Хозяйка забытой усадьбы (СИ) - Воронцова Александра - Страница 7

Оставалось только хмыкнуть на это. Королевская стража занята поимкой главной угрозы Хвиссинии – девиц с даром.

Впрочем, временное одиночество было нам на руку. Вряд ли в ближайшей деревне, где будет следующая остановка, к нам подсядет кто-то, кто сможет меня опознать.

– Ле… Госпожа Манон, – исправилась Марсия, с трудом привыкая называть меня по-иному, – а что вы такое делали перед отъездом? И зачем вам были нужны тухлые яйца и крапива?

Против воли губы сами собой растянулись в улыбке.

– Ты говорила, что Изольда обожала мерить мои платья… – напомнила я Марсии. – И я, собирая вещи, наткнулась на один из своих бальных нарядов, от которого Иза просто сходила с ума и изводила меня требованием его отдать ей.

Да, бальные платья мне шились, но отец так и не вывел меня в свет. Вместо дебюта при дворе я получила поездку в пансион. Я была так расстроена тогда, что на слова сестры, что мне и носить его будет негде, я забрала его с собой в Королевство. Увы, так и не надела.

– Да, – Марсия восхищенно выдохнула. – Очень красивое платье, жаль, что вы его не взяли.

– И куда бы я его носила? – усмехнулась печально я. – На рынок? Зато я уверена, что Иза не устоит и захочет его примерить. И ее ждет маленький сюрприз. Или не очень маленький…

И стараясь не хихикать злобно, я поведала Марсии, что как только Изольда затянет шнуровку, она ощутит на себе всю пользу крапивы. Небольшое колдовство – так смеясь говорила мама про такие шалости с рунами.

После смерти мамы уроки классической магии мне давали только в пансионе, но до отъезда я тайком по маминым тетрадям изучала руны. Они казались таинственными и мистическими. А еще… они сохраняли заклинающего анонимным. В отличие от классической магии, руны не оставляли следов. Руну можно было разрушить, если знать как, но вот кто ее сотворил…

Иза, конечно же, догадается, но у не будет доказательств. Если бы я оставалась дома, я бы не рискнула так подставляться. Еще слишком живо воспоминание о том, как сестра меня чуть не прокляла. Однако, на таком расстоянии это ей не по силам. Суеверные люди считали, что можно проклясть по личной вещи, но это глупости. Нужен прямой доступ к ауре.

И я решила себе позволить маленькую, возможно, мелочную месть. Мне нужно было хоть как-то отомстить. Гнев и обиды подтачивали меня. Я всегда была примерной дочерью и порядочной леди, и что мне это принесло? Так что вины за собой я не чувствовала. К тому же ничего опасного я не сделала, всего лишь трансформировала маленькое бытовое заклинание, призванное сохранять мягкость тканей, и на его основе создала безобидную руну, которая немного поменяет эффект. И вместо шелковистости сделает платье словно созданным из крапивы.

И если кто-то возьмется проверять, то они увидят лишь то самое первое заклинание классической магии. Какая крапива? О чем вы?

Жаль, я не увижу, как Иза покроется волдырями и красными пятнами и будет чесаться, как шелудивая.

Похожим образом я поступила и с тухлыми яйцами. Разумеется, я бы ни за что не стала раскладывать эту гадость по дому, но законсервировать запах… почему бы и нет. А через сутки дом весь пропахнет миазмами. Пока руну не уничтожат, ничего не изменится.

Жалкая бытовая магия в действии.

Да-да…

Ну и так, я еще по мелочи повеселилась… зато от души. Я же теперь была не очень леди, могла позволить себе неблагородное поведение.

Было досадно, что я никак не могла отплатить Грегори, но я истово надеялась, что у меня еще появится шанс поквитаться, а вот господину Сентиносу отсыпала от своих щедрот сама Марсия.

Пока я устраивала спектакль, оттягивая момент подписания договора, горничная приготовила поверенному чай, но уже на собственный вкус. Через некоторое время ему сделалось не по себе. Это так замечательно, что вкус желудочных капель заглушается всего парой капелек бренди…

Скрестив пальцы за спиной, я лгала в лиловое от натуги лицо господина Сентиноса, что с самого утра пришлю Марсию с подписанными бумагами. Обстоятельства, которые были готовы ыот-ыот вырваться наружу, помешали поверенному настоять на немедленном завершении сделки. К тому же, он был уверен, что деваться мне некуда. В самом деле, если бы не появление в моей жизни Ксавье, мне бы ничего иного не оставалось.

