Покажи мне космос (СИ) - Каптейн Лина - Страница 27

Как я и думала, кафе располагается на набережной. Отсюда открывается чудесный вид на противоположный берег. Мзымта весело шумит рядом, и от нее веет свежестью и прохладой.

К счастью, тучи не добираются до нас, проливаясь дождем над горами. Поэтому прятаться внутри заведения не приходится, а от южного солнца вполне спасает больший белый зонт.

Загорелый официант мгновенно приносит нам меню, и я углубляюсь в его изучение.

— Ты же здесь не в первый раз. Посоветуешь что-нибудь? — интересуюсь я у Филиппа.

— Хинкали, шашлык, осетинские пироги, — начинает загибать пальцы он.

Кажется, я толстею от одних названий этих блюд.

— Издеваешься, да?

— Ни капельки. Разве можно приехать на Кавказ и не попробовать кавказскую кухню?

— А есть у них что-нибудь… полегче? Желательно без теста.

— Тогда могу посоветовать радужную форель на гриле. Она местная, недалеко разводят.

— Отлично! Возьму ее.

Когда к нам возвращается официант, я заказываю рыбу. И очень удивляюсь, потому что Филипп выбирает то же самое.

— Повторяешь за мной? А как же шашлык? — допытываюсь у него я.

Он спокойно встречает мой взгляд.

— Вовсе не повторяю. Просто я больше люблю рыбу, чем мясо. Постоянно рыбачил с дедушкой в детстве.

— Понятно…

Никогда бы не подумала, что у нас похожие вкусы в еде. Мы же — совершенно разные люди с разными интересами и предпочтениями.

С другой стороны, именно он увел у меня ананасовый сок на второй день после приезда в лагерь.

А еще Филипп любит плавать, играть в командные игры и побеждать в них. Совсем как я.

Может, между нами есть и другие сходства. Мы же пока мало знаем друг друга.

Это внезапное осознание вводит меня в ступор и лишь такой же внезапный окрик выводит из него:

— Вот вы где! Наконец-то я вас нашла!

К столику подбегает Настя. Ее голубые глаза светятся от восторга, а щеки сияют ярким румянцем.

Она сразу подсаживается ко мне и вытаскивает из рюкзака телефон.

— Ты не представляешь, как там было круто! Смотри! — Без лишних предисловий Настя начинает показывать фото с вершины.

Вот ребята стоят на деревянном помосте, огороженном парапетом. Рядом с ними надпись «Роза Хутор 2320 м», а дальше — только горные пики и облака.

Вот Настя и Костя на том же месте. Вот Настя одна.

А вот…

— Это что за йети? — Я подскакиваю в кресле, увидев жутковатую фигуру снежного человека. Он улыбается, опираясь на сноуборд.

— Просто скульптура, — поясняет Настя. — Прикольная, да?

Филипп, кажется, разделяет ее мнение, потому что тихонько посмеивается, в то время как я говорю:

— Ну такое…

Вслед за моей одногруппницей подтягиваются остальные ребята. Они тоже в отличном настроении, хоть и не прыгают от радости.

Все, кроме Златы.

Глава 42

Поначалу Злата кажется поникшей, однако слегка приободряется, когда получает возможность сесть по левую руку от Филиппа.

— Вы давно здесь? — тем временем интересуется Дана, заняв место рядом с филологической девой.

— Какое-то время, — уклончиво отвечаю я.

Думаю, ребятам не стоит знать, что мы с Филиппом не меньше получаса просидели на лавочке у смотровой площадки и лишь потом спустились.

Кто-нибудь может неправильно все понять, так что я слушаю их рассказ о подъеме на вершину и стараюсь не занимать эфир собой.

— Ты очень многое потеряла, Рит, — ожидаемо говорит Настя. — Но обязательно наверстаешь. Я в тебя верю!

— Если дело в горной болезни — она не лечится, — замечает Дана. — Возможно, ты восприимчива к высоте, и тебе нельзя подниматься.

— Давайте будем надеяться на лучшее. Рита справится и в следующий раз тоже побывает на пике.

— Конечно, — улыбаюсь я. — В следующий раз все получится.

— Не сомневаюсь, — добавляет Филипп, и улыбка начинает сползать с моего лица.

