Вик Разрушитель 8 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 109

— Погони нет? — спросил я, оборачиваясь.

— Нас никто не преследует, — сказал Куан, отбирая у меня фляжку, к которой я присосался, привыкнув к вяжущей горечи успокаивающего зелья. — Больше ни одного пилота в доме и на улице не было.

Мы выскочили на трассу и прибавили скорость. Свет фар выхватывал едущий впереди фургон, все расслабились. Внезапно у него вспыхнули тормозные габариты, зашипела рация.

— У нас проблема, — раздался голос Эда. — Трасса перекрыта.

— Вот же дерьмо, — медленно проговорил Юра, притормаживая вслед за фургоном.

Дорога впереди была перегорожена парой бронеавтомобилей, обращенными пулемётными турелями в нашу сторону. Ещё две полицейские тачки с проблесковыми маячками стояли за ними, а белый «Сенатор» притулился на обочине. Возле него стояли несколько фигур, облачённых в боевое снаряжение. Фургон тут же был взят на прицел, а ещё трое пошли к нашему внедорожнику.

— Эд, кто это? — спросил я в рацию.

— Непонятно. Ведомственных номеров не видно, но вроде бы не клановые гвардейцы, да и на ГСБ не похоже, — скороговоркой произнёс старший личник. — Мутные типы, рожи спрятали под шапочками. Но к нам не лезут, просто стоят.

— Вижу, — я забеспокоился. А если это Шульгин подстраховался? Или кто-то успел ему позвонить? Да бред, никто бы не успел за такое короткое время организовать засаду. Восемьдесят километров — это не от Зарядья к Кремлю доехать. Кто-то слил нашу акцию? Но я никому не говорил, даже своим девчонкам. Среди своих людей крыс нет. Тогда кто и зачем?

В окошко со стороны водителя вежливо постучали. Двое бойцов в балаклавах стояли чуть поодаль и держали машину на прицеле.

— Спокойно, братцы, — сказал я, лихорадочно прокручивая варианты, при которых мы все остаёмся живыми. Но ничего путного в голову не приходило. — Юра, дверь не открывай, стекло опусти наполовину. Убить хотели бы, давно изрешетили бы.

Болдин выполнил приказ, хотя я знал, что он держит на коленях пистолет и направляет ствол в сторону человека, склонившегося сейчас к окошку.

— Андрей Георгиевич, не соблаговолите ли выйти наружу? — раздался ироничный и такой знакомый голос. — Может, объясните, зачем устроили террор на «Северной вилле» и запугали всю шушеру, что там гуляла?

Конец восьмой книги