Хозяйка забытой усадьбы (СИ) - Воронцова Александра - Страница 19

Никаких скидок мерзавцу, практически отдавшему меня на растерзание королю.

– С этим более или менее понятно. Я про «неспокойные времена», – я разлила свежий чай по чашкам и пододвинула к Фабио розетку с вареньем все из той же кладовки. Вроде бы не забродило, но прежде чем попробовать самой, я решила понаблюдать за гостем. – Но как ваши поиски «крысы» относятся к попытке взлома моего дома?

Я подозревала, что именно здесь кроется секрет интереса к "Забытой усадьбе" и Дантесоля, и самого наместника. И судя по выражению лица секретаря, я задала очень правильный вопрос.

Глава 19. Кажется, везение закончилось

– Госпожа Даргуа, мы, кажется, договаривались, что щепетильных вопросов касаться не станем, – укоризненно посмотрел на меня Фабио.

– Да уж какая тут щепетильность? – сдув кудрявую прядь со лба, возмутилась Марсия. – Мы живем в этом доме!

– Меня тоже посвящают далеко не во все детали, – вздохнул секретарь, но под суровым взглядом горничной сдулся. – Скажем так, пустые дома – это магнит для всякого рода сомнительных личностей, от которых мы пытаемся избавить город. И возможно, я повторяю, только возможно, кто-то из стражей перешел на сторону врага. Это не может не печалить, но мы обязательно проведем проверку…

Печалит?

Проверку?

Как в Форталезасе любят проверки. Просто диво дивное.

– Однако, – я все же рискнула намазать подозрительное варенье на ароматный мякиш, – стража меня вчера уже навестила, – я из-под ресниц посмотрела на Фабио и отметила, что тот явно удивлен подобной инициативой. – И доблестной городской охране доподлинно известно, что дом больше не пустует.

Фабио заерзал и отвел взгляд.

Ага.

– Есть вероятность, что тот, кто приходил к вам ночью, что-то в доме оставил и хотел это забрать, однако, столкнувшись с вашим заклинанием, решил не поднимать шума, – при этих словах секретарь неосознанно встряхнул рукой, и я увидела у него на ладони множество мелких красных точек. Видимо, заклинание действительно попыталось прошить руку юноше.

Я окончательно устыдилась:

– Я приношу вам искренние извинения, – залепетала я, пытаясь унять ноющее чувство в груди, которое всегда возникает, когда представляешь, как кому-то больно.

– Не стоит, – отмахнулся Фабио. – Безопасность важнее всего. Тем более что ваши меры принесли плоды. Это, скорее, моя вина. Мне стоило сначала постучать. Все уже заживает, и я по дороге в префектуру загляну к городскому целителю, а то мэтр, наверное, скучает без дела.

Я отметила, как ловко секретарь перевел разговор на другую тему. Несмотря на юный возраст, он явно не зря ел свой хлеб. Еще немного поднатаскается на службе, и станет матерым интриганом.

А тем временем я прекрасно понимала, что забыть в доме что-либо можно было только до того, как его запечатали рунами и постановлением наместника. И вряд ли эта таинственная вещь так долго ждала своего часа.

Что касается Дантесоля, я вообще сомневалась, что он когда-то прежде бывал в Северной провинции.

Да и сам лорд-герцог хотел приобрести усадьбу.

Так что Фабио определенно юлил, и насчет того, что его не посвящают в детали, явно кокетничал.

Однако настаивать на продолжении темы я не стала. Сейчас это было бесполезно. И, перебравшись в гостиную, я позволила секретарю заняться тем, ради чего он, собственно, и пришел.

Правил оказалось не то чтобы много, чувствовалось, что в какой-то момент запал Сангриено иссяк, но почти все они заканчивались одинаково: «И если встретите скачущего коня – уступите ему дорогу!».

Да уж, я бы точно провалила экзамен, зато к концу занятия эта фраза намертво отложилась у меня в памяти.

Оставив мне на память копию этого занимательного труда за авторством бывшего жениха, Фабио откланялся, и Марсия, которой очень непросто дались эти два часа, с облегчением смылась на рынок, клятвенно пообещав во что бы то ни стало разжиться хотя бы огурцами и редиской.

