Хозяйка забытой усадьбы (СИ) - Воронцова Александра - Страница 9

Ой.

Руку кольнуло холодом. Не узором, а руной.

Пока я не прикоснулась, калитка была заперта, а теперь, признав во мне хозяйку, открылась.

С замиранием сердца я вступила внутрь и медленно побрела к дому. Когда-то он был уютен и приятен взгляду. Сейчас все выглядело печально. Намного грустнее, чем виделось из-за ворот.

А еще на главной двери висело уже пожелтевшее от времени предписание с печатью наместника, требующее от владельца немедленно посетить префектуру.

Проигнорировать уведомление не удалось. При попытке прикоснуться к дверям оно стрелялось молниями. С черным входом дело обстояло так же.

Кажется, выхода у меня не было. Если я собираюсь провести ночь под этой крышей, придется отправиться к лорд-герцогу.

Глава 9. Курицы и вороны

Душераздирающе вздохнув, я отправилась обратно к воротам и застала Марсию, наблюдающей за тем, как мальчишки волоком протаскивали сундуки в калитку. Они постоянно награждали друг друга тычками и подначками, отчего дело продвигалось медленно, но все-таки шло.

– А далеко ли до префектуры? – обратилась я к тому шустряку, что обозвал нас тетеньками. На вид ему был лет десять или чуть поболее того. Уж наверно должен быть в курсе, где у них тут такое важное место.

Отвесив дружеского пинка товарищу, он уселся на сундук и хитро уставился на Марсию, явно вымогая еще монетку за сведения. Горничная же, хмыкнув, ухватила мальчишку за ухо, пробуждая в нем добрососедские чувства.

– Ай! – заныл тот, хотя было видно, что Марсия не усердствовала. – Да недалеко тут.

Недалеко – это хорошо. После долгой дороги мне совершенно никуда не хотелось. Отчаянно желалось умыться, сменить хоть и чистое благодаря моим усилиям, но надоевшее до зубовного скрежета платье и выпить чашечку чая с чем-нибудь посущественнее. Например, с бараньей отбивной.

Но не нужно было быть выдающегося ума, чтобы понять, что в доме нас не ждут чистые постели и лохани с горячей водой. Да и съестного там, скорее всего, тоже нет. Стало быть, все равно нужно было заглянуть в лавку.

– Что-то случилось… госпожа Манон? – Марсия вглядывалась в мою вуаль, будто надеялась прочитать сквозь нее.

– Предписание лорда-герцога не дает мне войти в дверь, – горестно впожаловалась я. – А ставни на первом этажи заперты изнутри. Придется идти. Очень надеюсь, что мы не задолжали каких-нибудь налогов.

Меня даже передернуло. Как раз этому меня учили, как и любую леди благородного происхождения. Но на ближайшее время каждая медяшка была на счету, и в скором будущем никаких поступлений не предвиделось. Конечно же, был еще вексель от Главы гильдии наемников, но мне не хотелось предъявлять его в банк. Очень уж он был специфический, и явно вызовет пристальное внимание к моей персоне.

– Отсюда видать окна второго этажа, они без ставен, – подсказала Марсия и осеклась, очевидно представив, как я в своих многослойных юбках стану корячиться. Запросто повисну на панталонах на каком-нибудь суку.

Мальчишки рядом даже дыхание затаили. Им страсть как хотелось посмотреть на лезущую в окно тетеньку. Взгляд горничной опять упал на шельмеца с красным ухом.

– А эти на что? Их хлебом не корми, дай куда-нибудь залезть. Пусть через крышу спустится…

В самом деле, одна из веток старого раскидистого дуба почти лежала на кровле. Судя по заблестевшим в предвкушении глазам сорванца, Марсия была недалека от истины, но…

Я снова тяжело вздохнула:

– Какие гарантии, что крыша не прохудилась и не обвалится? Слишком большой риск, – покачала я головой. – К тому же, мне в любом случае нужно подать прошение на заселение.

Мальчишка не утерпел:

– А вы тут прямо жить, что ли, будете? – влез он. – Тогда я у вас летом яблоки рвать буду, – не то спросил, не поставил в известность.

Лето… До лета еще далеко.

– Там посмотрим, – не спешила я раздавать преференции. Не то чтобы я была жадной, но яблоки я и сама люблю. – Так где, говоришь, у вас префектура?

