными и одним огненно-красным камнем вместо листьев. И каждый из этих камушков имел форму сердца.

Лера коснулась пальцами моего подбородка и приподняла мою голову. Попросила замереть. Открутив, достала из своего цилиндрика круглую кисточку и почти уже принялась за работу.

— Лер? — тихо заговорил я. — Как тебе это удаётся?

— Что именно? — с любопытством на лице спросила Валерия и отвела кисточку от моих глаз.

— Всегда быть такой обаятельной…

— Замолчи! Решил, что можешь задурить мне голову и сбежать? — усмехнулась она.

— Нет, даже не думал! Для изумрудов они слишком светлые. А четвёртый вообще ни на что не похож.

Валерия немного прогнулась назад, проследила за моим взглядом и, только потрогав пальцами своё украшение, поняла о чём я.

— Нет! — голос Валерии стал мягче и ласковей. — Я не настолько богата! Фианиты. Сделала себе подарок за успешное поступление в вуз.

Я продолжал пялиться на клевер и вспоминать. Была ли цепочка на Лере, когда мы ходили к соседям? Вроде нет. А когда записывали вокальную партию? Тоже не видел этого украшения. Но если Лера принесла его с собой, то почему не надела сразу?

— Угу, — задумчиво промычал я, припоминая, как она хвалилась на дне рождения сестёр своим проектом, благодаря которому поступила на бюджет.

Какое-то время мы оба молчали. Лера теребила пальцами подвеску. А я разглядывал лицо девушки. Едва заметный лёгкий макияж. Вероятно, подкрашенные, но натуральные брови. Ухоженная кожа. И даже почти прозрачный пушок на щеках, который можно разглядеть только напротив света.

— То есть, это был непредумышленный комплимент? — спросила Валерия.

— Непредумышленный? Звучит так, словно ты говоришь об убийстве, — пошутил я.

— Всё! Довольно! Теперь помолчи.

Я подумал, а правильно ли расслышал слово: «довольно» или всё-таки «довольна». Но решив не каламбурить, просто улыбнулся и заметил, как в ответ шире улыбнулась Валерия.

❖ ❖ ❖

Моя экзекуция закончилась сравнительно быстро. Минут через десять оба глаза были накрашены так, что я сам видел собственные ресницы!

— Хо-хо-хо! Вот это вид! Хочешь на себя посмотреть? — спросила Валерия и, не дожидаясь моего ответа, достала смартфон, открыла камеру и переключила её во фронтальный режим. — Девочки!!! Бегом все сюда! У нас здесь такой красавчик! Вы сейчас в обморок упадёте! — прокричала Валерия и продолжила смеяться.

О Боги! Это выглядит просто ужасно! Накрасить губы, нацепить лиф с пушапом, натолкав в него тряпок, и всё! Привет, я ваша тётя, а ни фига не дядя! Поскорее бы уже закончить и смыть всё это к чёртовой бабушке!

Первыми посмотреть на «уродца» пришли Катя и Саша. Они не смеялись, но, судя по реакции, были удивлены. Потом поднялась Дина. Рассмотрела меня с разных сторон, назвала мои ресницы шикарными и сказала, что не верила, что я вообще соглашусь на такое.

— Борис бы точно не согласился! — сказала она так, словно хотела похвалить меня за смелость.

И как по зову явился её парень с гитарой. Он бросил на меня пренебрежительный взгляд и, зацепив струны одним движением руки, пропел голосом Матроскина:

— А я всё чаще замечаю, что тебя кто-то подменил… — Девчонки хором захохотали, а Боря картинно развернулся и заглушил звук гитары ладонью. — Бро, ты чего им позволяешь? Выглядишь так себе… Ну, как те самые…