Проданная лесорубам (ЛП) - Бразер Стефани - Страница 19

На этот раз её слова не сопровождаются слезами или красными пятнами. Она дотрагивается до своей шеи, что ощущается как нервное движение, и я делаю шаг вперёд, чтобы обнять её, прежде чем Джек успеет испортить момент каким-нибудь другим загадочным комментарием о топорах.

Прежде чем я успеваю пересечь студию, звук шагов снаружи, шуршащих по подлеску, заставляет нас всех замереть на месте.

Чувство неловкости овладевает нами, когда Джек и Уэст быстро и бесшумно направляются к двери. Выражение неприкрытого ужаса, появившееся на лице Скай, говорит нам всё, что нам нужно знать.

Она от кого-то прячется. Она в бегах.

Но от кого и кто находится снаружи и наносит нам незваный визит?

10. Тени прошлого

Уэст

Тело Скай дрожит, а на лице застыла маска страха. Это экстремальная реакция на то, что, вероятно, в кустах за окном шуршит какое-то животное.

— Оставайся со Скай, — шиплю я на Финна. — Мы с Джеком проверим снаружи.

Джек вытирает пот и пыль с лица краем рубашки. Снаружи в лесу темно, только над входной дверью хижины горит маленькая лампочка. Я осматриваю местность, но ничего не нахожу. Мы с Джеком осторожно выходим из студии. Джек держит отвёртку под опасным углом. Я не думал, что приду вооруженным, но у меня есть кулаки, и они сослужили мне хорошую службу за эти годы.

— Обойди стороной. — Джек наклоняет голову и начинает идти. Для такого крупного, импозантного мужчины он умеет передвигаться бесшумно.

Джек первым обходит дом с левой стороны и останавливается.

— Итан, какого хрена ты делаешь?

Когда я подхожу к Джеку, Итан отстраняется от кухонного окна, где он сидел, прижавшись лицом к стеклу. Он выпрямляется, затем слегка пошатывается, улыбаясь ртом, полным жёлтых зубов. Чуваку серьёзно нужно сходить к стоматологу.

— Ищу симпатичную девушку, которая у тебя там есть. Я подумал, что если она трахается с тремя вонючими лесорубами, то не будет возражать против четвертого. — Он делает шаг вперёд и переступает с ноги на ногу. Я почти ожидаю, что он рухнет на землю, но он выпрямляется. — Где она?

Джек делает шаг вперёд, держа отвертку опущенной, но хорошо видимой. Он выпрямляется, расправляя плечи, отчего его и без того огромная фигура становится ещё шире. Я присоединяюсь к нему, создавая барьер между Итаном и Скай, которая в данный момент прячется в студии. Этот грёбаный мудак и близко не подойдёт к нашей девочке.

— Тебе нужно убираться отсюда, — голос Джека спокоен, но в нём слышится скрытая угроза, от которой может похолодеть Сахара. Он не говорит о том, что сделал в своей жизни. Как бывший офицер правоохранительных органов, я могу себе представить, что бывали случаи, когда он переступал черту дозволенного. По собственному военному опыту я знаю, что в горячке событий может произойти многое, что при холодном свете дня кажется ужасным. Но Джек справляется с жестокостью, которая витает в нём, как призрак. Я тоже, но только до определённого момента. Угрожайте мне или чему-то, что принадлежит мне, и всё закончится.

Но ты кое-что отнял у него.

Вот почему он здесь. Скай — всего лишь прикрытие. Он хочет заставить меня заплатить за смерть Гарольда. Время ничего не меняет. Совместные действия на работе тоже ничего не изменят. Его брат умер, и он винит меня.

И я заслуживаю порицания.

— Я никуда не уйду. — Итан бросается вперёд, его слова срываются с губ, которые, кажется, он не контролирует.

Джек стоит на своём, и я тоже.

— Это наша земля, Итан. И ты вторгся на чужую территорию. — Рука Джека с оружием дёргается, и взгляд Итана падает на длинную, острую сталь.

Даже будучи пьяным, он, должно быть, понимает, что ему угрожает опасность. Двое против одного — не слишком большое преимущество, когда имеешь дело с людьми, зарабатывающими на жизнь тем, что таскают бревна.

— Всё, чего я хочу, — это попробовать. Ты мне многим обязан.

— Я дам тебе попробовать кое-что, — говорит Джек. — Твою собственную грёбаную кровь. А теперь убирайся отсюда.