– Через три улицы налево будет площадь. Не промахнетесь. Только там сегодня ярмарка, берегите карманы, – позаботился обо мне маленький прохиндей. – Лорд-наместник строгий, но пацанва иногда смеха ради балуется.

– А ты так не делаешь, значит? – усмехнулась Марсия.

Снисходительно посмотрев на нее, мальчишка подозвал приятелей и принялся толкать сундук дальше. Ишь ты. Пацанва. Ну-ну, главарь местной шайки. Вид у него был разбойный, но обаятельный. Особенно подкупали буйные блестящие вихры в союзе с ямочками на щеках.

Подтверждая, горничная проворчала:

– Еще лет пять, и девки за ним табуном ходить будут.

Я захихикала. Это прозвучало как-то по-матерински сварливо, хотя самой Марсии было еще меньше лет, чем мне. Правда, о жизни она знала больше моего.

– Пойду, надеюсь, там именно сегодня нет очереди из желающих поселиться в Форталезасе, – решилась я. То, что с нами до конечной станции доехали только трое, внушало оптимизм.

– Да как же вы одна? В незнакомом городе? – всплеснула руками Марсия.

– Ну уж не страшнее столицы, – усмехнулась я. – Там-то я как-то справлялась.

Мальчишки опять на секунду затихли, навострив уши. Новостями разживались.

– А ты за вещами пригляди, – попросила я. – Постараюсь принести что-нибудь из еды.

И подхватив свой ридикюль, который совершенно не подходил к моему вдовьему наряду, я отправилась по указанному мальчишкой маршруту.

Довольно быстро дремотная тишина Цветочной улицы сменилась оживлением. Глаз радовали все такие же ухоженные дома с разбитыми перед ними садиками, но появились прохожие, хозяйки беседовали друг с другом через ограду. У стражницкой выстроились бравые усачи и получали указания от другого усача, чья растительность на лице внушала трепет. Сразу становилось понятно, что усы – это что-то статусное.

По сравнению с утром, когда мы только приехали, распогодилось, солнце припекало, и мне от быстрой ходьбы сделалось жарко. Постреляв глазами в прохожих, я убедилась, что в Форталезасе простые горожане довольно свободно относятся к своему внешнему виду, и позволила себе расстегнуть две верхних пуговки на платье.

Настроение приподнялось.

А еще лучше оно стало, когда я вышла к площади, на которой и впрямь развернулась ярмарка. Нос мой защекотали аппетитные запахи с лотков уличных торговцев булочками.

Не удержавшись, купила себе пирожок, чувствуя вину за то, что пока Марсия там одна и голодная, я тут лопаю сдобу за обе щеки.

Ох.

Пирожок был с капустой, что немного меня огорчило. И на запах был явно привлекательнее, чем на вкус, но, по крайней мере, он был теплым и сытным.

Зажав хрустящий бочок пирожка, я задумчиво оглядывала окрестности.

Малец был прав. Префектуру видно сразу.

Ворота ее были распахнуты, и что радовало, на крыльце не было видно какой-либо очереди. Осталось приговорить пирожок, и можно идти.

Заглядевшись на необычную архитектуру, я упустила из вида, как из ворот префектуры на полном скаку вылетел вороной жеребец без седока. Толпа разбегалась на его пути, а я ничего не успевала сделать. Раздувая ноздри, конь летел прямо на меня. Послышались крики. Я понимала, что нужно убраться с дороги, но ноги будто вросли в землю. От ужаса я зажмурилась в ожидании удара массивными копытами.

Меня тряхнуло, на секунду мной овладело ощущение полета, и что-то ощутимо ударило по заду.

Спустя миг, я осознала, что подо мной что-то живое и теплое, а я в относительном порядке. А еще я была в седле. Если это можно было так назвать. Судорожно сглотнув, я открыла глаза и увидела перед собой мужское лицо.

Красивое, волевое.

Мужчина был скорее молод, вряд ли старше тридцати.

И он меня спас. Только теперь я сопоставила свои ощущения и произошедшее. Этот всадник подхватил меня в седло и спас от смерти. Сердце заколотилось с утроенной силой. Кажется, в «Страстной страсти» была такая сцена. Кавалер спас леди, а потом ее…