Овладей мной (ЛП) - Херд Мишель - Страница 20

— Это хороший выбор.

Покупательница выбирает еще три книги, прежде чем мы направляемся к прилавку.

— Я сотни раз проходила мимо этого книжного магазина и всегда хотела зайти внутрь. — Наши взгляды встречаются, затем она добавляет: — О, я Розали Ветров.

От ее фамилии у меня волосы на затылке встают дыбом.

— Я Эверли. — Я мгновение колеблюсь, а потом спрашиваю: — Вы русская?

Она качает головой.

— Нет, мой муж русский. Я сицилийка.

Мое сердце колотится в сумасшедшем ритме, и я снова смотрю на Винсента.

Остынь, женщина. Не все русские плохие.

Кивнув, я складываю ее книги в бумажный пакет.

— Это все?

— Да. — Она протягивает мне деньги, затем выпаливает: — Я не знаю никаких других мамочек. Ну, мамочек с детьми, близкими по возрасту к Роману. Не хотите как-нибудь выпить кофе?

Не желая обидеть ее отказом, я говорю:

— Оставьте свой номер, и я вам позвоню.

Она записывает его на стикере, затем радостно улыбается мне.

— Будет приятно пообщаться с кем-то, у кого есть ребенок.

Так и есть.

— Я скоро позвоню.

Дружески помахав рукой, Розали выходит из магазина. Я провожаю ее взглядом, пока она не исчезает из поля зрения, а затем смотрю на ее номер телефона.

Мое бешеное сердцебиение успокаивается, и я вздыхаю.

Наверное, я не позвоню.

Тем не менее, я кладу стикер в ящик стола, а затем иду туда, где Винсент играет со своими машинками.

_______________________________

Пока Винсент крепко спит в своей постели, я оставляю его ночник включенным, а сама отправляюсь на кухню. Я мою посуду после ужина и, когда все прибрано, проверяю, заперта ли входная дверь.

Как только я оборачиваюсь, желание проверить переполняет меня. Вздыхая, я трижды проверяю замки, раздраженная тем, что не могу избавиться от этой привычки.

Выключая свет, я иду в свою спальню, оставляя дверь открытой, чтобы услышать, если Винсент позовет меня.

Я открываю верхний ящик своего туалетного столика и убеждаюсь, что пистолет по-прежнему лежит в маленькой запертой шкатулке.

Я купила оружие через неделю после переезда в Пасадену. Я не сторонник оружия, но мне хотелось иметь что-то, чем я могла бы нас защитить.

Закрыв ящик, я забираюсь под одеяло и выключаю прикроватную лампу.

Комнату заполняет темнота, и, закрыв глаза, я зарываюсь лицом в подушку.

В сегодняшней фантазии мы с Винсентом находимся на пляже.

Я слышу смех Винсента сквозь шум волн и улыбаюсь, наблюдая, как он строит замок из песка.

Конечно, на мне бикини, и никаких растяжек не видно. Я идеальна.

Окинув взглядом пляж, я вижу мужчину, который идет к нам. На нем черные брюки-карго… нет, черные плавки. Его кожа золотистая от солнца, и у него такой пресс, что у меня слюнки текут.

Затем наши взгляды встречаются, и, конечно, я в шоке.

Я поднимаюсь на ноги, и слезы счастья льются по моим щекам.

Уголок рта Алека приподнимается в горячей усмешке.

‘Я повсюду искал тебя’.

‘Ты нашел нас’.

Мы бросаемся в объятия друг друга… Черт, нет, подождите. Я подхватываю Винсента и бегу к Алеку. Он заключает нас в свои крепкие объятия, обещая никогда больше не покидать нас.

Я раздраженно выдыхаю и, ударив кулаком по подушке, хмуро смотрю в темноту.

Он никогда не покидал меня. Эта фантазия — полной отстой.

Мои мысли грозят пойти по запретному пути, когда я вспоминаю, каково это — заниматься любовью с Алеком.

Печаль наполняет мою грудь, и, скучая по нему больше всего на свете, я вспоминаю улыбку Алека.

Я скучаю по тебе, Алек. Каждый божий день.

Хотела бы я, чтобы ты познакомился с нашим сыном. Он так похож на тебя.

Я люблю тебя.

Наконец, я засыпаю.

‘Выбирай, кто умрет’, — приказывает Проди.