Лишь бы он не разболтал ребятам, как мы провели время в их отсутствие.

Пусть только попробует!

Я предупреждающе смотрю на Филиппа и едва заметно качаю головой из стороны в сторону. К счастью, он понимает сигнал правильно. Однако до конца обеда практически не сводит с меня глаз.

Кажется, интерес Филиппа к моей персоне не укрывается ни от кого за столом. Особенно когда появляется официант, и все видят, что мы заказали одинаковые блюда.

Ну, почти все. Настю это мало заботит. Она продолжает фонтанировать впечатлениями и восторгаться красотами гор, которые увидела впервые в жизни.

А вот Дана с Костей периодически бросают в нашу сторону понимающие взгляды и улыбки.

Хочется объяснить, что дело обстоит не так, как они думают.

Между мной и Филиппом ничего не было и нет.

Тем временем губы Златы привычно вытягиваются в тонкую линию. Это выражение не сходит с ее лица и после ужина.

По дороге обратно она смотрит на меня волком. Словно я — преступница, которая ограбила ее средь бела дня.

Я стараюсь не обращать внимания на Злату и пытаюсь разрядить обстановку, разговаривая с другими ребятами. Не хочется, чтобы мрачные взгляды филологической девы испортили всем настроение.

Однако кое-что действительно выбивает из колеи, когда мы возвращаемся в лагерь вечером.

Проводив нас, мальчики возвращаются в свой корпус. И ничто не предвещает беды, пока я вслед за девочками не захожу в фойе нашего, и у меня не развязывается шнурок на кроссовке.

— Вы идите, я догоню, — говорю я.

— Ага, — кивает Настя, и они с Даной и Златой вызывают лифт.

Когда двери за ними закрываются, я выпрямляюсь, чтобы нажать на кнопку снова. Но от неожиданности вздрагиваю, услышав до боли знакомый голос:

— Ты не пришла.

У меня за спиной стоит мой бывший.

Я оборачиваюсь и вижу его в коридоре, ведущем к комнатам на первом этаже. Паша будто специально спрятался, чтобы его не заметили раньше времени.

— А я и не обещала прийти, — усмехаюсь я, когда он подходит ближе.

Надеюсь, бравада поможет скрыть то, насколько мне не по себе от его появления. Сердце словно замирает, а дыхание перехватывает.

Филипп с Костей наверняка уже в своей комнате. И девочкам я позволила уехать наверх.

Сейчас никто не спасет меня, как утром во время завтрака.

— Но ты получила мое сообщение, — говорит Паша.

— Получила.

Он делает еще шаг вперед, заставляя меня отступить.

Нельзя позволять Паше сокращать расстояние между нами. Нельзя смотреть в эти пронзительные серо-голубые глаза.

Иначе моя уверенность разрушится, словно замок из песка во время прилива.

— Тогда давай уже помиримся, — неожиданно произносит Паша.

— Что?

Я определенно ослышалась.

Он не мог сказать ничего подобного, особенно после нескольких месяцев молчания. Вряд ли мысли обо мне вообще приходили в его белокурую голову.

Однако Паша вкрадчиво продолжает, отчего мои глаза округляются еще больше:

— Давай закончим эту дурацкую ссору, Рит.

Глава 43

— Мы столько раз ругались, но раньше всегда мирились. Помнишь, как часто мы наступали друг другу на ноги, когда встали в пару?

— Тогда было иначе. А что было, то прошло.

Он правда не понимает, насколько ситуация изменилась с тех пор? Причем изменилась из-за него.

Удивительно, как ему удается делать вид, что ничего серьезного не произошло!

— Но все еще может стать как прежде.

— Не может.

Я отворачиваюсь, пряча руки в карманы джинсовки. Паша не должен увидеть мои дрожащие пальцы.

Он знает, на какие точки давить. Говорит именно те слова, которые я боялась, но в глубине души желала услышать.

После Студвесны очень хотелось, чтобы увиденное оказалось сном. Чтобы этот день удалили из жизни и она вернулась на круги своя.

Чтобы Паша, мой Паша, оставался только моим.

Я просто не могла поверить в случившееся. Не могла понять и принять его поступок.

А теперь Паша стоит рядом и говорит все эти слова. Как много лет назад клялся, что будет любить вечно.