Шепот глубин - Хамм Эмма - Страница 43

Это совершенно разбило ей сердце. Мира поморщилась, но продолжила чистить бока Байта, отковыривая хлопья ржавчины ногтями.

– А кто были те люди в воспоминании?

– А, это мисс Эйлис Фейрвезер и ее отец, профессор Норберт Фейрвезер. Два самых загадочных искателя приключений, что я когда-либо встречал. – Байт показал ей новое воспоминание, где два человека садились во что-то похожее на подводную лодку очень старой модели. Она ей напомнила большой круглый шар на волнах океана.

Профессор Фейрвезер залез внутрь первым. Его белые волосы трепал морской ветер, а лицо блестело от пота. Может, над водой было так тепло. Он поднял руку и помахал ею, и его старомодная одежда надулась на ветру. На нем наверняка должен был быть пиджак, но вряд ли он носил что-то подобное в такую жару.

Его дочь зашла следом, встав на крышу подводной лодки и глядя вдаль. На ней красовалось симпатичное желтое платье с широким кожаным ремнем на талии. Ветер взметнул подол ее платья, и Мира заметила, что на ее ногах были безупречные ботинки до колена.

– Он брал дочь с собой в приключения?

– О да. – Байт приблизил лицо Эйлис, и стало заметно, как трепетно он хранил эти воспоминания все эти годы.

Картинка была такой четкой. Мира видела, какими голубыми были глаза Эйлис и небольшую ссадину на ее подбородке, словно она обо что-то ударилась. Обветренные губы и неидеальные брови придавали девушке хулиганское выражение лица.

– Что они делают в этом воспоминании? – спросила Мира.

– Отправляются изучать первое потенциальное место для Альфы. Профессор Фейрвезер был главным архитектором проекта. После этого он многих возил туда, но в первой экспедиции были только они с дочерью. Однажды они вместе объехали всю планету – по крайней мере, так они утверждали.

Изображение сменилось другой картинкой. На этот раз перед ними открылся вид изнутри субмарины. Вокруг было столько проводов, разъемов и странных кнопок, что Мира даже не стала пытаться угадать, что они делали. Профессор с дочерью сидели в одинаковых креслах, глядя в океан с полным восторгом в глазах.

Эйлис наклонилась вперед, прижимаясь ближе к стеклу, чтобы разглядеть открывшийся им волшебный мир. Картина была поразительная, просто поразительная! Столько водорослей, и рыб, и черепах, и трепещущих существ, имен которых Мира даже не знала.

– Это непохоже на Альфу. – Девушка показала на заросли и существ вокруг. – Альфа стоит на голой скале. Ничто не может подплыть к ней на несколько километров незамеченным.

Воспоминание погасло.

– Это потому, что Альфу построили на месте когда-то процветавшего биома морских обитателей и растений. Все это уничтожили, чтобы возвести ее.

– Я… – Ей было нечего сказать.

Вместо этого она задумалась. Между ними повисла тишина, и Байт начал снова показывать изображения с поверхности, но Мира не могла перестать думать о его словах. На местах возведения их городов находилось столько всего живого. Она, конечно, подозревала, но зачем расчищать кусок океана, когда в нем и так было полно пустых мест?

– Профессор и его дочь… – Она откашлялась и облизнула губы, прежде чем задать свой вопрос. – Они не похожи на людей, которых обрадовало бы разрушение океана. Я видела выражения их лиц. Они были поражены той красотой.

В каком-то смысле она бы разочаровалась, если бы оказалось, что они собой гордились. Она так любила океан и почувствовала родную душу в том восхищении, с которым Эйлис смотрела на красоты морских глубин. Девушка на фотографии явно безнадежно влюбилась в этот мир.

– Эйлис не нравилось то, как они строили город. Она боролась против них изо всех сил, и со временем ее отец понял, почему она так злилась. Ему потребовалось для этого много времени. Он был… – Байт сделал паузу, а потом продолжил более холодным тоном: – Профессор всегда хотел построить нечто великое. Он бы пошел на что угодно, чтобы увидеть, как город построят именно таким, каким он должен быть. Он готов был даже разрушить все вокруг, только чтобы сбылась его мечта, чтобы его помнили даже после смерти.