Я же, пока ее не было, закончив разбирать сундуки и дорожные сумки, вместо того, чтобы по-честному заняться прополкой одуванчиков, решила проверить, что же у нас в бочонках, стоящих в погребе.

Оказалось, что в одном из них до краев налит мед, а другой наполовину заполнен пивными дрожжами. На такую удачу я и не рассчитывала. Но, в конце концов, должно же и мне хоть когда-то повезти, правда?

Еще большим сюрпризом стало то, что бочонком с медом подпиралась заслонка маленького ледника, как и все хозяйственные помещения в доме, защищенного руной.

С трепетом заглянув в холодное нутро, я обнаружила, что из припасов там хранилась одна-единственная рыбина и кусок говядины на косточке. Остальные полки были пусты. Жаль, но нам ведь не армию кормить. И того, что есть, нам с Марсией хватит на несколько дней, а потом придется трясти кошелем Ксавье, выгребая из него оставшиеся монеты.

Дальше в ход пойдут мои сбережения, которых тоже было немного, так что первейшей задачей становилось укрепление финансового положения, но на голодный желудок думалось плохо, поэтому, прихватив мясо, я взялась за готовку.

Ограбив кладовку, я почистила морковку, крупно ее нашинковала и выложила на дно кастрюли вместе с остатками порея за неимением репчатого лука, с ним было бы ароматнее, но Марсия еще не вернулась.

Срезав с говядины и промыв кость, я и ее запустила к овощам и поставила вариться бульон. Половину мяса я отложила, определив, что завтра я из него испеку пастуший пирог, а вторую половину я пущу на рагу сегодня.

При мысли о рагу из говядины рот наполнялся слюной. Я так увлеченно полосовала мясо соломкой, что пропустила возвращение Марсии, которая превзошла все мои самые смелые ожидания и принесла не только огурцы и редиску, но и несколько вполне плотных томатов, и даже лук. Как оказалось, у одной из торговок есть теплица. На глазах у изумленной горничной я надрезала помидоры и залила кипятком. И пока плоды готовились расстаться со шкуркой и превратиться в пюре, я раздела картофелины и нарезала их дольками. Две сковороды отправились на горячие камни, и через минуту на одной зашкворчало мясо, а на другой румянилась картошка.

Когда тонкие полукольца репчатого лука присоединились к говядине, я перетерла лишенные кожицы томаты, добавила к мясу и, к удивлению Марсии, настрогала туда оставшиеся в пузатой банке после завтрака маринованные огурчики.

Я почти пританцовывала, предвкушая, как вкусно мы сейчас пообедаем.

Тем временем настало время процедить бульон в первый раз. Вываренные морковка и лук его покинули, но прежде чем я добавила в него немного подсохший имбирь, чеснок и стручок жгучего перца, я зачерпнула ароматной, пахнущей чуть сладковато жидкости и плеснула в сковороду. В уже подтушенное рагу окунулась зажаренная картошка, отправились чеснок, соль и перец.

Мы с Марсией уплетали готовое блюдо за обе щеки.

Нежное мясо, сохранившее в себе соки благодаря обжарке, кислинка томатов, остринка чеснока, рыхлая картошечка и упругий пикантный огурчик – союз этих вкусов привел мою душу в гармонию со всем миром.

У этого пиршества был всего один недостаток: после него совершенно не хотелось что-нибудь делать, и я решила прогуляться.

Ноги сами принесли меня к дому старика Горганза. Памятуя о том, что для того, чтобы подлизаться к рунисту, нужны круассаны, я и не думала заглядывать к нему сегодня, оставив это на завтра. Сначала проклятый экзамен, а потом уже тайны «Забытой усадьбы».

Однако, когда я, полюбовавшись на набирающие цвет бутоны пионов, уже собралась возвращаться, калитка ворот сама распахнулась, и из нее широким шагом, будучи явно не в духе, вышел никто иной, как лорд-герцог.

Глава 20. Карьерный рост

Сангриено выходил так стремительно, что я была вынуждена отшатнуться.

Его светлость был явно не в духе.