МагАкадемия. Истинная последнего дракона - Недельская Оксана - Страница 6

– Вы плохо слышите, ди Бэйл? Отправляйтесь к декану, – уже вполне спокойно повторил магистр Талас, – И, пожалуй… Римистас эль Тариол, проводите её, – на последнем ряду поднялся высокий длинноволосый блондин, а всё ещё стоящая напротив меня Алари сердито фыркнула, – Я рассчитываю, что один из сильнейших студентов Факультета тёмной магии сумеет удержать ди Бэйл от глупостей, – преподаватель повернулся ко мне, – А вы сумели удивить. Пять лет столь искусно прикидывалась никчёмной и бестолковой магиней, и вот поди ж ты.

Под гробовое молчание аудитории мы покинули класс и зашагали по пустым коридорам замка.

Хорошо хоть дали сопровождающего – сама я не смогла бы найти дорогу к кабинету Вэлфорда эль Сэндо даже под страхом смерти.

Римистас молчал и ни разу не взглянул в мою сторону, словно прогуливался в полном одиночестве. Не знаю, почему, но меня задело столь пренебрежительное отношение к собственной персоне.

– Скажи, а с чего преподаватель взял, что именно я использовала запретные чары? – задала вопрос и только тогда в сознании вдруг всплыло, что внимания этого парня всеми правдами и неправдами добивалась и никак не могла добиться авантюристка Мантиса.

Чёрт, вот же повезло…

Мы остановились возле статуи женщины, которая взирала слепыми глазами куда-то вверх, наверное, призывала местных богов покарать того, кто отбил у неё нос и левое ухо. Здесь Римистас, наконец, соизволил посмотреть на меня – радужка его глаз была необычного сине-зелёного цвета, будто лениво перекатывающиеся волны в глубине необъятного океана.

– Прикидывалась слабачкой, а теперь прикидываешься умственно отсталой? – он прищурился и усмехнулся одним уголком рта, – Тебе, ди Бэйл, лучше бы не высовываться после того, как твой отец сбежал, ограбив сокровищницу академии, а ты швыряешься запретными чарами.

У Римистаса был низкий мелодичный голос, навевающий иррациональное ощущение спокойствия. Да ещё эти удивительные «морские» глаза… Словом, выглядел он сногсшибательно, поэтому мысленно я впервые согласилась с Мантисой, которая, кажется, добивалась лучшего студента своего факультета не только из любви к искусству.

Засмотревшись и задумавшись, я даже не сразу поняла суть его слов. А когда поняла, ужаснулась. Отец Мантисы – вор? Вот это попала…

– Но я действительно ничего не делала!

Не хватало ещё сесть в какую-нибудь местную тюрьму за несовершённое преступление. Римистас несколько мгновений внимательно сканировал меня серьёзным взглядом, после чего соизволил-таки ответить:

– Ди Бэйл, внутри тренировочной площадки никто, кроме участников поединка, не может активировать чары. Ты не можешь этого не знать.

– Ну и что? – я, конечно, удивилась сему факту, но виду не подала, – Алари меня ненавидит и пойдёт на что угодно, лишь бы скомпрометировать.

Сокурсник понятливо хмыкнул.

– Ничего удивительного. У вас, девиц, всегда так. Вчера дружили, а на завтра топите друг друга, подстраивая изощрённые каверзы.

Мне стало обидно за весь женский род, но в данном конкретном случае мнение сокурсника полностью совпало с моим.

– Вот-вот, – подтвердила с жаром, – А ещё, я сегодня пропустила изучение щита Шлосса, преподаватель не имел права рисковать моей жизнью! Эта чокнутая могла и убить.

– Это чушь, ди Бэйл, – снисходительно улыбнулся Римистас, – Во-первых, при смертельной опасности дух тренировочной площадки обязательно защитит. А во-вторых, у тин Араиэль не хватит силы, чтобы удерживать чары такого уровня.

– Во-первых, – передразнила я, – может, это дух выставил запретные чары в качестве защиты. А во-вторых, откуда известно, какая у Алари сила? Что, если она прикидывается или скрывает за пазухой какой-нибудь артефакт? Про меня же вы подумали плохо. Почему не думаете плохо про неё?

– Духи не атакуют, они нейтрализуют магию. А самовольное использование артефактов на практических занятиях строго запрещено, – Римистас нахмурился, словно мои слова заставили его задуматься, но тут же встрепенулся, – А с чего ты вдруг забыла основы основ? Вроде как, не первый раз приходишь на практику.

