Греховный рыцарь (ЛП) - Лоррейн Трейси - Страница 55

Волки стоят на страже у двери, не позволяя простым людям заходить туда без приглашения.

Парень слева от меня открывает рот, чтобы отказать мне во входе, я уверен. Но тут сквозь толпу прорываются Тео и Себ, и он быстро меняет свое решение.

— Приятного вечера, ребята.

Я бросаю на него взгляд, когда прохожу мимо. Эта чертова киска нервно сглатывает.

Я только что прошел мимо него, как вдруг резко оборачиваюсь и кричу ему в лицо — Буу.

Клянусь Богом, этот мудак реально обделался.

— Чувак, какого хрена? — кричит его приятель между приступами смеха.

— Есть причина, по которой ты здесь работаешь, а не тусуешься за дверью, — говорю я ему, прежде чем снова уйти.

Здесь музыка звучит немного тише, и людей гораздо меньше, а это значит, что мы находим девушек, за которыми охотились, за считанные секунды.

Они втроем стоят на вершине стола и танцуют так, будто никто за ними не наблюдает.

Я на мгновение замираю, наблюдая за тем, как Иви двигается в такт музыке. Неважно, что она не на работе и не заперта в клетке; она так же гипнотизирует.

Себ и Тео, похоже, не в восторге, ведь девушки развлекают не одного Волка, чьи глаза прикованы к их извивающимся телам.

Как только Эмми и Стелла замечают дикого зверя, направляющегося в их сторону, они обмениваются знающим взглядом, прежде чем отпрыгнуть в сторону.

Иви откидывает голову назад, смеясь над ними, и все ее лицо озаряется весельем. От нее просто дух захватывает. Как и маленькое черное платье, которое на ней надето, когда Эмми и Стелла освобождают обзор.

Я вижу момент, когда реальность настигает ее: в это же время Эмми и Стеллу хватают за руки и утаскивают со стола. Уверен, именно на это они и рассчитывали.

Иви опускает голову и начинает осматривать комнату.

Она должна знать, что если мои парни здесь, то и я не слишком далеко.

И не прошло и двух секунд, как она обнаружила, что права.

Ее глаза останавливаются на моих, а подбородок опускается.

Улыбка тянется к моим губам, пока я стою и смотрю на нее.

Она оглядывается, наверное, удивляясь, почему я не взваливаю ее на плечо и не выпроваживаю отсюда за то, что она устроила там шоу.

Она не знает, что мне это чертовски нравится.

Впервые я понимаю, что неважно, кто за ней наблюдает. Я единственный, кто отвезет ее сегодня домой. В моей и только в моей постели она будет спать обнаженной.

Но ей не нужно об этом знать. Во всяком случае, пока.

Сделав шаг вперед, я поднимаю руку, жестом предлагая ей продолжить.

Она нервно оглядывается по сторонам, чувствуя себя неловко из-за того, что потеряла своих подружек. Но не в силах отказаться от моего требования, она снова начинает медленно танцевать.

Мой член подрагивает, а ладони начинают потеть.

Черт возьми, она богиня.

Все остальные в комнате расплываются в ничто. Даже музыка словно испаряется, пока я наблюдаю за ней.

Понятия не имею, сколько времени я стою, не сводя с нее глаз, но в конце концов потребность быть рядом становится слишком сильной, и я пробираюсь вперед.

Я оказываюсь на столе прежде, чем успеваю осознать, что принял решение о том, что будет дальше, и одной рукой обхватываю ее горло, а другой — бедро, прижимая ее к себе.

— Ты дразнилка, Лисичка. Из-за тебя все мужчины в этой комнате хотят, чтобы ты принадлежала им, — прорычал я ей на ухо.

Она вздрагивает, когда мое дыхание скользит по ее шее и плечу.

— Все они представляют, как бы ты выглядела, если бы позволила этому платью упасть на пол.

Отпустив ее бедро, я скользнул рукой к ее попке.

— Они хотят знать, насколько ты возбудилась от этого маленького шоу. Потому что тебе это нравится, не так ли? Тебе нравится притворяться грязной шлюхой, тебе нравится, когда на тебя смотрят, экспериментировать со своей склонностью к эксгибиционизму, не так ли?

— Алекс, — простонала она, когда я вцепился в ее шею и стал сосать, пока не прорвал кожу.

— Но они не могут получить тебя. Знаешь, почему? — спрашиваю я.

Когда она качает головой, я сильно сжимаю ее задницу, наказывая ее за наивность.