Я привязана к стулу, а на другом стуле Винсент. Не брат Алека, а мой малыш.

Алек переводит взгляд между нами, на его лице написано отчаяние.

‘Выбирай!’ — Кричит Проди, пистолет на моего ребенка.

‘Нееееет!’ — Кричу я, испытывая самые ужасные чувства.

Я резко сажусь в постели, мои щеки мокры от слез, а дыхание срывается с губ.

Мое тело дрожит, и только через мгновение я понимаю, что это был всего лишь очередной кошмар.

Мне нужно увидеть Винсента, я вылезаю из кровати и спешу в его комнату. Огромное облегчение наполняет мою грудь, когда я смотрю на своего спящего мальчика.

Осторожно, чтобы не разбудить его, я беру его на руки и несу обратно в свою кровать.

У Винсента никогда не было проблем со сном в собственной кровати. Это мне трудно заснуть одной.

Прижимая его к груди, я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

С твоим ребенком все в порядке. С ним ничего не случится.

Проди мертв, и он больше не может причинить тебе боль.

Ты в безопасности.

Закрыв глаза, я сосредотачиваюсь на мягком дыхании Винсента.

Ты в безопасности.

Глава 22

Алек

Сидя в частном самолете вместе со своим боссом, я смотрю в окно.

Я закончил обучение в Академии Святого Монарха, и Виктор решил, что хочет, чтобы я был с ним в Лос-Анджелесе.

В течение первого года обучения я разыгрывал спектакль, чтобы люди боялись и держались от меня подальше, но со временем я стал тем человеком, которым притворялся.

Меня не волнует никто и ничто, кроме Миши, Армани, моей мамы и Тианы.

У меня нет совести, и я убиваю, не задумываясь.

Потеряв Эверли и Винсента, я так и не смог вернуть себе рассудок. С каждым годом становилось все хуже, и теперь я не более чем монстр, который убивает и калечит по приказу.

Мои отношения с отцом чертовски нестабильны. Наши жизни почти не пересекаются, и это хорошо.

Виктор знает все о моем прошлом, и ему кажется, что я — непредсказуемый человек, за которым нужно присматривать.

Честно говоря, я думаю, что Виктор такой же сумасшедший, как и я. Я чуть не рассмеялся, вспомнив инцидент, произошедший в начале этого года. Миша, Армани и я облажались, когда предотвратили убийство принцессы мафии. В наказание Виктор прострелил мне плечо.

Я был готов умереть, лишь бы Миша не понес наказания, но Виктор просто предупредил нас.

— Чему ты ухмыляешься? — Спрашивает Виктор, сидя напротив меня.

— Думаю о том, когда вы выстрелили в меня. — Моя улыбка становится шире, когда я поддразниваю его: — Хреново стреляете.

Мой босс заливается смехом, а затем бросает на меня предупреждающий взгляд.

— Не испытывай судьбу, Алек. Я всегда могу использовать тебя для тренировки в стрельбе по мишеням.

Виктор прилетел в Швейцарию, потому что у него была работа, о которой нужно было позаботиться. Он решил, что я поеду с ним в Лос-Анджелес.

Стюардесса приносит каждому из нас по стакану водки. Виктор благодарит ее, а затем снова смотрит мне в глаза.

— Чушь собачья, как ты держишься?

Я пожимаю плечами.

— Я готов приступить к работе, сэр.

Он небрежно машет рукой.

— Виктор. Прибереги это дерьмо для моего отца.

В моей груди мгновенно вспыхивает волнение.

— Я смогу познакомиться с вашим отцом и мистером Козловым?

— Да. Мы все живем на одной территории.

Встретиться с величайшим ассасином из ныне живущих было мечтой всей моей жизни. Алексей Козлов — не что иное, как легенда.

Виктор наклоняет голову.

— Как у тебя на самом деле дела? — Он похлопывает пальцем по виску. — Психически.

Я отвожу взгляд, и это моя первая ошибка.

— Я в порядке.

Вторая ошибка.

Ерзая в кресле, я снова смотрю на Виктора. Он продолжает смотреть на меня, пока я не говорю:

— Это приходит и уходит.

— Я слышал, ты отказываешься ходить на терапию.

Я снова пожимаю плечами.

— Никакие разговоры не вернут моего брата и женщину.

Сострадание смягчает взгляд Виктора.