Невероятный сезон - Ивз Розалин - Страница 45

– Ну, он не так и неразумен. Возможно, его еще удастся обучить.

Отмахнувшись, Калли направилась к двери, бросив:

– Возможно, но не уверена, что достаточно искусна, чтобы учить его.

Она вышла из комнаты и направилась к лестнице прежде, чем Талия успела подняться и надеть перчатки, нагнав Калли только в передней, где их уже ждали Джеймс и его сестра Эмма.

Джеймс улыбнулся ей той теплой, интимной улыбкой, от которой у нее переворачивалось сердце. Мгновение спустя появился мистер Левесон, затем Адам. Талия взглянула на сестру, но та разговаривала с тетей и не обратила внимания на жениха. Грация явилась последней, она влетела в комнату со слегка растрепанной прической и чернильным пятном на носу.

– Грация, дорогая, – сказала тетя Гармония, быстро подойдя к дочери и прошептав ей что-то на ухо.

Та сглотнула, бросила взгляд на мистера Левесона и, пятясь, вышла за дверь. Когда она вернулась через несколько минут, пятно исчезло, а кончик носа – сильно порозовел. А она отказывалась смотреть на мистера Левесона.

На двух экипажах они добрались до Уйатхолла, затем – сели в лодку, зафрахтованную Джеймсом. Когда они пересекали темную реку, на ее поверхности мерцали огни дальнего берега. Талия поежилась, несмотря на накинутую шаль и теплую весеннюю ночь. Вечер казался слишком идеальным: прекрасным и похожим на сказку в ожидании, когда спадет проклятие.

Она встряхнулась. Какие абсурдные фантазии.

Джеймс помог ей сойти с лодки, и они поднялись по ступеням на берег, пересекли улицу, подойдя к широким воротам Воксхолла, где Джеймс заплатил за них, прежде чем они вошли в сад.

Если огни на реке обещали сказку, то здесь была волшебная страна: вдоль главной аллеи мерцали разноцветные фонарики, а вдалеке Талия могла разглядеть замысловатую отделку изысканного здания. Звуки оркестра плыли в темном воздухе.

– Я договорился об ужине в девять, в отдельном зале, – сказал Джеймс, – но у нас еще есть время. Возможно, мы сможем сначала исследовать сады?

Вечер обещал быть приятным, и дядя Джон повел их по одной из дорожек. Они восхищались фонарями и статуями, расставленными среди кустарников, обменивались приветствиями со знакомыми.

Талия взяла Джеймса за руку, идя рядом. Она надеялась уединиться с ним, но, возможно, еще слишком рано… в любом случае тетя Гармония постоянно оглядывалась, будто боялась потерять племянницу, если не станет за ней присматривать.

Ужин прошел прекрасно, его сервировали в одном из многочисленных полуоткрытых альковов, расположенных вдоль большой аллеи, где размещались богато украшенные китайские павильоны. Было подано мясное ассорти, знаменитая воксхоллская ветчина, нарезанная так тонко, что она казалась почти прозрачной, и салат. На десерт официанты принесли сыры, заварной крем, чизкейк и пудинг, а также аракский пунш. Пока они ели, раздался свисток, и слуги принялись зажигать дополнительные фонари, так что все вокруг озарилось светом.

Джеймс склонился к ней.

– Ты выглядишь как сама Титания, пришедшая почтить смертных своим присутствием.

В этом свете серебряные нити ее платья отливали золотом.

Талия удовлетворенно улыбнулась.

После ужина их компания разделилась. Тетя хотела посмотреть ротонду и миниатюрный замок. Естественно, сэр Джон сопровождал ее, и мистер Левесон дал понять, что присоединится к ним.

– Калли, ты останешься со своей сестрой? – спросила тетя Гармония.

– Я останусь с Талией, – вызвалась Грация. Она была слишком тихой за ужином, обменявшись лишь несколькими словами с мистером Левесоном, который, хотя и сидел рядом с ней, разговаривал в основном с Калли. Такая неучтивость, в общем свойственная Грации, казалась странной, учитывая ее симпатию к этому джентльмену.

Тетя Гармония переглянулась с мужем.

– Прошу, пойдем с нами, – сказала она. – Я видела цветы, которые мне хотелось бы, чтобы ты опознала.

Бросив полный тоски взгляд назад, Грация послушно потрусила за мамой.