– Ле… – опять споткнулась на обращении Марсия и виновато на меня посмотрела, – Госпожа Манон, теперь ведь все кончилось, правда?

Лгать не было смысла, и я порывисто обняла ее.

Мне бы очень хотелось обнадежить подругу по несчастью, но, увы, все лишь начиналось. И будущее еще покажет, из чего я сделана.

– Все равно, – пробубнила горничная. – Жалко ваших красивых нарядов.

– Это мелочи, – пожала я плечами. В какой-то момент я поняла, что это всего лишь тряпки.

– Ничего не мелочи! Вот как нам вас замуж выдавать?

– Ох, это последнее, что меня волнует. Мне совсем не до женихов.

Я говорила искренне. За мою недолгую жизнь у меня уже было целых два жениха. И оба гада. Кажется, мужчины – это не мое.

– И поэтому вы взяли с собой ту тетрадь с романом? – хитро покосилась на меня Марсия, заставив покраснеть. – Я ведь туда заглянула. Читаю я медленно, но я все-все поняла.

Подо мной будто муравейник зашевелился. Захотелось спрятать полыхающее лицо. От руки переписанная копия скандального в Королевстве романа «Страстная страсть»… Очень непристойное чтение.

– Мне его подарила одна леди в пансионе… – попыталась откреститься я.

– Ну да, ну да, – не поверила Марсия.

– А ты целовалась с гильдийцем! – не найдя вразумительных аргументов в свою защиту, уличила я горничную. – Я все видела! Там, за каретой!

Настала очередь Марсии краснеть.

– Да ну его, – буркнула горничная. – На жениха не тенят. Зато прохода не дает.

Я наемника понимаю. Она вся была словно воздушный эклерчик. Вот-вот брызнет сливочная начинка с ванильными нотками. Хорошенькая и аппетитная.

Мы обе призадумались о своей несложившейся личной жизни и под мерное раскачивание кареты задремали. Очнулись ранним утром, когда первая стоянка уже подходила к концу, и стали подсаживаться другие пассажиры.

Под болтовню двух пожилых женщин почти задремала вновь, когда одна фраза заставила меня похолодеть, и я решилась прервать беседу незнакомок.

– Простите, я тоже еду в Северную провинцию… Вы сказали, что ввели какие-то правила…

Силы Небесные! Пусть мне просто послышалось!

Недовольные моим вмешательством в размеренный разговор о рассаде петуний, мне все же ответили:

– Да. Если вы собираетесь там поселиться, а не погостить у местных, вам необходимо подать личное прошение наместнику. Лорд-герцог лично подписывает разрешение.

Глава 8. Первые препятствия

Когда спустя пять дней мы вышли ранним утром на станции в Форталезасе, я от всей души ненавидела дороги, кареты и, в общем-то, людей.

Мне до сих пор мерещился царивший на постоялых дворах запах тушеной капусты и перекисшей браги. Я с содроганием вспоминала влажные серые простыни, клопов, чувствовавших себя в комнатах постояльце вполне вольготно, и мышей, скребущихся за перекрытиями.

И несмотря на то, что перед каждой ночевкой с помощью своей магии я приводила номер в приемлемое состояние, у меня все равно время от времени возникало желание почесаться.

Оказалось, я гораздо более неженка, чем о себе думала. Однако меня грела и успокаивала мысль, что эти неудобства – ничтожная цена за свободу.

Тем более, что последний поздний ужин в придорожном трактире уже на территории Северной провинции показался мне сносным. По крайней мере, при взгляде на миску не возникало ощущения, что похлебку уже кто-то ел до меня.

Тело ломило от долгой неподвижности, да и мой изнеженный мягкими диванами зад тоже жаловался на неудобные деревянные сидения почтовой кареты. Увы, размять ноги во время поездки удавалось нечасто, и сейчас я с удовольствием прогуливалась вдоль станции, пока выгружали наш багаж, и откровенно глазела по сторонам, благо траурная вуаль на капоре позволяла не выглядеть дикой деревенщиной, впервые попавшей в город.