Проклятие на наши головы (СИ) - Морозова Мария - Страница 18

– Хорошо.

– Тогда пойдемте. – Манн шагнул к крыльцу. – Устроим ваших помощников с комфортом.

Кладовка нашлась. И даже удобный сундук нашелся тоже. Скелеты оценили предложенное место и радостно закивали, когда я сказала, что возвращаться на отдых им теперь нужно сюда. Потом я вывела их в сад, где уже никого не было, и показала фронт работ. Начать решила с парадного двора. Не знаю, собирается ли фон Штар принимать гостей, но лицо дома точно стоит привести в порядок.

Скелеты поняли свою задачу быстро и с энтузиазмом вгрызлись в заросли. Я умильно улыбнулась. Наверное, в жизни они оба были садовниками или огородниками, потому что мне даже не приходилось объяснять им, что и как делать. Моя нежить прекрасно отличала приличные растения от сорняков, знала, сколько поливать, чтобы сад не превращался в болото, и узнавала вредителей в лицо. А еще они могли выполнять несложную работу по дому и носить тяжести. Поэтому фон Штар явно не пожалеет, что справился со своими воспоминаниями и решился пустить Большого и Мелкого к себе.

Но несмотря на это, я решила поговорить с мужчиной и еще раз извиниться. Благо, он пока не ложился спать и отыскался в гостиной, у горящего камина. Фон Штар сидел на диване, не мигая, смотрел на пламя и рассеянно массировал травмированную ногу.

– Господин фон Штар? – позвала негромко, замерев в дверях.

Он поднял голову и моргнул, сбрасывая оцепенение.

– Я могу войти?

– Можете, – мужчина прочистил горло и кивнул.

– Благодарю.

Усевшись в кресло, я повинилась:

– Простите. Мне стоило сначала обсудить это с вами. Но я так привыкла к Большому и Мелкому, что, наверное, перестала воспринимать их нежитью.

– Все в порядке, – поморщился он. – И зовите меня Фрид. От фамилии я чувствую себя древним стариком.

– Хорошо, – я задавила смешок.

Знал бы он, как я представляла его, пока не узнала, кто именно решил тут поселиться. Но имя у него красивое. Фрид…

– У вас есть новости? – спросил он. – Насчет женщины…

– О да, – аж подскочила, вспомнив самое главное. – Сейчас принесу.

Вернувшись через пару минут вместе с косметичкой, я обнаружила, что к хозяину дома присоединился Мик. Кот разложился перед камином лапами кверху и грел пузо. А Фрид смотрел на него, и его лицо становилось мягче и спокойнее.

– Среди пропавших без вести нет женщины, похожей на нашу, – сообщила я, усаживаясь в кресло. Мик даже не шевельнулся. – Хотя мне удалось выяснить кое-что интересное.

Коротко и четко я рассказала то, что услышала от госпожи Тикнер. Показала косметичку и предложила:

– Посмотрим?

– Давайте, – в глазах фон Штара снова зажегся неприкрытый интерес.

Для начала я провела над косметичкой ладонью, пытаясь уловить следы магии, но ничего не ощутила. Потом осмотрела ее саму. Бежевая кожа неплохой выделки местами здорово потерлась, говоря о том, что хозяйка использовала ее не год и не два, а гораздо больше. Не было ни бирок, ни монограмм. Зато замок открывался легко и не заедал.

– О да, – протянула я довольно, – идите к мамочке.

Сверху лежала она – расческа, между частыми зубьями которой запуталось несколько длинных светлых волос. И это было очень хорошо.

– Ритуал поиска? – Фрид проявил удивительную осведомленность.

– Нет, для поиска нужна кровь. Зато по волосам мы сможем понять, жива Луиза Лец или нет.

– Когда вы хотите провести его?

– Следующей ночью. Он простой, но скорее всего будет очень затратным. А мне завтра обновлять охранные знаки на склепах и проверять фон.

– Хорошо, – согласился фон Штар.

Бережно завернув расческу в салфетку, я отложила ее в сторону. Потом села перед диваном на пол, чтобы было лучше видно, и принялась выкладывать содержимое косметички. Его было не слишком много. Коробочка с краской для ресниц, почти закончившаяся помада, светлая пудра, тюбик крема для рук и флакон шампуня. Узкий пузырек, в котором лежало штук пять таблеток. Прочитав этикетку, я узнала самое популярное средство от головной боли.

