Овладей мной (ЛП) - Херд Мишель - Страница 14

Ключи звенят, а мой желудок превращается в бетонный блок.

— Блять, — шепчу я, вскакивая на ноги. Когда Эверли тоже встает, я тяну ее за собой.

— Алек, — шипит она, страх и паника усиливаются в ее голосе.

Дверь открывается, и в комнату проникает свет. Мои глаза зажмуриваются, и проходит несколько секунд, прежде чем я снова могу их открыть.

— Пойдем, — приказывает Дарио.

Боже, помилуй нас.

Каждая клеточка моего тела хочет прижать Эверли к себе, но я знаю, что это было бы слишком большим риском.

Возможно, это все. Нам конец.

Или последняя пытка, которая сломит меня.

Пока мы идем к тому, что может стать нашей неминуемой смертью, Эверли прижимается к моей спине. Прямо перед тем, как мы входим в комнату пыток, ее пальцы касаются моей поясницы.

Будь сильной ради меня, моя маленькая любовь.

Мой взгляд останавливается на Винсенте, привязанном к деревянному стулу, и воздух со свистом покидает мои легкие. Моего брата замучили до неузнаваемости. У него нет уха, а возле босых ног валяются остатки зубов.

Его глаза заплыли и закрыты, а со спины содрана кожа.

Я не могу осознать увиденное и замираю на месте.

Пока я был лишен пищи и света, заперт в комнате, где из людей была только Эверли, Винсента пытали до полусмерти.

Кровь в моих венах превращается в лед, пока я продолжаю смотреть на своего брата, которого физически сломали.

Один из нас умрет сегодня.

Глава 14

Эверли

После первого взгляда на Винсента я впадаю в ужас и не могу заставить себя посмотреть на него снова. Проведя несколько недель в темной комнате с Алеком, я не была морально готова к такому уровню насилия.

Не в силах оторвать взгляд от его брата, я хочу протянуть руку к Алеку, чтобы утешить его. Но не осмеливаюсь, зная, что это привлечет к нам внимание.

Мой взгляд перемещается на Проди, и, видя извращенное удовольствие, которое он получает от реакции Алека, мой желудок наполняется желчью.

В глубине души я знаю, что сегодняшний день будет худшим, если не последним днем нашего заточения.

— Я немного повеселился с Винсентом, пока ты влюблялся, — насмехается Проди над Алеком. Он издает смешок, затем добавляет: — Сегодня ты можешь выбрать, кого я буду пытать.

Медленно Алек отводит взгляд от брата и смотрит на Проди.

— Я выбираю себя.

Проди начинает смеяться, как будто Алек только что сказал самую смешную вещь, и от этого звука у меня по коже бегут мурашки.

— Ах… — Проди качает головой. — Ты знаешь, что это не так работает. Выбирай между своей девушкой и братом.

Выражение лица Алека мрачнеет, затем из него вырываются слова:

— Я. Выбираю. Себя.

Проди смотрит на него в течение нервирующе долгой минуты, а затем кивает.

— Хорошо. Я подыграю, но ты потеряешь часть тела, если девушка или Винсент издадут звук или отвернутся. Думаю, это справедливая сделка.

О, Боже.

Измотанная я изо всех сил стараюсь сдержать свои эмоции, мой разум умоляет меня сбежать в блаженство, которое может прийти с безумием.

Охранник толкает Алека вперед, и в центре комнаты его заставляют опуститься на колени.

Нет. Пожалуйста, Боже, спаси нас!

— Чтобы было веселее, мы не будем тебя связывать. Если будешь сопротивляться, я выберу, кто умрет.

Мои глаза прикованы к Алеку, и я крепко сжимаю челюсти.

Не издавай ни звука.

Я сжимаю руки в кулаки, когда охранник поднимает хитроумное приспособление, похожее на кнут времен Средневековья. На конце каждой кожаной веревки — металлические шипы.

Нет. Нет. Нет!

Проди жестом приказывает охраннику начинать, и когда он взмахивает рукой, одна только сила заставляет меня не подпрыгнуть от испуга. Металлические шипы впиваются в кожу Алека, и я быстро прикрываю рот обеими руками, чтобы удержаться от крика и рвоты.

