Предатель. Замуж за бывшего - Романова Злата - Страница 5

– Я приготовила твой любимый вишневый пирог, – говорит она. – А на ужин у нас борщ и салат. Давай сразу на кухню, твой отец голодный, как волк, но не хотел садиться за стол без тебя.

– Он уже остыл? – шепотом спрашиваю я.

– Лучше, – подмигивает мне мама. – Его взяло чувство вины, так что можешь сегодня просить у него что угодно.

Мне от этого не легче. Я всегда была папиной дочкой, он ненавидит со мной ссориться и вообще редко ругал меня, но то, что я сообщу ему сегодня, выведет его из себя.

– Доча, – сразу же обнимает меня папа, как только я захожу на кухню.

– Привет, папуль, – целую его в чисто выбритую щеку.

Вот и помирились. У нас не принято вслух признавать ошибки и извиняться за небольшие ссоры. Мы просто обнимается и забываем об обидах.

Ужин очень вкусный, мы обходим стороной тему моего брата и его заключения, но мне кусок в горло не лезет из-за нервов, потому что я очень боюсь предстоящего разговора. Когда мама достает вишневый пирог, еще теплый, как я люблю, я разливаю чай и окончательно собираюсь с духом.

– Мне нужно сообщить вам важную новость, – срываю пластырь одним махом. – Знаю, время сейчас неподходящее, но мне сделали предложение и я его приняла.

– В смысле? – удивленно смотрит отец. – Замуж что ли?

– Да.

– Как? – округляет глаза мама. – Ты же говорила, что не хочешь пока встречаться.

– Я просто не хотела знакомиться с сыном твоей подруги, мам. Я уже какое-то время встречаюсь с одним мужчиной. Не знала, как вам об этом сказать.

– Что с ним не так? – сразу же хмурится папа.

– Женя! – шикает на него мама.

– Она никогда раньше не боялась признаться нам, что встречается с кем-то. Если сейчас побоялась признаться, значит, он нам точно не понравится. Так что с ним не так, Алиса? – строго смотрит на меня папа.

Все. Дороги назад нет. Борясь с желанием испуганно зажмуриться в ожидании неминуемого взрыва, я на одном дыхании выпаливаю признание:

– Это Булат.

Наступает долгая пауза, пока папа пытается переварить эту мысль. А потом, он весь багровеет и рычит, как больной медведь:

– Исаев?!

– Да нет, не может быть, – с нервной улыбкой смотрит на меня мама. – Не заводись, Женя, просто имена совпали.

– Нет, мама, это тот самый Булат, – иду до конца. – Мы снова вместе.

– Ты, б*** в своем уме, Алиса?! – кричит папа. – Как ты можешь? Этот подлец бросил тебя ради другой бабы, б***!

Папа не позволяет себе материться в присутствии женщин, так что сейчас я понимаю, что он в крайней степени гнева. Никогда в жизни я не видела его таким сердитым.

– Алиса! – хватается за сердце мама. – Ты же не можешь говорить серьезно. Как можно было поверить этому человеку снова? Зачем ты вообще снова с ним встречалась?

Я вытираю текущие по щекам слезы, не в силах ничего сказать в свою защиту, потому что они правы. Правы во всем.

– Мне жаль, что я вас разочаровала, но это случилось, – всхлипываю, не в силах смотреть им в глаза. – Я не могу объяснить почему и как. Я тоже думала, что никогда не смогу его простить…

– Тогда почему простила? – не может успокоиться папа. – Почему вообще подпустила его к себе? Не нужно было с ним даже разговаривать! Видишь его – и идешь сразу в другую сторону! Что вообще у тебя в голове, Алиса? Где твое самоуважение?

– Я не знаю, – в отчаянии качаю головой, рыдая навзрыд. – Так получилось.

– Он просто задурил ей голову, – обращается к папе мама. – Успокойся, Женя, мы все исправим. Она не может серьезно говорить о браке с ним. Девочка запуталась, так бывает.

– Я не запуталась, мама, – заставляю себя пойти в контратаку, хотя на минуту эмоции и чувство вины взяли надо мной верх. Однако, если сейчас я не постою за свое решение, то это никогда не закончится. Они будут считать, что действительно смогут переубедить меня и я не знаю, что творю. – Мне жаль, что я не соответствую вашим ожиданиям, что я в ваших глазах потеряла самоуважение, но мы с Булатом прошли долгий путь, прежде чем прийти к этому решению. Он не морочил мне голову, я просто его люблю. Мне не нужен никто, кроме него.