— Потому что ты моя, Иви. Ты можешь красть внимание всех этих ублюдков всю ночь напролет, если захочешь. Но. Ты. Моя.

Забыв, что мы не одни в комнате, я опускаю руку ниже, позволяя одному из пальцев задеть ее трусики.

— Черт, Лисичка. Ты вся мокрая.

— Пожалуйста, — хнычет она.

— Грязная маленькая воровка. Мне хочется украсть у тебя что-то, что ты никогда не сможешь вернуть.

Понимая мои слова, она скребется о мой член.

— Гребаная соблазнительница.

Отпустив ее горло, я запускаю пальцы в ее волосы и оттягиваю ее голову назад, чтобы я мог посмотреть на нее.

Ее глаза налиты кровью и слегка приоткрыты.

— Ты пьяна или под кайфом?

— П-пьяна, — признается она, хихикая. — Очень пьяная. Потанцуй со мной, — требует она, и, как и во всем, что связано с ней, я не могу не согласиться.

Убрав руку от опасной зоны ее киски, я снова хватаюсь за ее задницу, покачивая бедрами вместе с ней.

— Да, — вздыхает она, прежде чем я захватываю ее губы своими, целуя ее так глубоко, как только могу, в то время как мир продолжает существовать вокруг нас.

Я поглощаю ее так, словно это мой последний шанс поцеловать ее. Это мокро, грязно и охренительно, когда наши зубы сталкиваются, а языки дуэлируют.

Мой член болит от желания сделать еще больше, взять ее прямо здесь, посреди гостиной Арчера, чтобы доказать каждому ублюдку, который мог наблюдать за ее танцем, что она моя. Что ни у кого из них нет ни единого шанса, потому что я, блядь, убью их раньше, чем они приблизятся.

Когда кто-то задевает мою ногу, я чуть не ломаю им нос, когда отбиваюсь от них. К счастью, они предугадывают мой шаг, что дает мне подсказку, кто это.

Оторвав губы от губ Иви, я смотрю вниз на придурка, который нас прервал.

— Что? — рявкаю я на Тео, который смотрит на нас с ехидной ухмылкой.

— Мы уходим. Ты идешь?

Я бросаю взгляд на Иви, желая узнать ее мнение, но как только я нахожу ее пьяные полуприкрытые глаза, я получаю свой ответ.

— Да, идем.

Отпустив ее, я спрыгиваю на пол, а затем протягиваю к ней руки.

Без вопросов она бросается в мои объятия, и я, спотыкаясь, отступаю назад.

— Господи, воровка. Ты пытаешься меня убить? — шучу я.

— Нет. Ты мне слишком нужен, чтобы убивать тебя.

— Правда? — спрашиваю я, подхватывая ее под руку и выходя вслед за Тео и Эмми из комнаты.

— Да, все, о чем я могу думать, — это чтобы твоя голова оказалась у меня между бедер, — признается она, отчего у меня перехватывает дыхание.

Когда я оглядываюсь, на ее губах играет ленивая улыбка, а глаза горят желанием.

— Сколько ты уже выпила? — спрашиваю я.

— Достаточно, чтобы быть по-настоящему чертовски счастливой, но не настолько, чтобы не понимать, что я делаю.

— Точно, — смеюсь я, не совсем веря ей, пока она шатается на каблуках.

Когда мы добираемся до машины Себа, то обнаруживаем, что Себ прижал Стеллу к ней, а ее ноги обхватили его бедра.

— Тебе, наверное, стоит радоваться, что ты пьяна. Это может стать интересным путешествием, — шепчу я на ухо Иви.

— Почему? — наивно спрашивает она.

— Подожди и увидишь.

Прежде чем Себ успевает опустить Стеллу на ноги, мы с Тео распахиваем задние двери и заскакиваем внутрь, затаскивая наших девочек к себе на колени.

Мы обмениваемся взглядами, прежде чем Себ в раздражении хлопает рукой по окну, заставляя Иви визжать от шока.

— Не обращай на него внимания. Он только что обнаружил карму.

Ее брови подрагивают в замешательстве — слишком милый взгляд. — Иди сюда, Лисичка. Я еще не закончил с тобой.

— К черту мою жизнь, — хмыкает Себ, садясь на водительское сиденье и глядя прямо на меня в зеркало заднего вида.

— Что случилось, Папатонис? — спрашиваю я, оторвавшись от губ Иви настолько, чтобы говорить. — Не можешь справиться со вкусом собственного лекарства?