– Я сегодня с кровати упала, – было ясно, что звучит это крайне неубедительно, но ничего более подходящего в голову не пришло, – до сих пор в ушах звенит и соображаю плохо. Поэтому и опоздала.

– Ну да. Поэтому и сила проявилась, – явно не поверив, проговорил блондин издевательским тоном, – Хватит трепаться. Пошли к декану, он рассудит.

– Ага, он рассудит, – пробубнила я вполголоса, послушно двинувшись за однокурсником, – выгонит, да и всё.

– Без расследования не выгонит, – не оборачиваясь, утешил Римистас, – Кроме того, архимагистр эль Сэндо – жёсткий человек, но порядочный. Не то, что…

Он резко замолчал и ускорил шаг – пришлось почти бежать следом, чтобы не отстать. На подгибающихся от слабости ногах это было не так-то просто…

Разумеется, декана на месте не оказалось.

– Возможно, он в кабинете ректора? – предположила я.

– С чего бы? На место твоего отца Совет ещё никого не назначил, а внутрь дух пустит только законно избранного приемника.

– Совет уже назначил ректором нашего декана, – сообщила я, довольная своей осведомлённостью, и поняла, что зря болтаю, лишь когда увидела недоумённый взгляд парня.

– Откуда информация?

Ну класс. Теперь осталось растрезвонить на всю академию про закрытое собрание, про то, как архимагистр провожал меня до аудитории и про тридцать счастливых секунд…

– Много будешь знать, скоро состаришься, – ответила ворчливо, – вернёмся на занятие или поищем архимагистра в кабинете ректора?

– Думаю, нам следует выполнить поручение магистра Таласа, – задумчиво разглядывая меня, ответил Римистас, не пытаясь, однако, сдвинуться с места, – Знаешь, ди Бэйл, ты сегодня сама на себя не похожа. Ни разу не попыталась прижаться, не хлопаешь по-идиотски глазами, не жеманничаешь. Я тебя не узнаю.

Ой… Ой-ой-ой.

– Надоело за тобой бегать, – мучительно покраснев от стыда за Мантису, сказала я, – К тому же, сам знаешь, у меня проблемы с отцом, а это не слишком способствует романтическому настрою. Ну что, идём?

Парень ещё с минуту скептически разглядывал моё лицо, уделив особое внимание губам, а затем неожиданно подмигнул:

– А ты ничего так, соблазнительная, когда не ведёшь себя как самка крюшера в период течки. Если останешься в академии, договоримся.

– Договоримся о чём?

Нервы были на пределе, а когда я нервничаю, порой, начинаю тупить.

Римистас, непринуждённо рассмеялся. Какое-то слишком уж стремительное превращение серьёзного парня в весельчака. Что он задумал?

– Ох, ди Бэйл, насмешила, – щурясь, как наглый мартовский кот, сказал он, – Договоримся о том самом, о чём ты прожужжала мне все уши. Считай, что убедила.

И тот, о ком днями и ночами мечтала Мантиса, внезапно стремительно наклонился и накрыл мой рот поцелуем. Страстным, умелым и вполне приятным.

Я настолько не ожидала ничего подобного, что несколько секунд глупо хлопала глазами, а когда начала отталкивать наглого парня, который уже активно лапал меня ниже спины, услышала знакомый голос:

– Не нашли другого места?

Римистас шарахнулся в одну сторону, я – в другую.

Возле двери своего кабинета стоял Вэлфорд эль Сэндо, и на его губах змеилась ядовитая, не обещающая ничего хорошего, ухмылка.

– От ди Бэйл, я другого и не ждал, но вы, эль Тариол.

Слова, произнесённые с ледяным разочарованием, ударили, словно ножом – моё сердце, будто почувствовав, что мужчина разочарован вовсе не эль Тариолом, разом окоченело и на несколько долгих мгновений остановилось.

– Прощу прощения, архимагистр, за непотребное поведение. Готов искупить вину, – вытянувшись по струнке, отчеканил Римистас и, дождавшись едва заметного ободряющего кивка, продолжил, – Профессор Талас отправил к вам ди Бэйл для разбирательства. Во время практической отработки щита Шлосса она применила запретные чары.

Вэлфорд эль Сэндо остался абсолютно бесстрастным, но мне почудилось, что в коридоре стало заметно темнее. Или это проделки сознания, уставшего от непрерывного потока новых впечатлений?