— ТЫ МНЕ ДОЛЖЕН… — лицо Итана искажается, он краснеет от ярости, и он тычет в меня пальцем. — ТЫ, БЛЯДЬ, У МЕНЯ В ДОЛГУ, УЭСТ. ТЫ, БЛЯДЬ, МОЙ ДОЛЖНИК, ЗА БРАТА!

От муки в его голосе у меня разрывается сердце. Я чувствую всю вину за то, что был единственным, кто спасся от падающего дерева. Испуганное лицо Гарольда, когда он оттолкнул меня с дороги, и то, как оно не изменилось, когда огромная ветка зацепила его и придавила к земле, так отчётливо запечатлелось в моей памяти.

Я не заслуживал того, чтобы жить. Он не заслуживал смерти.

Это была моя ошибка, и Гарольд заплатил за неё своей жизнью.

Теперь Итан каждый день страдает от горя.

— Он тебе ничего не должен, Итан. Это был несчастный случай. Ты это знаешь. Я знаю это. Уэст это знает. Гарольд был хорошим парнем, и он поставил жизнь своего приятеля превыше своей собственной. В тот день он был героем. И никакая киска его не вернёт. В твоих словах нет никакого смысла.

Джек неуклюже шагает вперёд, поднимая отвертку достаточно высоко, чтобы вызвать панику в глазах Итана. Один удар такой длины пронзил бы ему череп, и мы были бы в праве разобраться с нарушителем границ нашей земли в темноте.

— Всё, чего я хочу, — это попробовать эту девушку на вкус. Какое это имеет значение для тебя? Ты купил её. Она твоя, и ты можешь ею распоряжаться, если хочешь.

— Блядь, Итан. Ты отвратителен, — шипит Джек. — Иди и найди себе шлюху.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, слушает ли Скай. Финн стоит у открытой двери студии, загораживая нас от неё, но голоса доносятся сквозь тишину деревьев, нависающих над нами безветренной ночью. Она не шлюха. В любом случае, я не вижу её такой. Наше соглашение о контракте может включать секс, но это только часть того, ради чего она здесь. Я бы никогда не стал смотреть на неё свысока за то, что она делает то, что ей нужно, чтобы выжить.

Итан отшатывается, алкоголь нарушает его координацию. Его глаза широко раскрыты, и он бормочет что-то себе под нос, как ведьма, произносящая заклинание. Что-то о том, что в тот день должен был умереть я, и как он проклинает мою жизнь.

Он не знает, сколько раз я жалел, что не я умер, а Гарольд остался бы жив. Он был моим другом, и бремя его героизма только разрушило мою жизнь.

Скай не шлюха. Она — бальзам для трёх одиноких, запутавшихся мужчин, которые скучают по обществу женщины, но слишком измучены, чтобы найти ту, которая останется рядом. Она не знает этого, но у неё есть вся власть.

— Просто уходи, — говорю я Итану. Это самое убедительное заявление, на которое я способен. — Просто убирайся отсюда, пока нам не пришлось надрать тебе задницу.

— Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! — выплевывает он. — Я ТЕБЯ ЧЕРТОВСКИ НЕНАВИЖУ!

— Да, ну, мы тоже не то чтобы влюблены в тебя, чувак. Просто иди домой и протрезвей.

Джек резко подается вперёд, и Итан отшатывается от его агрессии.

— Ты мог бы просто отдать её мне. Она мне надолго не понадобится.

— УХОДИ! — кричу я, не желая больше ничего слышать.

— Ты не можешь всё время следить за ней, Уэст. — Он прищуривается, глядя на меня, и отступает ещё на шаг. — Тебе нужно работать, а она будет одна в этой отдалённой хижине, — Итан поднимает руку и обводит взглядом пустынный лесной массив, посреди которого мы стоим. — Я доберусь до неё так или иначе.

— Клянусь богом. — Джек мгновенно теряет самообладание, как и я. Это прямая угроза Скай, и ему это с рук не сойдёт. Джек роняет отвертку, понимая, что она ему не понадобится против пьяной задницы Итана.

Кулак Джека попадает в цель первым, и Итан падает на землю.

— Ты мог бы просто уйти, — рычит он, нанося ещё один удар. Я пинаю Итана ногой, и он сворачивается калачиком. — Ты мог бы уйти, но теперь ты ставишь меня в положение, когда я должен преподать тебе гребаный урок.

Итан закрывает лицо руками, когда Джек наносит ещё три удара. Его плоть натыкается на носок моего рабочего ботинка, когда я наношу ему столько пинков, что он навсегда пожалеет о том, что угрожал изнасиловать Скай.