Алек ворчит, упираясь руками в бедра, держа подбородок поднятым, а глаза прикованными к Проди.

Боже, пожалуйста, останови этот ужас!

После первого удара порка набирает обороты, и, клянусь, моя душа вопит при виде спины Алека, разорванной в клочья.

Мне хочется кричать, чтобы они прекратили. Я хочу предложить себя для пыток.

Но не осмеливаюсь пошевелить мускулом или издать звук, опасаясь, что Алек лишится какой-нибудь части тела.

Страх — это уже не то слово, которым я бы описала то, что чувствую. Как и ужас.

В Библии ад описывается как место, где вечно раздаются стенания и скрежет зубов. Кто бы мог подумать, что это место на Земле.

Моя душа умирает с каждым ударом по спине Алека, пока не начинает казаться, что от меня не осталось ничего, кроме пустой оболочки. Где-то в моем сознании что-то щелкает, и я начинаю то отключиться от реальности, то снова возвращаться в нее.

Не убивайте его.

Пожалуйста.

Когда порка прекращается и Алек с трудом поднимается на колени, последняя моя надежда умирает.

Я опускаю руки, прикрывающие рот, и мой голос звучит совсем не так, как обычно, когда я говорю:

— Пытайте меня. — Пристально глядя на любимого мужчину, я произношу слова, которых боялась с самого первого дня: — Убейте меня. Просто не причиняйте ему больше боли.

Я лучше умру, чем буду смотреть, как мужчину, которого я люблю, разрывают в клочья.

Проди заливается смехом, на его лице появляется торжествующее выражение.

— Нет, — бормочет Алек, пытаясь поднять голову.

Проди встает со стула и, вытащив свой пистолет из-за пояса брюк за спиной, подходит и приседает перед Алеком.

— Выбирай, кто умрет.

Алек качает головой.

— Я. — Он изо всех сил пытается устоять на ногах, чтобы посмотреть на Проди. — Я выбираю себя.

Я делаю шаг вперед, качая головой.

— Нет. Пожалуйста! Не убивайте его. — Паника и отчаяние даже близко не описывают то, что я чувствую.

Мучительная тоска.

Сокрушительное поражение.

Нет. На самом деле нет слов.

Проди насмехается над Алеком.

— Выбирай, или я убью их обоих.

Винсенту удается поднять голову, но он может только промычать что-то неразборчивое.

— Поставь его на ноги, — инструктирует Проди охранника. — Поверни его, чтобы он мог наблюдать, как они умирают.

Мой взгляд прикован к Алеку, так что он будет последним, кого я увижу.

Проди подходит ко мне и поднимает пистолет. Когда он прижимает дуло мне между глаз, дрожь в моем теле утихает.

Я жду, когда моя жизнь промелькнет у меня в голове, но там только Алек.

— Нет! — Крик Алека эхом разносится по комнате. Я вижу, как борьба исчезает с его лица и как разбивается его сердце. Его взгляд останавливается на Винсенте.

Братья пристально смотрят друг на друга, затем Винсент кивает.

Мои глаза горят от непролитых слез, когда я шепчу:

— Не делай этого, Алек.

Он игнорирует меня и, продолжая смотреть Винсенту в глаза, говорит:

— Я выбираю Винсента.

Ствол покидает мой лоб, и в воздухе раздается выстрел. Мгновенно я чувствую вкус пороха, а в ушах звенит.

Кажется, я кричу.

Мой мочевой пузырь подводит меня.

И я не могу оторвать глаз от Алека, наблюдающего за смертью своего брата.

Глава 15

Алек

Мой брат смотрит на меня с пониманием, его глаза умоляют меня положить конец его пыткам.

Он достиг своего предела.

Мой взгляд отчаянно мечется между Эверли, женщиной, которую я люблю, и моим братом.

Господи. Господи. Господи.

Винсент кивает.

Зная, что Проди может выстрелить в любую секунду, с моих губ слетают сокрушительные слова:

— Я выбираю Винсента.

Я выбираю Винсента.

Я почти не слышу выстрела, и когда голова моего брата падает вперед, а из огнестрельной раны на виске сочится кровь, мое здравомыслие проскальзывает сквозь трещины, образовавшиеся в моем сознании.

Зная, что скоро последую за ним, я смотрю, как умирает мой брат.