Проданная лесорубам (ЛП) - Бразер Стефани - Страница 16

В какой-то момент снова включается электричество, и моя комната наполняется светом. Я встаю, надеваю пижаму и нахожу свой телефон. Когда я уезжала от Картера, я обменяла свой телефон на новый, с одноразовым номером, чтобы его нельзя было отследить. Моя семья отреклась от меня, и все мои друзья покинули меня после того, как Картер начал ограничивать мои передвижения. Нет сообщений, которые нужно проверять. Никто в мире не заботится обо мне и не знает, где я.

Вместо этого я просматриваю новости, желая почувствовать хоть какую-то связь с внешним миром. Местный новостной сайт полон историй о коррупции и насилии, приправленных глупыми историями о том, как приятно чувствовать себя, например, на фотографии кота, выигравшего конкурс. Я вздыхаю, не находя ничего, что могло бы привлечь моё внимание, пока на экране не появляется улыбающееся лицо Картера.

У меня перехватывает дыхание, сердце сжимается в одном сильном ударе, который, кажется, будет последним.

«Местный бизнесмен заключил новый контракт», — таков заголовок. Я дочитываю статью до конца и узнаю, что Картер выиграл крупный контракт на предоставление недорогого жилья. Он много лет пытался заняться строительством, и, я думаю, он наконец-то решился на это. У него нет опыта, необходимого для управления компанией, которая занимается строительством жилья. Он будет обманывать их самым дешёвым способом, а любые инспекторы будут подкуплены. Именно так всегда действует Картер, оставляя за собой море катастроф. Бедные люди, которым придётся жить в таких условиях, столкнутся с бесконечными проблемами.

Но при упоминании суммы контракта у меня волосы встают дыбом. Более богатый Картер — более опасный Картер. Это даст ему ещё большую власть над Хэлли и косвенно надо мной.

Денег, которые я заработаю на этом годичном контракте, будет недостаточно, когда я буду сражаться против человека, у которого в карманах полно политиков. Это катастрофа. Меня охватывает безнадёжность.

Я тихо всхлипываю в ладонь, понимая, что могу разбудить любого из трёх мужчин в соседних комнатах. Если я их разбужу, они могут захотеть секса, а я не выдержу большего, даже если они крепкие и красивые, и с ними приятно, когда этого не должно быть.

Хэлли где-то там, и незнание, где именно, сводит меня с ума. Я не могу сосредоточиться. Я уже несколько недель не ела как следует. Косточки на моих бёдрах теперь более рельефные, чем были, когда я впервые встретила Картера, до того, как Хэлли сделала меня толстой.

В моей памяти всплывает лицо Шоны. Мы не были друзьями. Никто из тех, кто работал на Картера, не связывал себя ничем, кроме как мимолётным общением со мной. Несмотря на то, что я часто была окружена людьми, ему удалось изолировать меня. Но я часто замечала, что Шона смотрит на меня с жалостью в тёмных глазах. Она готовила мне мой любимый коктейль в баре без моей просьбы. Иногда она клала руку мне на плечо, если Картер из-за чего-то злился, и видела, как я вздрагивала. Когда Хэлли родилась, она подарила ей милого жёлтого кролика и погремушку, завернутые в розовую оберточную бумагу и перевязанные лентой. Внизу лежала коробка шоколадных конфет для меня, моих любимых.

Она не была моей подругой, но я чувствовала связь, которую она пыталась скрыть, опасаясь потерять работу. Она тоже презирала Картера. Это было очевидно по тому, как она смотрела ему в спину, словно желая, чтобы он упал замертво у неё на глазах.

Достаточно ли этого, чтобы рискнуть и спросить её о Хэлли?

Она может ничего не знать, но, с другой стороны, она может знать что-то важное, и я не думаю, что смогу продолжать в том же духе, когда под моей тревогой скрывается беспокойство. Я не могу быть матерью-неудачницей, которая не делает всё, что в моих силах, чтобы обеспечить безопасность своей дочери.

Я открываю приложение Мессенджер и нахожу в сумке номер Шоны. Добавляю её в качестве контакта и быстро набираю сообщение.