Какой ужас. Сложно было даже представить, как испортились отношения между этой девушкой и ее отцом. Еще сложнее – каково ей было смотреть, как океан, который она так любила, который так ее восхищал, исчезает у нее на глазах.

Прокашлявшись, Мира подцепила ногтем еще немного ржавчины, а потом развернула Байта другой стороной к себе. Осталось мало. Всего пара хлопьев, так что ей нужно было занять руки чем-то еще.

– Так, значит, Эйлис сопротивлялась. Не хотела, чтобы они строили Альфу?

– Отнюдь. Она просто думала, что им нужно рассмотреть и другие места. Настаивала, чтобы они строили выше. Пусть над уровнем моря люди и продолжили бы страдать от вулканов, угроза была бы куда меньше. Она даже разработала дизайн, который бы защитил людей от долетевших до них извержений. – Байт вздохнул, даже слегка мечтательно. – Она была впечатляющей женщиной.

– Похоже на то.

А еще было похоже, что если бы люди к ней прислушались, то они до сих пор бы жили над водой. Могли бы всю свою жизнь дышать свежим воздухом, а не переработанным кислородом из кондиционера. Могли бы чувствовать настоящий ветерок, а не только дуновение вентилятора. Ее мир бы был совершенно другим, если бы Эйлис победила.

– И что с ними стало? – спросила Мира, опасаясь, что не хочет знать ответ. – С профессором и его дочерью?

Картинка исчезла. Байт даже вздрогнул у нее в руках, прежде чем опустить свои лапки.

– Профессор Фейрвезер стал признанным мастером. Он был первым, кто предложил систему фильтрации, чтобы людям больше не приходилось качать воздух с поверхности. Именно благодаря его изобретению Бета находится гораздо глубже остальных. Большую часть своей жизни он был изобретателем и приложил руку к большинству вещей, которыми вы пользуетесь по сей день.

– Почему мне кажется, что эта история кончается печально?

– Эйлис пропала. – Байт почти полностью втянул голову в коробку и моргнул, глядя на нее своими странными глазами. – Уплыла на субмарине, уверенная, что ее ждало еще множество открытий. И она отказывалась оставаться с людьми, готовыми учинить столько разрушений. Я должен был поплыть с ней.

– И что случилось?

– Ее отец уже заплатил, чтобы мне добавили функцию – изучение дна. Он хотел личного дроида на дне океана, чтобы получать прямые отчеты и больше никого не ждать. – Байт снова постучал руками по бокам, а потом спрятался в темноту коробки. – Однако она не вернулась. Ее не смогли найти.

– Она наверняка нашла, где жить. Логично же, что ей нужен был новый дом, вероятно даже с людьми, которые разделяли бы ее взгляды. – В ее груди вспыхнула надежда на спасение женщины, которую она никогда даже не знала, но ее тут же раздавили.

– Они не нашли ее, мисс Мира. Зато нашли субмарину. Она вернулась в город, как и должна была. Пустая. Крыша была оторвана, а все оборудование сломано.

– Оторвана? Что за существо могло такое сделать?

Байт посмотрел на воду, потом снова на девушку.

– На боках субмарины обнаружили следы когтей. Не зубов, мисс Мира. Когтей.

– Ох, – вырвалось у нее.

Похоже, Эйлис Фейрвезер тоже нашла ундин. Оглянувшись вокруг, Мира могла только надеяться, что Эйлис оказалась в похожей ситуации. Может, ундины периодически заводили себе питомцев среди людей. А может, Арджес был не первым, кого заинтересовало странное создание с двумя хвостами и без жабр. Жалость, любопытство, какая разница.

– Может, она выжила, – пробормотала Мира. – Может, для нас еще не все потеряно, Байт.

Но маленький робот уже спрятался в коробку. На мгновение Мира прислушалась, и ей показалось, что проектор все еще работает, на этот раз показывая воспоминания, которые Байт хотел посмотреть один.

Осторожно поставив его на компьютерную консоль, она вежливо оставила робота скорбеть по той, кто была ему очень дорога.