– Что скажете? – нарушил молчание фон Штар.

– Косметика не выглядит дорогой, – резюмировала я, еще раз рассмотрев помаду и пудру. – И косметичка – тоже. Мне кажется, эта женщина не сорила деньгами. Но внешность у нее была настоящей. Такие цвета идут только блондинкам. – Я понюхала шампунь. Открыла крышечку у тюбика с кремом. – Обычные средства, ничего особенного.

– Есть что-то еще?

Я перевернула косметичку и потрясла. На диван выпало несколько семечек подсолнуха, две лимонные конфеты в прозрачной обертке и початая пачка бумажных салфеток. Одна из них была смятой и грязной. Осторожно подхватив ее кончиками пальцев, я развернула салфетку. На ней было что-то написано.

– Похоже на обрывок адреса, – воодушевилась я. – Вроде «...ская, три».

– Какие есть улицы с таким окончанием? – прищурился Фрид.

– Их полно, – я задумалась. – Например... Морская.

– Морская? – изумленно переспросил мужчина. – В Свишене нет моря.

– Моря нет, – подтвердила, пожав плечами. Мне тоже казалось это странным. – А улица есть. Кстати, у меня на ней подруга живет. Как раз в доме номер три. Стефания из земельной службы.

– А другие улицы?

– Королевская. – Пришлось как следует напрячь память. – Купеческая. Меранийская. Рыцарская. И еще какие-то. Я поищу завтра список.

– Можно? – Фрид протянул руку.

Я без возражений передала ему косметичку. Осмотрев ее со всех сторон, он заглянул внутрь.

– Тут есть карман.

Я тут же подскочила и села рядом. Он нащупал внутри почти незаметную молнию и потянул. В кармане нашлась купюра в двадцать сконов, рекламный буклет, зовущий на дегустацию пива и вина, и железнодорожный билет.

– Она приехала чуть больше месяца назад, – заметил Фрид. – Из столицы. Двенадцатичасовым поездом, в купе второго класса.

– Значит, имени на билете нет, – расстроенно вздохнула я.

– Увы. И на столичном вокзале ее точно никто не помнит.

– Неудивительно.

Я училась в столице и прекрасно помнила, сколько людей бывало на вокзале. Если Луиза Лец не устроила там какой-нибудь безобразный скандал или не бегала по вокзалу голышом, кассир забыл ее лицо уже через минуту после покупки билета. А может, и вообще не смотрел на него.

– Больше ничего нет? – Я с надеждой сунула нос в косметичку.

– Думали найти там документы? – слабо улыбнулся мужчина.

Из-за шрамов его улыбка вышла немного кривоватой.

– Было бы неплохо.

– Такая удача – редкость.

– А жаль.

– Мы нашли в подвале тайный ход, – вдруг сменил он тему.

– Правда? – удивилась я. – И куда он ведет?

– Мы не проверяли. Решили дождаться вас на тот случай, если там остались следы. Убийца мог вынести труп именно через тайный ход, если знал о нем.

– Логично, – кивнула я. – Тогда посмотрим завтра утром. – Помолчав немного, повинилась. – Когда я ходила в подвал, даже не подумала о том, чтобы рассматривать следы. Решила, что туда вполне могли спускаться рабочие. А потом искать улики уже было поздно.

– Вряд ли вы бы нашли что-то важное. Наш убийца позаботился о том, чтобы от него ничего не осталось.

Фрид потер бедро. Я поняла, что сижу к нему слишком близко, и чуть отодвинулась, чтобы мужчине было удобнее. Мик потянулся, выпуская когти, и перевернулся на бок. Дрова в камине уютно потрескивали, настраивая на благодушный лад. Сюда бы чаю, и было бы вообще прекрасно. Но идти на кухню было лень. Да и выспаться мне не помешает. Завтра предстоит посетить не только городское кладбище, но и несколько пригородных. Ежеквартальная проверка, что б ее.

Я рассеянно сгребла косметику и стала возвращать ее обратно в косметичку. А фон Штар вдруг нахмурился.

– Там что-то шуршит.

– Где? – не сообразила я.

Вместо ответа он забрал косметичку и еще раз запустил руку внутрь. Потрепал кожаную стенку, и внутри действительно послышался шорох.

– Под подкладкой что-то есть.

– Там же картонная основа, – нахмурилась я. – Которая держит форму.