Привет, Шона, пожалуйста, никому не сообщай этот номер. Мне пришлось сменить его из-за К. Я далеко, там, где он никогда меня не найдёт. Я в безопасности, но со мной нет Х. К забрал её. Я не знаю, где она, и это сводит меня с ума от беспокойства. Я в отчаянии. Ты её видела? Ты знаешь, где она? С ней всё в порядке? Я надеюсь, что с тобой всё хорошо. Если ты можешь выбраться оттуда, ты должна это сделать. Там опасно. Он опасен. Делай, как я, и уходи, если сможешь. С.

Я не указываю в сообщении никаких имен, хотя, если не указывать их, это не делает менее очевидным, что оно от меня. Как только оно отправляется, у меня внутри всё переворачивается от беспокойства. Я не думаю, что она скажет Картеру, но я не могу знать наверняка. Я думаю, что она хороший человек, но знакомство с Картером заставляло меня сомневаться в собственном здравомыслии чаще, чем я могу вспомнить, и всякое доверие к людям, которое у меня было, исчезло вместе с моей любовью к нему.

Надеюсь, она скажет мне, что с Хэлли всё в порядке.

Моя милая принцесса будет скучать по мне. Я знаю, что она будет скучать. Связь, которую мы образовали, настолько крепка, что даже несколько недель разлуки не разрушат её.

«Тебя не будет целый год», — шепчет мой разум. «Даже если ты вернёшь её, она не вспомнит о тебе по прошествии стольких лет».

Та, кого Картер найдёт, чтобы присматривать за ней, станет её мамой. Возможно, его сестра.

Слёзы катятся из моих глаз, оставляя на пижаме тёмные пятна, прежде чем я успеваю их смахнуть. Моя пустая грудь ноет из-за моего ребёнка, заставляя меня свернуться калачиком.

Я смотрю на телефон, ожидая ответа Шоны, но ответа нет.

Не совершила ли я ошибку, из-за которой моя жизнь снова окажется в опасности? Рисковала ли я тремя лесорубами, которые являются моим билетом на свободу по истечении года контрактных обязательств?

«Тебе следует ознакомиться с контрактом», — убеждал меня Уэст.

Поэтому, вместо того чтобы смотреть на чёрный экран или тщетно пытаться уснуть, я нахожу контракт и читаю его от начала до конца.

Шона не отвечает.

Так что теперь я беспокоюсь не только о Хэлли, но и о том, что эта хижина, которая должна была стать моим надёжным убежищем, может стать местом опасности как снаружи, так и внутри.

Я закрываю глаза и пытаюсь представить милое личико Хэлли.

Я должна сосредоточиться на каждом шаге, который мне предстоит сделать, чтобы вернуть её.

Я чётко представляю, чего ожидают от меня Финн, Уэст и Джек.

Осталось триста шестьдесят три дня, и тогда я найду Хэлли, даже если это убьёт меня.

9. Прости нам наши прегрешения

Финн

Ранним утром дождь пробуждает меня от беспокойной ночи, стук по крыше хижины заменяет привычное щебетание птиц.

Он совпадает с пульсацией в моей голове.

Во рту у меня пересохло, а горечь от красного вина засела в горле. Я не любитель выпить, и к моему желудку подступает волна тошноты.

Сколько же этих чертовых бокалов мы выпили прошлой ночью?

Я выскальзываю из постели и открываю окно, вдыхая свежий запах влажной земли, который говорит о том, что дождь только начался. Я протягиваю руку и наслаждаюсь холодными, влажными каплями.

После стольких лет жизни на улице я ценю всё, что связано с жизнью в этой хижине в этом лесу.

Вчерашняя колкость Джека сильно задела меня. Он назвал меня бездомной собакой. Грёбаной бродячей собакой.

Я знаю, что иногда ему трудно держать язык за зубами. Он часто ввязывался в драки в барах, развязывая язык не тому человеку. Джек достаточно жесток и силен, чтобы в большинстве случаев выходить победителем, и после этого он всегда сожалеет. Он хороший человек и был для меня больше как член семьи, чем я мог ожидать от незнакомца. Но от осознания всего этого боль не становится меньше.

Я провёл большую часть ночи, ворочаясь с боку на бок. У Джека была миссия разозлить нас всех, и он чертовски хорошо справился со своей работой.

Время года меняется, и приближается зима. Но именно это время года я люблю больше всего — гулять по лесу, делать наброски карандашом или красками, чтобы запечатлеть, как краски переходят в более бледные оттенки. Мороз начинает придавать пейзажу эффект мерцания.