Талия и Джеймс оказались в компании трех сопровождающих: Эммы, Калли и Адама. Некоторое время они гуляли по главной аллее, а затем свернули в один из боковых садов. Талия хотела увидеть «Темные аллеи», известное место запретных свиданий, но прогулка по этим романтическим тропам с Адамом, Калли и сестрой Джеймса лишила ее план привлекательности.

На полпути вниз по тропинке Эмма споткнулась. Она вскрикнула от боли, и Адам был первым, кто подскочил к ней. Он помог ей подняться, и она ахнула, едва ее правая нога коснулась земли. Адам обхватил ее за талию, чтобы поддержать, но, кажется, она едва могла стоять на ногах.

– Мне позвать кого-нибудь на помощь? – спросил Джеймс.

– О, нет, думаю, я буду в полном порядке, если мистер Хетербридж и мисс Каллиопа помогут мне вернуться в обеденный зал, – сказала Эмма. – Мне нужно немного отдохнуть. Вы двое гуляйте дальше.

– Я справлюсь, – сказал Адам. – Калли, останься с Талией.

Калли стояла на тропинке, не двигаясь ни в сторону Талии, ни к Эмме.

– Ты не мой господин, чтобы указывать, что делать, – сказала она.

Адам посмотрел с удивлением.

– Я и не думал… только Талия не должна оставаться наедине с мистером Дарби. Тем более – в Воксхолле!

– Вы ставите под сомнение честность моего брата? – спросила Эмма.

Адам не ответил, но Талия прочла все на его лице. Конечно, он сомневался.

– Мы знаем, как слухи распространяются в высшем свете. Мне бы не хотелось, чтобы из-за них Талию вынудили к несчастливому союзу.

Талия посмотрела на побледневшую сестру. Адам подумал, как она воспримет его слова?

Не говоря ни слова, Калли развернулась и быстро пошла, почти побежала по темной тропинке, ответвляющейся от главной аллеи.

Адам, поддерживая Эмму, уставился ей вслед, и на его лице отразилось запоздалое понимание. Он тихо выругался, затем крикнул:

– Калли, постой! Я не хотел…

Талия не стала ждать дальнейших действий Адама. Она оставила Джеймса и бросилась за сестрой, надеясь, что Адаму хватит благоразумия отвести Эмму к обеденному залу и ждать там. Если он попробует последовать сейчас за Калли, скорее всего, сделает только хуже.

Талия не успела уйти далеко, когда почувствовала присутствие Джеймса, который быстро нагнал ее.

– С твоей сестрой все в порядке? – спросил он.

– Не знаю. У Адама опилки вместо мозгов. – На самом деле это не было похоже на обычно разумного Адама – проявить такую глупость. Может, он хотел оскорбить Калли? Только это тоже казалось маловероятным… Он слишком честен, чтобы позволить Калли одной нести позорное клеймо скандала. Был ли умысел в его словах, или все получилось случайно? Об этом она подумает позже. А пока надо догнать сестру.

Калли, казалось, мчалась наугад, сворачивая то вправо, то влево. Она двигалась быстрее, чем можно ожидать, учитывая ее рост, и Талия почти задыхалась, пытаясь угнаться за ней.

– Калли! – крикнула она. – Пожалуйста, подожди! Адам остался с Эммой, это всего лишь я.

Но сестра либо не слышала, либо не хотела слышать. Она углубилась в ту часть сада, где фонарей было меньше. На таком расстоянии она казалась призрачным, эфемерным созданием, плывущим в тенях.

Талия остановилась перевести дыхание, и Джеймс приобнял ее.

– Подожди, пожалуйста, я весь вечер пытался поговорить с тобой, но от твоих родственников чертовски трудно избавиться.

– Но Калли…

– С твоей сестрой ничего не случится. Если она хоть чуть-чуть похожа на Эмму, она предпочтет поплакать где-то одна и не будет рада свидетелям своего несчастья.

Талия прекратила вырываться, Джеймс прав. Возможно, Калли действительно нужно немного времени побыть одной, чтобы успокоиться.

Джеймс, будто почувствовав ее сомнения, продолжил.

– Она едва ли останется совсем одна в садах, и мы – в пределах слышимости, если с ней что-нибудь случится. Пожалуйста, умоляю, выслушай меня.

Она повернулась, чтобы смотреть ему в лицо. В его словах звучала настойчивость, во взгляде читалось напряжение, которого она не замечала раньше.