– Я не позволю тебе выйти замуж за этого выродка! – выходит из себя папа.

– Папа, пожалуйста! – умоляю его. – Ты даже не хочешь попытаться понять меня.

– Это невозможно понять, Алиса! – повышает голос мама. – Как ты не понимаешь, что этот человек тебя не любит? Такие мужчины не способны на любовь и верность, Булат Исаев – эгоист! Ты действительно думаешь, что, изменив тебе раз, он не сделает этого снова?

– Ты не знаешь его и не знаешь всех обстоятельств, мама. Сейчас все не так, как было раньше. Я верю, что Булат меня любит. Я тоже его люблю. Мы хотим быть вместе, хотим создать семью.

– А что случилось с его прошлой семьей? Он же женился, – некстати вспоминает папа и, пока я пытаюсь максимально спокойно объяснить, что он развелся и его дочь будет жить вместе с нами, начинается новый виток криков и увещеваний.

Ни один из моих родителей не готов смириться с мыслью, что я стану женой Булата, и мне сложно их винить, потому что они совершенно правы. Если бы не Вадим, я бы и близко к себе не подпустила этого предателя.

Глава 3

– Я женюсь, – спонтанно сообщаю эту новость своему другу Славе первому, пока мы пьем кофе после окончания очень успешных деловых переговоров.

– Серьезно? – удивленно приподнимает он брови. – Да не, не может быть. Угораешь, да? У тебя же никого нет.

– То, что я не отчитываюсь тебе о своих отношениях, не значит, что у меня их нет, – усмехаюсь над его недоверием. – Сегодня вечером мы всем объявим о помолвке на юбилее папы.

– Я оскорблен до глубины души, Булат, – хватается за сердце Слава, излишне драматизируя. – Я же твой лучший друг! Как ты мог от меня такое скрывать? Я прошел с тобой через фазу зануды Ани, потом сумасшедшей Насти, куклы Алисы, снова сумас…

– Не называй ее куклой! – одергиваю его, прежде чем эта мысль даже успевает сформироваться в моей голове.

– Все еще реагируешь на ее имя, как раненный медведь, – качает головой Слава. – Если она тебе так нравилась, не фиг было менять ее на Настю. Пардон, на сумасшедшую Настю. Кукла была хороша! Если бы не кодекс дружбы, я бы подобрал ее после того, как ты бросил. Такая маленькая, ладненькая, большеглазая. А попка…

– Заткнись! – раздраженно рявкаю, не желая слышать о том, какая Алиса аппетитная. – И никогда больше не называй ее куклой.

– Ты сам ее так называл. Чего так завелся?

– Я вкладывал в это другой смысл. И вообще, прекрати пускать слюни на мою невесту. Мы снова сошлись.

– Серьезно? – присвистывает он. – Не верю.

– Не верь. Вечером сам увидишь.

– Ну дел-а-а-а! Блин, Булат, как тебе удалось? Она просто взяла и простила тебя?

– Типа того. Это все не за один день случилось, но в итоге мы снова сошлись. На этот раз никаких Насть и других баб. Я понял свою ошибку и не собираюсь ее повторять.

– Ну, тогда… Поздравляю? – все еще неуверенно смотрит на меня друг. – Давай выпьем за это.

– Нет, мне нужно в офис. Вечером отпразднуем, ты ведь придешь?

– Естественно. Иди, я закрою счет. Хочу еще кофе попить.

***

Оставив Элю дома с очередной няней, чтобы не нарушать ее график сна, я заезжаю за Алисой и без предупреждения поднимаюсь на ее этаж, звоня в дверь. Мне очень долго не открывают, прежде чем доносится приглушенное «Иду-иду!» и Алиса распахивает дверь одетая в длинный, голубой халат из шелка, соблазнительно облегающий ее изгибы.

Блин!

Очень сложно не воспринимать ее, как сексуальную маленькую куколку, которой я когда-то обладал. Она всегда умела сбить меня с толку своим видом. Сто шестьдесят сантиметров женского очарования, сексуальной энергии и кукольной внешности. Ее густые светлые волосы распущены по плечами красиво завитыми прядями и доходят до самой талии. На лице макияж, губы накрашены розовой помадой, повторяющей цвет ее естественного румянца, который я запомнил, потому что заставлять ее краснеть было моим любимым занятием и это было так чертовски легко.